Ментальная сила асимметричного воздействия Аспазии настолько впечатляет, что даже через 25 веков остается актуальной для анализа. И применимой. Поистине вневременной интеллект, оставивший всем женщинам планеты яркий поучительный образец отношений с мужчинами. Г етера, которая покорила вождя афинян Перикла непревзойденной силой ума, даже не будучи его законной женой (согласно местным законам их брак был бы попросту недействителен), прослыла «некоронованной царицей» и одной из самых влиятельных женщин своего века. Аспазия жила в эпоху вопиющей несвободы женщин, почти официально признанной в обществе их второсортности. В браке женщины были обречены на затворническое положение наполовину рабыни — наполовину скромной и отрешенной от социальной жизни воспитательницы потомства, что однажды и побудило Сократа посчитать счастьем, что он мужчина, а не женщина. Но Аспазия предпочла скучному прозябанию вызывающую раскованность и свободу жрицы любви, сосредоточившись на приобретении знаний и воспитании тонкого вкуса.
Гетеры, или спутницы в переводе с греческого, были не совсем проститутками, хотя и продавали свое общество за немалое вознаграждение. Главным было то, что их образ жизни отвечал собственному выбору мужчины, при этом гетеры вполне могли реализовываться как личности. Некоторые из них достигли громадной популярности и запечатлелись как лучшие из представительниц прекрасного пола античности. Скажем, Фрина, позировавшая Праксителю при создании статуи Афродиты Книдской. Или подруга знаменитого мыслителя Диогена Лаиса, которая и сама прославилась как женщина-философ с острым умом и тонким пониманием мира. Несколько позже — Таис Афинская, которая некоторое время была подругой Александра Македонского. К достижению такого положения — шаткого, но многообещающего, великого, но и приземленного, стремилась и Аспазия. Для женщин того времени это было искусство возможного, для современных женщин такой пример может послужить возможностью перевести отношения в плоскость искусства, стать женой и подругой одновременно, что мужчина ценит в женщине более всего.
Не лишенная природного обаяния (хотя вряд ли красавица), развившая собственными усилиями свою способность очаровывать, молодая женщина за счет покровителей-любовников быстро создала капитал, вполне достаточный для безбедной жизни. Но вовсе не деньги и тем более не жажда наслаждений привлекали Аспазию, постигшую многие философские истины, жаждущую раскрыться как личность и мечтавшую о подлинной любви с равными отношениями. Она осознанно устремилась в процветающие Афины, где усматривала для себя больше возможностей. Она искала не просто нечто лучшее, но золотоносный прииск. Ловила не просто значительного мужчину — ей нужна была выдающаяся личность или личность, обладающая такими задатками. Она нацелилась не столько на яростную безудержную любовь, сколько на отношения, утверждающие приоритет личностных достоинств.
Чтобы привлечь к себе внимание, Аспазия открыла салон. Это был не просто публичный дом, коих в те времена было предостаточно, поскольку общество признавало их необходимость. А именно салон, в котором, среди прочего, проводились философские дискуссии на самые серьезные темы. Слухи о незаурядной женщине и ее заведении быстро распространились по столице Эллады. Сначала любопытство, а вскоре и желание прикоснуться к уникальному миру стали причиной появления в салоне Аспазии лучших людей того времени, среди которых был и молодой Сократ. Вскоре бывать у Аспазии стало данью моде, — впервые в истории женщине удалось создать новый стандарт, новый ориентир для мыслящей части общества.
Первый человек в Афинах полководец Перикл достиг почти 50-летнего возраста, когда свою деятельность в столице начала эта женщина с заоблачными амбициями. Аспазия не делала ставку конкретно на Перикла — по обыкновению замкнутый и нелюдимый стратег вообще никогда не посещал подобных мест. И, кажется, просто случай или, может быть, распространившаяся слава салона Аспазии спровоцировали олимпийца, как его величали, изменить своим привычкам. Или философствующий 19-летний Сократ, который к тому времени был тайно влюблен в Аспазию, уговорил Перикла на такой визит. Этого доподлинно не знает никто. Однако известно, что появление главы Афин у Аспазии возымело эффект попадания мощного зверя в хитроумно расставленные силки: чем больше трепыхался Перикл, тем сильнее увязал в совершенно новой ментальной субстанции. Мужчину будто приворожили. И это понятно. Никогда еще он не встречал в одном лице и очаровательную женщину, и неподражаемую собеседницу.
