Я заложила пароцикл влево, совершая крутой вираж. Не сводя глаз с ряда зданий по соседству, я наблюдала, как оборотень прыгает с крыши на крышу. Волк посмотрел вниз, сверкнув на меня полными ненависти красными глазами.

Волки.

Я выжала газ. У волка заканчивались крыши, а у меня — дорога: мы оба неслись наперерез к Темзе. Я чертовски хорошо знала, что там его ждет корабль. Кто-то из нас должен был оказаться там первым. Кто именно — я пока не была уверена.

Сосредоточив внимание на узкой мощеной улочке, я лавировала между конными повозками, автомобилями и раздраженными пешеходами. Туман был густым, и оранжевое сияние газовых фонарей едва пробивалось сквозь дымку. Мастер Харт сконструировал мне новые очки. Оптика усиливала тени, улавливаемые моим «лунным глазом». Пока я мчалась к реке, мимо проплыл призрачный моряк. До Дня Всех Святых оставалось всего несколько дней. Весь город ожил… ну, точнее, наполнился нежитью. Темный район, дикий и в обычное время, сейчас напоминал сверхъестественный цирк. И как это я, при забитом потусторонщиной городе, умудрилась ввязаться в погоню за похитителями драгоценностей?

Я преследовала эту банду волков всю осень. Хитрые мелкие шавки, всего пятеро в своре. Свои проделки они начали в Риме, перебрались в Венецию, затем ударили по Парижу, и вот теперь они здесь. Обчищая банки, музеи и поместья, эти воры были на редкость хороши по сравнению с обычными неуклюжими вервольфами. Учитывая, что проблема была не местного масштаба, сэр Блэквуд решил оставить это дело на откуп Обществу Красных Плащей. Я почти спорила. Почти. Но между сэром Блэквудом и мной установился решительный нейтралитет, и я хотела сохранить его, поскольку не знала, когда, и планирует ли вообще, Львиное Сердце возвращаться; этот вопрос преследовал мои мысли, вызывая крайнее раздражение. Раз уж тамплиеры остались в стороне, разбираться с этой ячейкой бандитов предстояло Красным Плащам. Там, где мои коллеги за рубежом потерпели неудачу, я добьюсь успеха. От этого зависела репутация Общества. И я не собиралась подводить королевство.

Впереди показались темные воды Темзы. Волны бились о волнорезы. Сбросив скорость, я развернула машину, со скрежетом останавливаясь боком. Быстро соскочила, мой красный плащ взметнулся за спиной. Я рванула к краю пристани и бросила взгляд на воду. Чуть поодаль от берега заметила небольшое судно. Корабль стоял идеально: любой, кто обладал незаурядной, сверхъестественной силой, мог прыгнуть с крыши на краю верфи прямо на палубу.

Я ухмыльнулась. Мой план работал.

Выхватив оба пистолета, я развернулась и замерла.

Вдох.

Выдох.

Оборотень появился на краю крыши.

Я закрыла правый глаз, глядя своим «лунным глазом». Сквозь измененное зрение я видела волка и человека одновременно.

Волк задрал морду, подсвеченный луной, отчего его шерсть будто светилась, и издал громкий вой, празднуя победу.

— Рановато, друг мой, рановато, — прошептала я и спустила курок.

Торжествующий вой оборотня оборвался болезненным тявом.

Мгновение спустя прогремел огненный взрыв: лодка, стоявшая у берега, разлетелась на куски в ярком всполохе.

Тело оборотня рухнуло с крыши. Убрав пистолеты в кобуры, я бросилась к нему. Оборотень Юрий, альфа этой воровской стаи, уже принимал человеческий облик. Он попытался встать, но нога подвела его. Мои выстрелы были точными, но не смертельными, как и задумывалось. Волк упал на колени. Ругаясь на румынском, он свирепо посмотрел на меня. Прижимая одну руку к животу, где сочилась кровь, а другую — к голени, он плюнул в мою сторону, когда я подошла ближе.

— Ну же, Юрий. Это просто грубо. Я ведь могла тебя убить.

Неподалеку от него валялась истрепанная сумка. Я схватила её и открыла. Внутри обнаружилась бархатная коробочка. Я откинула крышку. Бриллиантовое ожерелье, одолженное Её Величеством специально для этой ловушки — под многочисленные угрозы отправить меня в экспедицию в Антарктиду охотиться на снежных монстров, если я позволю злоумышленникам скрыться с её королевскими сокровищами, — было в целости и сохранности.

