Мы не всегда знаем, какие именно области подверглись тюркским набегам 30–40-х годов XI в. Создается впечатление, что обычно тюрки вторгались в окраинные районы исторической Армении, которые находились под властью либо местной знати, либо мусульманских эмиров. Но с конца 40-х годов ситуация меняется. Сельджукское нашествие распространяется на срединную часть страны, обращенную в фемы, и здесь разворачивается противоборство между тюрками, с одной стороны, местными силами армян и грузин, византийскими отрядами и гарнизонами — с другой. Армения находилась накануне сельджукского завоевания и владычества.

В 1047 г. тюрки предприняли большой поход, стремясь дойти до Феодосиополя. Датировка этого похода основана на данных Аристакэса. Говоря о 497 г. армянского летосчисления (10 марта 1048 — 9 марта 1049 г.), автор считает его «вторым годом нашего пленения»^[1119]. «В тот год, — пишет Аристакэс Ластивертци, — над нашей страной разверзлись врата небесного гнева. Из Туркастана двинулось огромное войско, и кони их стремительны, как орлы, с копытами, подобными твердым камням. Их луки натянуты, стрелы заострены, они туго опоясаны, и не разорвать ремней на их сапогах»^[1120]. Тюрки проникли в Васпуракан, дошли до Валаршавана в Басеане. Здесь они разорили 24 гавара, замечает Аристакэс, но подойти к Карину-Феодосиополю им не удалось.

Известия Скилицы относятся к одному из эпизодов этого похода. После победы над Лихудом, сообщает автор, Кутулмыш назначил своего племянника Хасана Глухого начальником двадцатитысячного войска и приказал ему покорить Мидию. Хасан через Тавриз и Тефлис вышел к Васпуракану. Правитель Васпуракана Аарон обратился за помощью к Катакалону Кекавмену, который в то время был «катархонтом Ани и Иверии». Применив воинскую хитрость, византийцам удалось разбить тюрок у р. Большой Зав, Хасан Глухой остался на поле боя^[1121]. Эта победа, по-видимому, не могла существенным образом повлиять на дальнейшие события — тюрки находились в самом сердце византийских владений в Армении. Положение усугублялось тем еще обстоятельством, что значительные силы были оттянуты с Востока и переброшены в Европу против поднявшего мятеж Льва Торникия^[1122].

В 1048 г. тюрки предприняли большой поход под водительством Ибрахима Инала^[1123]. «Ливень гнева, — пишет Аристакэс, — залил обширную долину между Басеаном и Карином, а брызги рассыпались по четырем сторонам света — на западе до гавара Халтеац, на севере до Спера и до замков Тайка и Аршаруника, на юге до Тарона и до гавара Хаштеанк, до лесов Хордзеана»^[1124]. Спер — седьмой гавар Высокой Армении, располагался по верхнему течению р. Чорох, ныне Испир. Аршаруник — пятый гавар области Айрарат, располагался по левому берегу р. Араке. Хаштеанк — второй гавар Четвертой Армении, располагался по течению Арацани, близ впадения р. Гинек (ныне Гинексу). Хордзеан — первый гавар той же Четвертой Армении, по верхнему и среднему течению р. Мевс Гайл^[1125]. В Мананали, пятом гаваре Высокой Армении, вдоль р. Мананали (Тузлу), близ горы, которая называлась Смбатаберд (Смбатова крепость), тюрки учинили беспощадную резню^[1126]. Они овладели г. Арцном, но Феодосиополь взять не смогли, хотя, по-видимому, как и в предыдущем году, это было их основной целью. В литературе встречаются указания, что тюрки проникли также в Сюник^[1127], но это — заблуждение. Называя «дом Сисака», автор перефразирует армянскую версию Библии^[1128], где под Сисаком разумеется древний Вавилон^[1129]. Сельджуки прошли западнее Сюника.

Таким образом, тюркские набеги распространились по значительной территории. Если буквально понимать фразу Аристакэса о «втором годе пленения», следует полагать, что по крайней мере часть тюркских отрядов оставалась в Армении с прошлого, 1047 г.