Тут самое время еще раз подчеркнуть, что женская внешность играла и продолжает играть в завоевании мужчин второстепенную роль. Убедительным доказательством в нашем случае может служить тот факт, что в те времена у мужчин не было ограничений в делах амурных, и царствующий Перикл мог получить столько любви, сколько ему было необходимо. Тем более весомым в этом контексте становится отношение вождя к гетере. До нее были просто женщины, с которыми он мог забыться на короткое время. Еще была жена, которая родила ему двоих сыновей, но духовной близости с которой не могло быть в принципе. Область жен — это лишь пространство добродетели, в лучшем случае. Они мало претендовали на владение искусством любви и еще меньше — на статус подруги, с которой можно было бы обсуждать на равных серьезные вопросы. Тут же явилось нечто иное — волшебство, сводящее его с ума.
Прошло совсем немного времени, и Перикл развелся с женой, впрочем, ловко выдав ее замуж за богатого молодого человека. А Аспазию ввел в свой дом в качестве, как сказали бы сейчас, гражданской жены. Дальше наступил самый главный и самый загадочный период, потому что невозможно сделать короля из короля. Это в обычном понимании. Однако хорошему предводителю можно помочь приобрести превосходную степень, достичь полноты совершенства. За эту сложнейшую задачу и взялась отважная женщина, которой в итоге удалось редчайшее из женских достижений — стать одновременно и женой, и близким доверенным советником. Аспазия с поистине аптекарской тщательностью отфильтровала окружение Перикла, и нежелательные люди попросту оказались отсеченными от пространства их семьи. Она проявила весь свой утонченный талант организатора, чтобы дом Перикла превратился в изысканный форум для виднейших личностей того времени. Тут не просто общались могущественные фигуры, тут осуществлялась большая политика. И неизменно искусная фея из тени управляла этим процессом, умело оказывая влияние на государственных мужей, фактически принимая негласное участие в появлении на свет тех или иных решений. Как отмечает польский историк Александр Кравчук, это привело к почитанию Аспазии как одной из самых мудрых женщин не только ее возлюбленным, но и всем полисом. За исключением, конечно, недругов и завистников, которые в таких случаях появляются всегда.
Немаловажно, что Аспазия выступила законодателем нового стандарта относительно положения женщин. Ведь до этого женщины никогда не участвовали в серьезных беседах наравне с мужчинами, даже не появлялись на мужской половине дома. Но наш смелый новатор в женском обличье то и дело становился организатором заседаний, в том числе в отсутствие мужа. Более того, в ее салон некоторые мужчины стали приходить со своими женами, что свидетельствует о фантастическом росте авторитета женщины в обществе. Стоит ли говорить, что стареющий, но все еще сильный и мужественный Перикл восхищался и преклонялся пред своей возлюбленной? Исследователи писали, что она стала свежим и крепким ветром в парусах стратега, спровоцировав новую волну важных преобразований, активизировав его деятельность как народного предводителя. Существует упоминание об убежденности Сократа в том, что Аспазия заметно подтянула Перикла в области ораторского искусства. И об уверенности Платона в том, знаменитая речь Перикла, произнесенная перед воинами в первый год Пелопоннесской войны, была скроена этой замечательной плутовкой.
Но и это еще не все. Однажды женщина подметила, что ее милый друг, плотоядно облизываясь, все чаще поглядывает на молоденьких девушек-служанок и юных гетер из салона своей гражданской жены. И тут-то Аспазия и проявила свои блистательные качества победительницы. Вместо тихого хныканья или бесполезных разборок она избрала неожиданное решение. А именно: она решила на деле доказать, что лучше любой другой женщины, даже тех, что помоложе. Она лично побеспокоилась, чтобы в доме появились женщины, которые не прочь оказаться соблазненными полководцем. Ю. Лубченков и В. Романов в своем исследовании утверждают, что Аспазия завела «новых служанок, умеющих
