-А что он? Сказал, не его это ребёнок! Урод он и есть урод.- зло припечатала, а потом встала с кровати. - Да пофиг на него. Сама рожу, сама выращу. Астма только эта...- вдруг, остановившись, вопросительно взглянула на меня, теперь уже вместо неё размазывающую слёзы по лицу.- Ты злишься?

Я аж опешила. Злюсь? Она серьёзно сейчас? Надо же такое ляпнуть! Да я счастлива! Боже, это ведь хоть что-то светлое в том беспросветном тупике, куда загнала нас жизнь. Вскочив с кровати, импульсивно обняла её, задыхаясь от счастья.

-Ира! Да я счастлива! Я тётей стану, у тебя малыш будет или малышка!- отпустила обалдевшую от моей реакции сестру.- Все чудесно.

В этот момент я поклялась себе, что сделаю для сестры и её ребёнка всё, лишь бы не дать в обиду. Да, Женя- козёл, что не желает признавать своего родного ребёнка. Но это - не сюрприз ни разу, там изначально примерно такое и ясно было. Не очень порядочный он человек. Зато у малыша есть я! И я костьми лягу, чтобы у малыша не было такой же судьбы как у нас, бедных безотцовщин!

-Фух, отпустило аж.- сквозь слёзы ответила она.- Я думала всё, как тебе сказать. Боялась, что расстроишься или разозлишься.

-И зря думала.- вот ведь Ира. Напридумывает себе. Уж что-что, а обижаться на неё я никогда не могла дольше нескольких часов. Всегда после отходила, первой мириться приходила. А уж злиться...

- Ир, я обещаю- всё у нас получится. Я все сделаю, чтобы из этой задницы нас вытащить.

-Я тоже буду стараться, работать!- воодушевлённо добавила она, кивнув.- А то ты одна за меня... А я, никчёмная.- снова всхлипнула.- Астма, проблемы мои разгребаешь, теперь вот беременна...

-Нет!- уверенно возразила.- Не надо, Ир, правда. Ты же знаешь, что у тебя здоровье и так плохое. Случится что с ребёнком- я себе не прощу. Не надо больше тебе ходить на подработки. - твёрдо выступаю против того, чтобы она, как раньше, уходила на них, пропада на несколько дней. Теперь я места себе не найду, если она, беременная, продолжить так делать. Ира не говорила, куда ходит. Но возвращалась всегда измученная, уставшая. Может, убираться ходит в домах. А это ведь- опасная химия. Пускай лучше дома сидит. И ей лучше, и мне спокойнее будет. - Да и в агентстве за всё ведь заплатят хорошо, тебе не нужно работать будет вообще.- смирилась я с неизбежным.- Прорвёмся, так ты говорила?- напомнила Ирино любимое слово. Она вяло улыбнулась в ответ.

-Подожди, а срок-то какой? Рожать когда, чтоб подготовиться, всего хватило? - спохватилась я. Ира как-то странно на меня взглянула.

-Недель восемь примерно.- будто нехотя ответила.

-Интересно, когда пол узнать можно?- задумалась я.- Это же можно сразу и подготовить всё по цвету. И коляску нужно, и пелёнки распашонки, комбинезоны всякие купить. Можно сейчас уже начинать потихоньку.- размечаталась, зажмурившись от внезапно накатившего счастья при мыслях о том, как буду держать на руках крошечного человека. Как маленькие пинетки и чепчики одевать.

-Да подожди ты!- оборвала меня сестра.- Родить дай сперва, а то вдруг что...- замялась- Случится с ребёнком что, беременностью, а ты уже наберёшь кучу всего. Куда потом девать всё?

-Ир, ты чего!?- покачала я головой - Нельзя так говорить, ты что! Настрой правильный должен быть. Всё хорошо будет, родишь, растить будем. Всё отлично будет.

Хотелось сказать даже грубее- разве ж можно так о ребёнке говорить? Но сдержалась- глупо спорить и заставлять нервничать будущую маму. Это гормоны у неё сейчас бушуют- вот и перепады настроения теперь ясно, отчего. То хохочет дома с кем по телефону, слышу иногда, как дверь открываю, захожу в квартиру. А как меня увидит, хмурая становится или плаксивая. Со мной-то ведь можно не таиться, не притворяться. Все эмоции скрываемые наружу и лезут.

Эх, Ирка, Ирка. Бедовая, непутёвая. Но родная кровь. И мать моей будущей племянницы или моего будущего племянника. А это значит, что я смогу ради них всё! Тетя ведь, мама Иры, приняла меня, растила как свою. Любила, ни разу ничем не попрекнула, разницы между мной и родной дочерью никогда не делала.

