- Триста тысяч! Кто даст больше?

-Пятьсот!- гаркает из-за дальнего столика ... Майер. О, нет! И он здесь. Конечно же, я не знаю, кому будет продан мой первый раз. Но в том, что с ним он станет поистине незабываемым, я уверена полностью. Вот только незабываемым в том плане, что ещё много лет посреди ночи я буду вскакивать с бешено бьющимся сердцем, вспоминая весь ужас, что он творил со мной. Майер, будто почувствовав мой страх, подбирается словно гончая перед охотой, жадно подаваясь вперёд. Его ноздри подрагивают, будто он втягивает аромат моего страха, смакуя его как дорогое вино. Целый месяц он сможет измываться надо мной, мстить за то, что не давалась в его руки с той лёгкостью, которую он привык видеть в противоположном поле.

-О, а вот и начались настоящие ставки! - с фальшивым уважением в голосе хвалит его Юрий- Ну же, господа, кто посоревнуется с этим серьёзно настроенным джентльменом за то, чтобы стать первым у этой прелестницы?- Пятьсот пятьдесят, господин за столиком номер восемнадцать. - тут же рапортует он.

" Это всё- ради будущего! "- напоминаю себе, когда приступ отчаяния накатывает с новой силой, заставляя до боли вжать ногти в ладони.- " Ради ребёнка! ".

Торги идут с переменным успехом- Майер, добавив сразу ещё двести тысяч, вяло чередует шаги с мужчиной лет шестидесяти, как вдруг на экране одной из вип-лож наверху появляется единица с шестью нулями.

-Один миллион рублей!- громко озвучивает предложение неизвестного Юрий. Я застываю, не в силах поверить услышанному. Один миллион рублей! Хоть, конечно же, это- ещё и не самая большая ставка. Эти мужчины любят элитность, эксклюзив, иначе бы просто купили на одном из сайтов девочку на ночь- две. Но им нравится флёр особенности, избранности. Звезда среднего пошиба, девственница, близняшки- вот за такое они готовы платить и не такие суммы.

-Три! Три миллиона!- ревёт Майер, недовольный тем, что добыча уходит прямо из рук. В зале повисает тишина- всё же, и у тяге к эксклюзивности есть предел. И вон он, человек, который будет творить с моим телом, что пожелает, тридцать один день, в любое время дня и ночи.

"Майер так долго этого ждал. Так что, хотя бы за волю к победе он достоин приза."- печально усмехаясь про себя, готовлюсь встать, чтобы пройти к его столику. Как вдруг на экране вип- ложи возникает цифра, заставившая даже эту публику удивлённо выдохнуть. Десять миллионов рублей. Сумма, сорок процентов из которой станут моими.

-Десять миллионов рублей из ложи номер два!- пафосно резюмирует Юрий.- Итак, десять миллионов раз! - он поднимает вверх ладонь, загибая один палец.- Десять миллионов- два!- второй палец присоединяется к соседу.- Десять миллионов...- он выдерживает эффектную паузу, хоть всем всё давно понятно. - Три! Продано!

Вот и решилась моя судьба. Под аплодисменты я на ватных ногах поднимаюсь с дивана, выдавив из себя улыбку, спускаюсь по ступенькам, направляясь к лестнице в ложи. Позади меня молчаливой тенью следует один из охранников клуба. У самой двери ложи номер два он, обходя меня, услуживо открывает дверь и растворяется в полумраке коридора.

-Здравствуйте!- от нервов здороваюсь, даже ещё не увидев, кто передо мной. В ушах гул- пульс частит так, что сердце, кажется, готово выпрыгнуть из груди. Медленно поднимаю взгляд, и застываю точно жена Лота. На черном кожаном диване передо мной - Алан. В расстёгнутой на груди тёмной рубашке, облегающих мускулистые ноги черных брюках он выглядит самим дьяволом во плоти. На столе перед ним пару блюд с мясной и сырной нарезкой, наполовину пустой графин с виски и бокал.

-Ну, здравствуй, Алиса.- насмешливо произносит он- Я ведь сказал, что моей будешь. Получается, сдержал слово.

12. Алан

Смотрел на эту тварь и разрывался между желанием схватить её, сдавив пальцы на этой нежной тоненькой шейке, и сорвать эти не подходящие её лживой натуре небесного цвета тряпки, швырнув прямо на стол, и оттрахать так, чтобы кровью истекала. Из целки защитой.

