Лео поднес пластинку — она идеально подходила к выемке. Поколебавшись мгновение, он вставил треугольник на предназначенное ему место, и поверхность стала ровной, как и повсюду.

И вдруг послышался звук, заставивший всех отшатнуться от Башни, а Йей и Ай даже пали ниц. Словно стон донесся из утробы сооружения, там заскрежетала ржавая цепь или колеса неведомого механизма, и тут же Лео различил наметившийся контур двери. Скрежет усилился, и тяжелая плита отошла в сторону, пластинка со звоном выпала из паза на каменный пол к ногам землянина. Он помедлил, нагнулся за ней и посмотрел на дрожащих туземцев, закрывших лица ладонями.

— Йей! Ай! — позвал он тихо, почти шепотом. — Нас приглашают во дворец.

Голос Небесного Духа успокоил туземцев. Видя, что ничего ужасного пока не произошло, они встали рядом с Лео.

— Пусть Ай отойдет подальше и ждет нас там.

Йей напряженно сморщил лицо, пытаясь понять Духа, и, кажется, уловил смысл сказанного. Он настойчиво заговорил с Ай, убеждая ее в чем-то, и на этот раз девушка послушалась без возражений, покорно отошла в сторону и молча опустилась на землю.

— Идем, — отчетливо произнес Йей уже знакомое землянину слово и протянул руку за амулетом.

Изготовив дезинтегратор, Лео вошел первым. Прямо перед ним начинались ступени винтовой лестницы, уходящей наверх. Ничего даже отдаленно напоминавшего кабину лифта. Несколько шагов, и стало темнеть, свет из входной двери уже не доходил сюда. Раздался звук автоматически задвигаемой плиты, отрезавшей ждущую снаружи Ай, но Йей уже стоял рядом, и Лео ощутил его дрожь.

— Йей, — бодро позвал Лео и начал подниматься, двигаясь на ощупь в кромешной тьме. Ступени более или менее соответствовали человеческому шагу. Перил не было, с одной стороны гладкая стена, с другой толстые тросы, неизвестно откуда и куда протянутые. Лео слышал беспокойное дыхание Йея позади, и это придавало ему уверенности.

Через двадцать-тридцать ступеней он уперся во вторую дверь и долго шарил по ней прежде, чем обнаружил искомую треугольную выемку. Дверь отворилась, как и предыдущая, они попали в новый отсек с продолжением той же бесконечной лестницы. Но здесь с боков струился сумеречный неестественный свет, и Лео подумал, что треугольник Йея включил аварийное освещение, или строители использовали неизвестный самосветящийся материал, или же ослабленный дневной свет каким-то образом просачивался сквозь толщу стен. Это обнадежило немного: значит, создатели Башни обладали сходным зрением. Он оглянулся на притихшего туземца и продолжил подъем.

* * *

Когда вконец обессилевшие путники уже решили, будто бесчисленные ступени уходят прямо в небо, лестница привела их в сумрачный круглый зал со сводчатым потолком. Несколько сферических кабин из матового материала в центре протягивали к стенам, точно щупальца осьминога, разнокалиберные черные трубки. Тонкие стеклянные нити, блестящие проволоки, натянутые как струны или закрученные спиралями, уходили вниз, беря начало из открытых наружу амбразур. Все здесь показалось Лео чуждым и зловеще многозначительным, каково же приходилось его спутнику? Лео взглянул на дико озирающегося по сторонам туземца, и тут Йей неожиданно предостерегающе вскрикнул: прямо на них покатился из ничего возникший сплюснутый шар, ощетинившийся короткими трубчатыми отростками. Он угрожающе отливал красноватым светом и походил на взбесившегося ежа — так пришло в голову Лео, хотя он видел ежа только однажды на слайде, а взбесившегося и вовсе никогда.

Космонавт вскинул дезинтегратор, намереваясь разнести нападающего в пыль, но Йей смело шагнул вперед с поднятым в руке амулетом, и внезапно «еж» остановился, как бы признавая право пришельцев на присутствие в Башне.

— Наверное, это охранный робот, — кивнул Лео туземцу и ободряюще улыбнулся. — Это ты здорово придумал, дружище.

