Мы догнали процессию Дарианны. Она, пожав плечами, подтвердила:

- Да, Люта была со мной некоторое время. Прибежала перед отъездом, просить прощения. Мы поговорили. Она просила не держать зла на сестру. Я сказала ей, что всё хорошо, мы ведь всё уладили. Тогда рна ушла, и я больше ее не видела.

Затем бывшая невеста князя лукаво взглянула на меня.

- Госпожа Миланика,- обратилась она ко мне, - Помнится, вы ведь говорили, что у нее есть жених? Когда хотели сбежать от князя? Вы говорили, что уедете далеко, в имение, купленное её женихом? Кажется, так?

В её словах прозвучал намек, явно вновь посеявший сомнения в Рейнгарде. А Торгвальд, сжав меч на боку до побелевших пальцев, мрачно нахмурился.

Дарианна, будто не замечая этого, продолжила:

- Видно, она решила, что раз вы с князем остаетесь, уехать к нему одна Или у вас тоже есть другой жених? Может, вы тоже следом за ней побежите, просто время выжидаете?

Рейн хмуро попрощался с ней, направившись обратно в замок. По дороге я пыталась объяснить Рейнгарду, что тогда, в тот момент, я просто хотела вернуться домой, в свой мир. И никаких женихов у меня здесь точно нет, никогда не было и быть не могло. Я говорила это, потому что была в отчаянии, потому что не знала, как иначе выбраться из этой ситуации. Ведь эта стерва успела посеять в нём сомнения напоследок. Но он, казалось, не слушал. Его взгляд был полон недоверия, а может, и чего-то еще, чего я не могла понять. Он отвел меня в мои покои, а сам ушел, оставив меня наедине с моими мыслями и растущим страхом.

Я сидела на кровати, обхватив колени руками, и пыталась осмыслить произошедшее. Дарианна, эта хитрая лисица, умело посеяла зерно сомнения. Она не просто выдала Свету, она подставила меня, намекнув на мои собственные, давным-давно несуществующие планы побега. И Рейнгард, мой Рейнгард, которому я так доверяла, теперь снова смотрел на меня с подозрением. Это было невыносимо.

Но сейчас все это казалось таким хрупким. Дарианна, с ее ядовитыми словами, могла разрушить все. Она могла настроить Рейнгарда против меня, заставить его поверить в мою лживость. А я не могла этого допустить. Я любила его, и я знала, что он любит меня. Но любовь – это не только чувства, это еще и доверие. И это доверие сейчас было под угрозой.

Я встала и подошла к окну. Замок погрузился в вечерние сумерки. Где-то там, внизу, наверняка уже ищут Свету. Торгвальд, я уверена, будет в первых рядах. Он так заботится о ней, так любит. И я надеюсь, что он найдет ее. А я... я должна не только помочь ему, но и разобраться с Рейнгардом. Я должна объяснить ему все. Я не хочу, чтобы он думал, что я обманываю его. Я хочу, чтобы он верил мне. Доверял.

Я глубоко вздохнула и направилась к двери. Мне нужно было поговорить с ним. Мне нужно было вернуть его доверие. И я знала, что сделаю все, чтобы это произошло. Потому что я любила его. И я знала, что он любит меня. И эта любовь, я верила, была сильнее любых интриг и подозрений.

Вот только дойти до покоев Рейна я так и не смогла. Бледный и напуганный молодой слуга стоял на пороге, мялся и прятал взгляд, заметив меня.

-Что случилось?- спросила его, предчувствуя недоброе.

-Это велели передать вам. - протянул он мне записку. Я приняла её, пристально глядя на него.

-Кто велел?

Он, нервно сглотнув, ответил:

-Госпожа Дарианна. Она сказала, что вы сами всё поймёте, как прочтёте.

И тут я его вспомнила- это же тот парнишка, что видел, как Света садилась в экипаж.

- Постой, это ведь ты видел, как госпожа Люта садилась к ней?

Парень вздрогнул, а после удивил меня ещё больше- бухнулся на пол, обхватив мои ноги руками:

-Молю, госпожа. Не выдавайте меня. Мне понравилась служанка, из свиты госпожи Дарианны, Тайра. Вечером она попросила меня передать госпоже Люте, что с ней желает попрощаться перед отъездом госпожа Дарианна. Только прийти стоит тайно, ведь она не желает показывать челяди своей слабости. Но хочет сказать лично вашей сестре, раз вас нет, что не держит зла ни на кого из вас.

