Широкий контекст армянских авторов не оставляет сомнений в том, что Гагик II покинул свою страну задолго до падения Ани. В то же время маловероятно, чтобы он предпринял этот шаг при отсутствии непосредственной угрозы.

Согласно Скилице, военные действия развивались следующим образом. Во главе византийской армии находился вест Михаил Иасит, катепан Иверии с 1038 г. (см. гл. V). Сведения об этом походе сохранились только у Скилицы (Аристакэс упоминает Иасита лишь в связи с его последующим правлением в Ани). Иасит, пишет греческий автор, выступил, стремясь выполнить в точности возложенную на него задачу, но Гагик оказал сопротивление^[824]. Тогда Иасит был смещен. Его преемником оказался паракимоман Николай, который еще в 1028 г. действовал против Баграта IV (см. гл. V). В 1042 г. императрица Зоя вторично назначила Николая доместиком схол Востока^[825], а в то время, о котором идет речь, Николаю предстояло сломить сопротивление Гагика, пишет Скилица^[826]. Одновременно император направил грамоту Абу-л-Асвару — «архонту Двина и Персармении, расположенной вдоль реки Араке», и предложил ему начать набеги на «Армению Великую и страну, подчиненную Гагику»^[827].

Абу-л-Асвар I из династии Шеддадидов — эмир Двина (1022–1049; в 1049–1067 гг. — эмир Ганджи). В 1040 г. Абу-л-Асвар во главе огромного войска (Матфей Эдесский называет цифру 150 тыс.) вторгся в пределы Давита Безземельного. Тогда Давиту удалось получить помощь от Йовханнэса-Смбата, Баграта IV и царя Капана, и нашествие было отражено^[828]. Абу-л-Асвар совершал набеги на Анийское царство, хотя и был женат на сестре Гагика II (см. ниже)^[829]. Заручившись хрисовулом, подтверждавшим его права на крепости и селения Гагика, «которые удастся захватить по закону войны». Абу-л-Асвар всей своей мощью обрушился на Анийское царство. Скилица пишет, как, придя в отчаяние, Гагик заключил с паракимоменом мир; отдал свой город и при его посредничестве отправился к императору^[830].

Выше было сказано, что военные действия против Ани начались в 1044 г., так что в рассказе Скилицы нашли отражение события двух лет: 1044-го и 1045-го. На основании этих данных время вступления в войну Абу-л-Асвара определить не удается. В изложении греческого хрониста, война против Ани кончилась тем, что Гагик заключил мир с паракимоменом Николаем и отправился в Константинополь. Армянские авторы освещают событие иначе. Гагик II покинул страну задолго до окончания военных действий, возможно уже в 1044 г. Правителем был оставлен католикос Петрос — Гагик «великой клятвой вверил ему все попечение страны»^[831]. В изложении Матфея Эдесского, Петрос был назначен посредником между царем и Саргисом с его клевретами — «осведомителями» (банатук) Мономаха^[832]. Тот же автор сообщает следующее: когда горожане узнали, что Гагика не отпускают на родину, они напали на ромеев и нанесли им страшное поражение. После этого паракимомен зимовал в Олти, так что это событие должно было иметь место осенью 1044 г.^[833].

