Но замужество оказалось совсем не таким, каким она его представляла. Да, целый год всё было почти идеально. Любовь, романтика, внимание. Но как только приданое начало иссякать, а отец Эммы категорически отказался от того, чтобы признать зятя своим наследником без рождения внуков, как Родерик показал свое истинное лицо. Его комплименты сменились колкостями, его внимание - пренебрежением, его любовь - жестокостью.

Она мучилась, каждый день просыпаясь с чувством страха и отчаяния. И матери, леди Грейвз, она не могла рассказать. Стыдно было признаться в своем провале, в том, что ее брак - это лишь видимость, пустая оболочка. Хотя, наверное, мать и так догадывалась. Материнское сердце не обманешь. После смерти отца мама пыталась разузнать через слуг, что творится в их доме, когда не смогла выпытать этого у Эммы. Но Родерик быстро пресёк это, да еще и пригрозил жене так, что она оборвала все связи с матерью. Ради них обеих.

Но Эмма скучала по матери. Сегодня, к примеру, они были у неё, в её уютном поместье, и на мгновение бедняжке показалось, что она снова в безопасности, под защитой. Хотелось кинуться матери в ноги, обхватить их и молить о спасении. Но она не решилась... И теперь она снова здесь, в этом холодном, чужом доме, где каждый уголок пропитан болью и унижением.

В дверь тихо постучали. Эмма вздрогнула, вытирая слезы.- Войдите,- тихо прошептала она.

В комнату вошла молодая служанка в белом чепце, кажется, её звали Люси. Когда-то Эмма вступилась за её брата перед Родериком- тот хотел дать мальчику плетей. Он отпустил парнишку, а саму Эмму той ночью истязал так, что она думала - уже не доживёт до утра. Эрик, так звали брата Люси, уже давно работал в другом месте, и не раз звал Люси к себе, но та будто из сострадания к Эмме оставалась. Впрочем, может, она себе это лишь надумала. А осталась Люси лишь потому, что Родерик весьма щедро платил. Вот только деньги заканчивались...

В глазах Люси и сейчас читалось искреннее сочувствие.- Обед вам принести?- спросила она, ее голос был мягким и участливым.

Эмма покачала головой.- Нет, не нужно, ступай, спасибо. И, Люси, скажи девушкам не выходить этой ночью из комнат.

Служанка кивнула и тихо вышла. И тогда Эмма снова разрыдалась, но на этот раз это были слезы не только от боли и унижения, но и от неожиданного человеческого тепла.

27. Вайолет.

Предложит он руку, а сердце оставит.

Но тут же заботой и честью приправит.

И скажет- прочнее любовных всех уз

Брак по расчету, умов лишь союз.

Лондонские туманы, казалось, сговорились с настроением Вайолет, окутывая город серой дымкой. Несколько визитов графа Эйдана Даркгрейса, высокого темноволосого джентльмена с пронзительным взглядом, спасшего её на балу, стали теперь привычной частью её дней. Он появлялся с неизменной пунктуальностью, всегда с букетом свежих цветов и легкой улыбкой, которая, казалось, была призвана рассеять любую тень сомнения.

Их прогулки по Гайд-парку или вдоль Темзы всегда проходили в сопровождении леди Пенелопы Уиллоуби, дальней родственницы, чья роль дуэньи была столь же бессмысленна, сколь и ее неспособность успеть за лёгкой поступью молодых людей. Впрочем, леди Пенелопа, с её неизменным вязанием и склонностью к дремоте, была бы идеальным прикрытием даже для тайных любовников. Вот и сейчас она дремала на лавочке за их спинами.

- Погода сегодня на удивление благосклонна, не так ли, мисс Вайолет?- уголками губ улыбнулся Эйдан, когда они неспешно прогуливались по аллеям парка, где осенние листья уже начали окрашиваться в золотые и багряные тона.

- Действительно, граф. Хотя я бы не отказалась от легкого дождика. Лондонские туманы, порой, кажутся мне более уютными, чем яркое солнце.

Он усмехнулся.