Просто... Ска, слов нет. Смотрю- и сердце кровью обливается. Внутри всё еще где-то прячется тот влюблённый молодой дурак, со слезами на глазах вопрошающий " Алиса, за что ты так с нами? ". Тварь! Лживая, жадная до денег шлюха, готовая раздвигать ноги перед любым, у кого они есть. Готовая штопаться раз за разом, играя девственницу, лишь бы больше платили.

-Сядь!- рявкаю, когда замечаю в её глазах страх. Это неприятно колет внутри- тот, ещё не сдохший окончательно мальчишка романтик, мечтавший, чтобы Алиса глядела с любовью, задыхается от обиды и несправедливости. Не так всё должно было быть. Но, с циничной усмешкой, отправляю его обратно, на самое дно души, сидеть посреди осколков разбитых надежд и не рыпаться. Сейчас здесь лишь я и моя месть.

Алиса, медленно, точно обречённая по пути к эшафоту, переставляет ноги.

-Какого х*ра недовольна?- бешусь при виде этого.- Или мечтала трахаться с тем жирным мешком денег? А? Стонать под пенсионером, воняющим старостью и пускающим слюни на твои сиськи? - бью наотмашь словами.- У вас же, у шлюх, такой как я- подарок судьбы?- иронично интересуюсь. - Денег отвалил столько же, при этом ещё молодой, не урод. Трахаться приятно. - цепко слежу за ней взглядом, она недовольно поджимает губы, но молчит. Умная девочка. Понимает- я сейчас на грани. Такая злость внутри, что хочется разъ*бать всё здесь к чертям.

Алиса молчит. Сидит с прямой спиной, руки на коленях сложила. Ну точно старшеклассница примерная, а не шлюха низшего пошиба!

-Как ты там говорила?- едкая горечь так и хлещет изнутри, застарелая обида оказалась даже сильнее, чем думал.- Не хочу быть нищей женой- домработницей в ауле. И?- обвожу рукой вокруг - Так лучше? А, Алиса? Чего молчишь!- подавшись вперёд, рявкаю так, что она аж подпрыгивает на месте от неожиданности. - Шлюхой лучше быть?

Молчит. Это немного гасит вспышку гнева, но тут же хищно улыбаюсь ей:

-Ты, наверно, не в курсе. Но у вас тут почти любую и убить можно. Так, перестараться там...- развязно тяну слова- В сексе чуть сильнее придушить, или, обдолбавшись, с балкона скинуть. Шлюхой больше- шлюхой меньше... - философски выдаю, пожимая плечами.- Твоё " начальство" за отдельный прайс еще поможет тело скрыть. Думаешь, почему вас набирают таких, без семьи, без родных. Нахер никому не нужных, а?

-Алан, давай...- неуверенно начинает она, но меня от звука её тихого бл*дского голоса аж подкидывает. Строит здесь из себя, стерва! Девочку-целочку, нежный цветочек с тихим голоском! А сама столько членов повидала явно, что, выстрой их в одну линию- весь экватор опоясать можно.

-Давать будешь ты, Алиса!- грубо обрываю её- Когда я захочу, где я захочу, сколько я захочу. Тебе ясно? - она кивает- Словами, млять!- зло требую. Получив тихое " да", хмыкаю.- Вот так. Потому что если бы я хотел молчаливые дырки для траха, я бы резиновую куклу купил. А не отваливал за тебя десять лямов! А теперь отсоси мне.-с удовольствием отмечаю, как в её глазах мелькает нечто, похожее на испуг.

Кинув робкий взгляд на открытую дверь ложи, она встаёт. Идет к двери.

-Куда пошла?- пресекаю её попытку закрыть дверь. Она поворачивается:

-Но там же... Люди ходят. Увидит кто. - выдавливает из себя. Мои губы кривятся в усмешке:

-Ну да, никто ведь из них и не догадывается, что в борделе, где я только что купил тебя, ты мне отсосёшь. Наверно, считают, что мы в шахматы играть будем?- ядовитый сарказм так и хлещет изнутри. Стерва! Лживая тварь! Могли бы ведь быть счастливы, семьёй быть, детей растили бы сейчас. Нет, нужно было обмануть, унизить, выставить слабоумным идиотом перед семьёй, родными. Помнится, мне долго потом один из троюродных братьев припоминал " ту, русскую, на которой чуть не женился". Остановил его только хороший хук справа, хоть это, как я и предполагал, навсегда рассорило маму с двоюродной сестрой, его матерью.