Антивизантийские настроения в Армении были очень сильны. Потеряв надежду на возвращение Гагика, городская знать, не желая сдавать Ани византийцам, искала правителя, кому можно было бы вверить столицу. Сведения об этом сохранились только у Аристакэса Ластивертци. Фраза, касающаяся этого чрезвычайно важного момента в истории Ани накануне падения, по-разному толковалась как в текстологическом аспекте, так и с точки зрения своего реального содержания. В основном тексте обоих изданий «Повествования» значится: իսկ քաղաքացի գլխաւորքն որ նստէին յՄսի իթրև. տեսին թէ արգելաւ Գազիկ ի Յոյնս, տրվեցան հր թեմն ի Գաւիթ տալ զքաղաքն ի Դունացին, քանզի քոյրն Գաւթի կին էր նորա, երբեմն ի հազարատ թագաւորն Ափխազաց. В переводе: «А городская знать Ани, видя, что Гагик задержан в Греции, решила вверить город либо Давиту Дунаци (ибо сестра Давита была его женой), либо абхазскому царю Багарату». В разночтениях же содержится иной вариант: երբեմն ի Դաւիթ տալ զքաղաքն, երթ ե Ան ի Դու Լացին, քանզի քոյրն Դաւ թի կին էր նորա, երբեմն ի հազարատ թագաւորն Ափխազաց т. е. полагали сдать город либо Давиту, либо Дунаци (Двинскому), поскольку сестра Давита была его женой, либо Багарату…^[834] Таким образом, первое чтение предполагает двух возможных владетелей Ани — Давита Двинского и Багарата Апхазского, второе чтение — трех: Давита, его зятя Двинского и Багарата. Какому бы чтению мы ни следовали, отождествление «апхазского царя Багарата» с Багратом IV представляется бесспорным. Последующие события показали, что Грузинское царство в какой-то мере даже реализовало свои права на Ани. Истолкование остальной части фразы намного труднее. Французский переводчик «Повествования» следовал второму чтению и полагал, что помимо Баграта IV Аристакэс имел в виду Ташир-Дзорагетского царя Давита Безземельного и двинского эмира Абу-л-Асвара^[835]. Но в этом случае следует признать, что Абу-л-Асвар был женат на сестре Давита, тогда как в том же «Повествовании» Абу-л-Асвар назван зятем царя Ашота IV^[836] (և էր Փեսայ թագաւորին Հայոց Աշոտոյ). Достоверность этого известия подтверждается таким важным источником, как «Джами ад-дуван» Мунеджима-Баши; здесь говорится, что одного из сыновей Абу-л-Асвара звали Ашот^[837]. Абу-л-Асвар был женат на дочери Ашота IV и сестре Гагика II, его сын Ашот был наречен по имени деда, и именно поэтому придворный поэт Катран Табризи называет другого сына Абу-л-Асвара — Фадла II — светильником дома Багратидов.

А. Тер-Гевондян, подробно рассматривающий этот вопрос^[838], исходит из первого чтения и приходит к выводу, что после занятия Ани в 990-х годах Гагик I назначил там правителем Давита Двинского: ему-то через полстолетия собирались передать Ани. Но ведь анийцы могли выдать город лишь могущественному правителю, способному противостоять византийскому нашествию. Таким лицом мог быть Абу-л-Асвар, или Баграт IV, или Давит Безземельный, но не безвестный «Давит Двинский». Подобное толкование плохо согласуется с исторической обстановкой накануне византийского завоевания.

Наконец, в комментарии к русскому переводу «Повествования» было высказано предположение, что под «Давидом Двинским» следует разуметь Абу-л-Асвара и что рукопись текста Аристакэса в данном месте подпорчена, а потому предпочтительнее такое чтение: «ибо сестра Гагика была его женой». В целом же аутентичным признается также первое чтение^[839]. Это толкование исходит из возможности того, что у Абу-л-Асвара было неофициальное, христианское имя, и за недоказанностью должно быть отвергнуто. Ошибочным было и предпочтение, которое отдавалось первому чтению, в то время как большинство рукописей, в том числе лучшие, содержат второе чтение. Если же мы признаем аутентичность второго чтения, исправив при этом «Давит» на «Гагик» (Դագկայ вместо Գաւթի), то противоречие в определении матримониальной связи будет снято, одновременно отпадет и логическая неувязка — почему, призывая Абу-л-Асвара, анийцы обосновывали свой выбор тем обстоятельством, что двинский эмир был женат на сестре Давита Безземельного (чего в действительности не было). Таким образом, верным следует признать второе, пространное чтение с указанным коррективом: горожане Ани колеблются в выборе между Давитом Безземельным, Абу-л-Асваром («ибо сестра Гагика была его женой») и Багратом IV.

Как было сказано выше, согласно «Летописи Картли», вест Саргис Хайказн с девятью крепостями, подвластными Ани, присоединился к Баграту IV. Непосредственно вслед за этим в тексте говорится, что «анийцы отдали Аниси матери Баграта, ибо ей по отцу были родственны армяне, (ибо) царица Мариам, мать Баграта, была дочерью царя армян Сенекерима»^[840]. Это было весной, продолжает автор, царь Баграт был занят осадой Анакопии, оттуда он через Кутатиси направился в Тпилиси, и горожане сдали ему город. Сопротивление оказали только жители Исани, и Баграту пришлось силой овладеть этой частью Тпилиси. Сюда прибыл царь Кахети Гагик и изъявил свою покорность. Так прошло лето. После этого, говорит автор, «опять начал Липарит жестоко вредить им же (т. е. Баграту и его окружению. — К. Ю.). И выманил он из Аниси от царицы Абусэра эристава Артануджа, и (владетеля) Хихани, Цихис-Джвари и крепости Ацкуэри, и эристава Иванэ, и патрона Гуарама Годердзисдзе, (и) патрона Бечис-Цихэ. И захватил их у ворот Аниси». Далее излагаются подробности борьбы между Багратом IV и Липаритом^[841].