Подняв его с пола, я хмуро всмотрелась в его лицо. Не лжёт. Как минимум, в этом точно.

-И что дальше?

-А потом, когда я привёл её, её оглушили и затащили в экипаж. А мне...- он всхлипнул- Бросили несколько золотых, велев молчать. И уехали. - он вновь бухнулся на колени.- Молю, госпожа! Я выкинул их там же, много раз собирался сообщить князю о том, что случилось. Но ведь он не стал бы разбираться, казнил бы. И золотые не брал я- так и валяются там, если никто не забрал.

Я нахмурилась- да, действительно. В этом мире есть недоработки- как минимум, свидетелям невыгодно сообщать нечто плохое, ведь их могут быстро переквалифицировать в разряд обвиняемых. Поставив себе галочку о том, что нужно будет, как помирюсь, проработать это с Рейном, вновь подняла парнишку.

-Ступай. Ты молодец, что решился сказать правду. Я никому не расскажу, не волнуйся.

Глядя ему вслед, сжимала записку. Сердце отчаянно стучало где-то в области горла. Точно " записка Шрёдингера "- пока я её не открыла, моя подруга и жива, и мертва одновременно. В записке могло быть нечто вроде " Ты отняла у меня самое ценное- теперь мой черёд. Твоей сестры больше нет в живых! ". Или же " Твоя сестра у меня. Делай так, как я велю, и она останется живой". Правда, и во втором случае это- не гарантия, что Свету не прибили еще на выезде из замка.

Рассказать Рейну? Но рискованно, если она у них и жива, то он начнет действовать нахрапом, как любой мужчина и властитель. И тогда Свете точно непоздоровится- пытаясь скрыть улики, Дарианна даже не дрогнет, чтобы лично убить и спрятать тело там, где никто и никогда не подумает искать. А меня обвинит во лжи. Слова же слуги- о, кто им поверит? Тут маленький человек одинаков с нашим миром. Бедным и простым людям суд что обычный, что народный не склонен доверять.

Наконец, дрожащими руками, я открыла записку. " Она ( ни имени, ни какой другой информации ) у меня. В твоих интересах прийти к приюту сегодня, в полночь. Мои люди заберут тебя оттуда. Если решишь рассказать ему ( намеренно обошла слово " князь" или имя "Рейнгард ", чтобы, реши я пожаловаться, всё отвело бы подозрения от неё. Впрочем, зря она переживала- тут открыто могли бы быть подпись и печать самой Дарианны- она бы просто выбрала иную версию. Что я, из ревности, подставила её. Может, даже действуя с сестрой вместе. Та сбежала к жениху, а напоследок решила очернить доброе имя госпожи, выкрав её печать и отправив эту записку. Кажется, Дарианна жила ложью, дышала ей словно воздухом), пожалеешь. Ты знаешь, что делать, чтобы он уснул. ".

20. Похищение

Вечер опустился на замок мягким бархатом. Я сидела рядом с Рейнгардом, чувствуя, как его теплое дыхание касается моей кожи. Он был прекрасен- темноволосый, с густыми, чуть вьющимися локонами, которые падали на лоб, и глазами цвета тёмного грозового неба. Его мускулистое тело, обтянутое сейчас одной лишь тонкой рубашкой, казалось воплощением силы и спокойствия одновременно. Я любовалась им, как будто впервые, ловила каждую черту, каждый изгиб его лица, каждое движение губ, когда он тихо говорил со мной. Его руки, крепкие и уверенные, обнимали меня, и хоть ненадолго в этих крепких объятиях я чувствовала себя в безопасности, словно ничто не могло коснуться нас в этот момент.

За ужином, при свете мерцающих свечей, я ловила его взгляд, и сердце мое наполнялось нежностью и любовью. Но в глубине души сидела тревога - в сумерках, среди хрустальных бокалов и ароматов пряных блюд, я держала в руке маленький флакон, который дала мне Дарианна. Его прозрачная жидкость манила, обещая помочь в том, что я планирую совершить. Но, в то же время, я будто чувствовала, как внутри флакона что-то холодное и опасное шевелится, словно паутина яда, тонкая и незримая. Поэтому так и не смогла решиться подлить эликсир в его вино. Что, если это ловушка? Что, если Дарианна хочет погубить его? Рукой возлюбленной, это свершится, как и говорил Рейн. Сердце сжималось от страха, и я отдернула руку.