Я оглянулась на Темзу. Быстроходные катера — Красные Плащи — уже приближались к обломкам. Я усмехнулась, глядя, как волки по-собачьи гребут к берегу так, будто от этого зависели их жизни. Но спасения не было. Они были окружены.

Боковым зрением я уловила движение. Обернувшись, увидела агента Харпер, идущую ко мне с каким-то устройством в руке.

— Достала? — спросила она.

Я кивнула, глядя на бриллиантовое колье.

— Думаешь, она позволит мне оставить его себе в качестве награды?

Харпер рассмеялась.

— Вряд ли.

Юрий, всё еще проклинавший меня, переключил свою ярость на Харпер.

Харпер нахмурилась.

— Не будь неблагодарным. Она могла тебя пристрелить.

— Я ему то же самое сказала.

— Видела мой фейерверк? — спросила Харпер, помахивая детонатором.

— Видела. Отличная работа, старший агент Харпер.

— Ну, я хотела закрыть свое первое официальное дело в качестве твоего напарника с помпой.

Я добродушно закатила глаза.

— Мне казалось, мы это уже обсуждали. Никаких каламбуров.

— Прости. Похоже, набралась дурных привычек в полевых условиях.

— Мы тебя быстро подлатаем, — сказала я и посмотрела на Юрия. — Я бы надела на тебя наручники, но ты, скорее всего, истечешь кровью, — с этими словами я подняла оборотня с земли, таща его к доку, где его заберет агентское судно. — Не волнуйся, Юрий. Мы тебя подлечим как раз к отправке в тюрьму. — Я повернулась к Харпер. — А что с остальным добром?

— Получила весточку полчаса назад. Агент Фокс нейтрализовал охранявших волков и захватил дирижабль вместе со всеми сокровищами.

Я улыбнулась Харпер. Она вернулась из-за границы сразу после дела с Элоди, и Эдвин официально назначил её моей напарницей. К счастью, если не считать этих вороватых дьяволов, было относительно тихо. Но всё равно я была рада её возвращению. Тишина никогда не длится долго.

— Ты чего так на меня скалишься? — спросила Харпер.

— Кажется, я по тебе скучала, Харпер.

— Я, пожалуй, тоже скучала по тебе, Лувель.

Юрий выругался в адрес нас обеих, явно не оценив проявленного нами взаимного уважения, чем заставил нас рассмеяться.

Когда волки были надежно заперты, мы с Харпер отправились в штаб — отметиться и, разумеется, заняться бумажной волокитой. Не то чтобы я была против. Я знала, что Эдвин будет там. Однако я удивилась, обнаружив его у моего стола, когда мы прибыли.

Он улыбнулся, увидев меня, той самой мягкой, робкой улыбкой, которую приберегал только для меня одной.

Все мое тело словно согрелось в этом сиянии. По правде говоря, после дела Элоди наши отношения стали немного натянутыми. Эдвин был проницателен и заметил «нечто», промелькнувшее между мной и Львиным Сердцем. Но он ни о чем меня не спрашивал. Это был кредит доверия, в котором я не была до конца уверена, что заслуживаю его.

С отъездом Ричарда я смогла отложить тот странный момент в сторону. Я почти не вспоминала о нем, по крайней мере, именно эту мантру я себе повторяла. Всё вернулось на круги своя. Мы с Эдвином двигались дальше. Ничего не изменилось, кроме моего переезда в «Грот Весты» — бабушка настояла, чтобы мы называли наш новый дом именно так. На эту тему я, возможно, слегка приукрасила правду перед Эдвином. «Подарок от тамплиеров» — так я ему сказала. От какого именно тамплиера, я не уточняла. Он не спрашивал. Я не докладывала. Но я чувствовала изрядную долю вины по этому поводу. И всё же, что мне оставалось делать? Безопасность бабушки перевешивала всё остальное, а Львиное Сердце в буквальном смысле вручил мне ключ к её обеспечению. Несмотря на мои чувства к Эдвину или странность между мной и Ричардом, был один человек, перед которым я была в долгу: бабушка. Таковы были факты. То, что я чувствовала по поводу случившегося с Львиным Сердцем, было куда более запутанным. Но он уехал, так что мне пришлось в одиночку разбираться, что это был за поцелуй. В его отсутствии было гораздо проще притворяться, что ничего не произошло. Гораздо проще забыть. Вроде как.