Тюрки собрали огромное войско — Скилица называет цифру 100 тыс.^[1130]. Это нашествие должны были отразить отряды Аарона, Кекавмена и Григория Магистра в количестве 60 тыс. воинов^[1131]. По призыву императора к ним впоследствии присоединился грузинский князь Липарит, который отложился от царя Баграта IV. Незадолго до этого Липарит признал себя «другом и союзником ромеев» и в этом качестве должен был исполнить свои союзнические обязанности^[1132]. Кекавмен предлагал сразиться до того, как противник вступит в византийские пределы, по мнению же Аарона, следовало укрепить города и крепости и оттуда поражать тюрок. Возобладала эта последняя точка зрения. Византийские войска были стянуты в Басеан и здесь ожидали прибытия Липарита^[1133]. Тем временем Ибрахим Инал устремился к Арцну. Жители города, рассчитывая на то, что их много, а рядом находится такая могучая крепость, как Феодосиополь, и это убережет их от действий врага, отказывались держаться в стенах своего города. Кекавмен же в своих грамотах настойчиво звал их вернуться в Арци. Когда тюрки подошли к Арцну, горожане загородили улицы и с крыш домов отбивались камнями, дубинами и дротиками. В течение шести дней им удавалось сдерживать неприятеля. Тогда Ибрахим Инал приказал поджечь Арцн, и лишь таким путем ему удалось овладеть городом. Погибло 150 тыс. человек, перед неминуемой гибелью горожане сами бросали своих жен и детей в огонь. Ибрахим Инал захватил в Арцне золото и оружие, коней и вьючных животных, вывел пленных.

Тем временем прибыл со своими отрядами Липарит. Византийские силы были разбиты в сражении, Липарит попал в плен. Скилица называет дату пленения Липарита — 18 сентября Пиндикта суббота^[1134]. Но 18 сентября — воскресенье, почему В. Н. Бенешевич и предлагает датировать это сражение 10 сентября 1048 г.^[1135]. В. Н. Бенешевич приписывает Аристакэсу датировку 1049 г. Это неверно — из изложения нашего автора явствует, что он относит это событие к осени того же, 1048 г. Э. Хонигман полагает, что Липарит попал в плен в 1049 г., как это значится у Матфея Эдесского^[1136]. Так же датирует событие и С. А. Маркарян в своей обстоятельной статье о сражении и в особенности о роли Липарита^[1137]. Предпочтение следует отдать Скилице и Аристакэсу, которые датируют 1048 г., не будучи зависимы друг от друга. Действительно, в XI главе «Повествования» ։ армянский автор рассказывает о первом большом походе, а, под 497 г. армянского летосчисления (9 марта 1048 — 8 марта 1049 г.) помещает события «второг о года нашего пленения»^[1138]. Чуть ниже он возвращается к первому походу, но после фразы: «А на следующий год…»^[1139] — говорит о событиях того же, 497 г., включая в их цепь и интересующее нас сражение в Басеане.

Далее тюрки ушли в Окоми, а затем вообще покинули Армению. Аарон вернулся в Ван, Кекавмен — в Ани. Тюрки доставили Липарита в сельджукскую столицу Рей и представили султану в качестве главного трофея. Впоследствии грузинский князь был выкуплен Мономахом, что послужило поводом для начала переговоров между сельджуками и Византией. По мнению С. Т. Еремяна, тюрки в качестве заложника оставили у себя сына Липарита — Рата. Впоследствии этот Рат выступил в качестве проводника тюркских отрядов. Автор считает, что именно Рат, обращенный в ислам, стал основателем государства Данишмендидов с центром в Севастии (ныне Угуми, к северо-востоку от Асан-Кале^[1140]). Должен отметить, однако, что о взятии в плен сына Липарита в источниках, насколько мне известно, не говорится. Что же касается конечного вывода С. Т. Еремяна, то, по мнению К. Казна, невозможно, чтобы тюрки, игнорируя хотя бы языковой барьер и обычаи, избрали своим вождем и — более того — сделали героем инородца, хотя бы и обращенного в ислам^[1141].

По мнению В. Ф. Минорского, который отталкивается от сведений Скилицы, ромеи были далеки от того, чтобы потерпеть полное поражение. С этим трудно согласиться. Рассказ Скилицы, конечно, основан на официальном рапорте, автор которого стремился скрыть печальные последствия кампании. У Аристакэса же соответствующий раздел озаглавлен: «О великой битве в долине Басеана, в которой ромеи понесли поражение». Но В. Ф. Минорский, по-видимому, прав, считая, что именно на 1049 г. падает экспедиция Никифора, так что уже в следующем году византийцы предприняли ответные действия.