***

С полными слёз глазами я вошла в салон, где сегодня меня будут готовить к судьбоносной ночи. Поворотной, после которой моя жизнь изменится навсегда. И, хоть перед Ирой я храбрилась, и даже самой стало казаться, что смирилась, а вот по пути сюда снова нахлынуло. В дорогом чёрном авто, присланном за мной Эстеллой, сидя на заднем сидении, я глядела в окно. Глядела- и внутри всё кипело, разъедало от обиды. Почему я- не одна из этих людей. У которых есть родители, семьи, любовь, защита? Почему я не могу вот также весело бежать с пакетами из магазина домой, чтобы приготовить ужин для семьи? Или вот эти милые пожилые мужчина с женщиной, выгуливающие маленького пекинеса на аллее между домами- не мои родители? Тогда бы мне пришлось так рано взрослеть, быть сильной. Я смогла бы поплакаться им, попросить помощи. Невольно вспомнился и Алан- ему легко говорить! За него всегда была вся семья. Оте обеспечивал всем необходимым. Деньги, дом, еда, одежда. Семья ни в чём не нуждалась, хоть и жила скромно. Мама взяла на себя быт- полностью заботилась о доме, детях. У Алана не было ни дня, чтобы он был голодным или просто даже в неглаженной вещи ходил.

А я же, как слегла тетя, взяла на себя всё. Выживала, подрабатывала уже тогда уборщицей, хоть и скрывала это от него, говорила, что присылаемых им денег хватает. Мне просто было стыдно. Стыдно, что я- бедная, что не могу быть ровней ему, что у меня и семьи то как таковой нет. Так, приживалка из жалости.

-Добрый день. - улыбнулась мелированная блондинка за стойкой, отложив телефон. Но тут же по её лицу скользнала тень, стоило меня поближе разглядеть. Видно, решила, что я пришла что-то рекламировать или же в туалет попроситься. - Вы по записи? - она взглянула на меня так, словно я была жутко неограничным пятном в атмосфере роскошного пафоса, царящего в этом дорогом салоне.

-Я от Эстеллы.- ответила, обреченно опустив плечи. Ни спорить, ни ссориться, ни что-то доказывать сегодня мне не хотелось. Мне вообще было всё равно, что обо мне думают другие. Я ощущала себя вблизи огромной бомбы, отсчет времени на которой уже начался. Еще немного- и она взорвётся, погребя прежнюю Алису под руинами.

-А, да. - блондинка тут же вернула ослепительную улыбку на лицо.- Пойдемте, я вас провожу. Юлия уже ждет, и потом по процедурам пройдёмся. Вам удобно будет, если сюда стилисты с вещами приедут?- теперь она сменила " минус " на " плюс", расстилаясь передо мной в напускном подобострастии. Видимо, окрылённая большими деньгами на аукционах, Эстелла всегда хорошо платила за подготовку. Вот и старается, чтобы всё прошло по высшему разряду.

Дальше меня словно тряпичную куклу вертели, водили из кабинета в кабинет, укладывали, депилировали, примеряли одежду, спорили между собой, какой макияж не только больше подойдёт к моему цветотипу, но еще будет хорошо смотреться в вечернем освещении. При этом пожеланием Эстеллы был акцент на юный возраст, максимальный. Вернее, попытаться сделать из меня девушку моложе, чем я есть на самом деле. Клиентам нравится молоденькое doll face* ( кукольное личико). Это еще раз напомнило, что рассусоливаться со мной не станут. По меркам агентства я почти в тираж вышла.

Когда преображение закончили, привезли большое зеркало на колёсиках, повернув его ко мне. Я равнодушно оглядела своё отражение. Чем привела в недоумение и даже легкое недовольство своих "творцов". Визажисты и парикмахер переглядывались, хмурясь. Видно, решили, что мне что-то не понравилось, но я не решаюсь сказать. Или боюсь, что переделать времени не хватит.

-Спасибо. Всё очень красиво.- изобразила вялую улыбку, обернувшись к ним. Да, красивая девушка с блестящим взглядом, чувственными, слегка влажными красными губами, длинными темными ресницами, одетая в платье-футляр небесно- голубого цвета и босоножки с нежно бирюзовыми камешками на ремнях, красиво облегающих щиколотку, эта девушка была несомненно красива. Они потрудились на славу- волосы на затылке схватили пышным и невесомым полупрозрачным бантом, оставив крупные локоны распущенными по спине. Украшений, кроме тоненького браслета на запястье, в тон к платью, не было. Образ действительно получился очень нежный, невинный. Именно такой, какой требовался на сегодняшний вечер. Нежная невинная овечка идёт в логово волков, жаждущих съесть её без остатка. Вот только овечка идёт добровольно - у неё нет выхода.