Йей тоже улыбнулся и, не опуская руки, сделал шаг к «ежу». Тот медленно откатился, красный свет внутри него померк, затем повернулся вокруг оси и исчез, пройдя сквозь матовую стенку одной из сфер.

Но, едва Лео и Йей собрались уже беспрепятственно приступить к осмотру зала, Башня опять проявила признаки жизни, знакомые звуки вновь заставили вздрогнуть незваных гостей. Словно скрытый где-то внутри великан злобно заскрежетал зубами, зафыркал, заохал. Вспыхнул один из овальных экранов на стене, и Лео узнал в появившейся в небе точке шмеля — автомат-разведчик. Скрежет и металлические стоны в нутре Башни нарастали, отдаваясь гулким эхом, сливаясь в какофонию душераздирающих, невыносимых человеческому уху звуков. Лео осмотрел главный пульт, уже знакомый треугольный паз в центре заговорщически зиял пустотой. Он в нерешительности взял у Йея амулет. Не вызовет ли замыкание цепи к жизни какую-либо программу разрушения? Но грохот нарастал, к тому же Лео показалось, что один из боковых излучателей пришел в действие: синие искры забегали по черному стволу орудия, исчезая в амбразуре. Землянин решился и закрыл пустоту углубления амулетом туземцев.

Почти тотчас утихли жуткие стоны, в последний раз донесся гулкий скрежет в момент обессилевшего великана, и все вокруг стало угасать: искры на стволе неведомого орудия, подсвеченный овальный экран, огни на пульте, мертвенный свет из стен. Только солнце проникало через одну из бойниц узким лучом, в котором плясали поднятые пришельцами золотые пылинки. Казалось, Башня засыпает. Йей отыскал узкий лаз наружу и позвал землянина. Лео с трудом протиснулся за ним, и у него перехватило дух от бесконечности залитой солнцем пустыни. Йей издал победный клич. Теперь они оказались на узком балконе, окольцевавшем вершину Башни. Шумы внутри совершенно прекратились, стало слышно, как ветер свистит в перилах балкона и в амбразурах. Йей продолжал настороженно прислушиваться, но нутро сооружения умолкло.

— Лео, — спросил он пересохшими губами. — Теперь Башня совсем умерла?

Землянин не понял его, он вернулся внутрь, озабоченный одной лишь мыслью: как дать знак своим, что он жив и находится здесь, на вершине Башни? Ему очень хотелось пить, жажда казалась невыносимой. Плохо соображая, что делает, Лео добрался до пульта, на котором заметил изображение облака и черточки под ним. Он нажал одну за другой все клавиши под схематичным рисунком и потерял сознание.

Очнулся он оттого, что Йей брызнул в лицо холодной водой, издавая лающие звуки, заменявшие ему смех. Лео дотащился до амбразуры, ничего не было видно за серой пеленой, лишь капли дождя попали ему на лоб и щеки. Снаружи шел настоящий ливень, с неба низвергались потоки воды. Лео выбрался на балкон, с жадностью поймал ртом падающие струи, набрал воды в кобуру дезинтегратора и сразу выпил. Терять ему было уже нечего. Вода оказалась несколько кисловатой, но на вкус пригодной для питья. Йей наполнил свой рог, и они поспешили укрыться от ливня. Лео вернулся к пульту с изображением облака, привел клавиши в исходный порядок, и вскоре дождь прекратился.

Из всех пультов продолжал светиться лишь один, под огромным изображением семипалой руки. И тут Лео осенило: Башня переключилась с автоматического на ручное управление. Он подошел к пульту и принялся изучать значки у клавиш. Стоило нажать расположенную у горизонтальной черточки — следовал короткий рев огрызающегося огнем орудия, тронуть обозначенную зигзагообразной линией — синие искры появлялись на черных стволах, беззвучно убегая по ним наружу. Сомнений не оставалось: он стал властелином Башни.

Когда на пути к недавно обнаруженному циклопическому сооружению взорвался еще один авторазведчик, в дело, пустили вездеходы с защитой высшего класса. На одном из них отправился экипаж из трех человек. Им удалось проникнуть дальше воздушных разведчиков. Когда у землян появилась иллюзия, что неведомый противник поражает лишь воздушные цели, Башня нанесла удар по первому вездеходу. Его защитный экран деформировался под сфокусированным импульсом энергии, но выдержал испытание.