- Вы, американцы, всегда находите что-то необычное в нашей погоде. Я же предпочитаю ясные дни. Они дают больше возможностей для прогулок. И для...- он задумался, не закончив.

- И для чего еще, граф?- Вайолет подняла бровь, пытаясь уловить скрытый смысл в его словах.

- Для размышлений, мисс Вайолет. Для размышлений о будущем. И о том, как оно может быть прекрасным.

Кинув взгляд за плечо, Вайолет с улыбкой отметила, как леди Пенелопа, казалось, вздрогнула во сне, но её вязание продолжало двигаться в такт ее легким похрапываниям. Видимо, старая дуэнья лишь прикидывается немощной, но сама приглядывает за молодыми в оба глаза. Эх, знала бы она, что смысла следить уже нет. Как говаривал один из посетителей борделя " к чему запирать ворота, если лошадь уже увели?".

- Я вот подумывал, мисс Вайолет, что было бы весьма уместно нанести визит вашей тетушке и сэру Родерику. Я слышал, они весьма гостеприимны.

Вайолет почувствовала, как ее сердце пропустило удар. Визит к тетушке и сэру Родерику… Это означало только одно. Он собирался просить ее руки.

Она остановилась, заставив Эйдана тоже остановиться. Пытливо взглянула на него, выискивая хоть малейший намёк на ложь или хитрость. Но его честный открытый взгляд обезоружил. И поэтому она решилась быть с ним тоже честной.

- Граф Даркгрейс, позвольте мне быть с вами предельно откровенной.

Его улыбка стала чуть шире.

- Я всегда ценю прямоту, мисс Грейвз.

- Вы красивы, граф. И хороши собой. И, насколько мне известно, весьма состоятельны. Многие девушки из высшего света с радостью выйдут за вас замуж...

Она сделала глубокий вдох и продолжила.

- Я же… я не особо принята светом. Без протекции моей бабушки, леди Грейвз, я и вовсе превращусь в парию. А ещё- она почти с вызовом встретилась с ним взглядом.- Я - не девственница и не люблю вас, граф. Зачем, в таком случае, вам я?

Эйдан рассмеялся. Громко, искренне, так, что леди Пенелопа окончательно проснулась и недоуменно огляделась.

- Вот, видимо, поэтому, мисс Вайолет. Вы ведь из Америки, у вас там все изъясняются так прямо, не то, что у нас. Мы, англичане, хитрим, лукавим, боимся прямоты, считая ее дурным тоном..Он взял ее руку, его прикосновение было легким, но уверенным. - А то, что вы не любите… Не любовь главное, мисс Вайолет. Уважение, понимание, общие интересы, взаимная привязанность - вот что строит прочный союз. А этого, я уверен, у нас будет с избытком. Тем более, что меня к вам тянет с большой силой, Вайолет. С той самой первой нашей встречи. Что же до девственности- он с усмешкой подмигнул ей- Вынужден вам признаться, что и сам не хранил её до брака.

Она смотрела на него, пытаясь найти в его словах хоть каплю фальши, но видела лишь искренность в его голубых глазах. Его слова, хоть и не были признанием в пылкой страсти, звучали убедительно. Возможно, он был прав. Возможно, любовь- это болезнь или мимолётное безумие, порыв быстро угасающей страсти. А прочный и долгий брак действительно строится на чем-то более осязаемом?

- Хорошо, граф. - наконец произнесла она, ее голос звучал чуть хрипло.- Думаю, что вы можете нанести визит моей тетушке и сэру Родерику.

Улыбка Эйдана стала еще шире, и он слегка сжал ее руку.

- Благодарю вас, мисс Грейвз. Обещаю - вы не пожалеете.

Вернувшись в поместье, Вайолет обнаружила, что бабушки всё ещё нет дома. Слуги сообщили, что леди Грейвз передала, что погостит у подруги в Кенте чуть больше, чем планировала, и вернётся через несколько дней. По этому случаю бо́льшая часть прислуги получила выходной, и дом казался непривычно тихим. Вайолет, чувствуя потребность в разговоре, направилась к охотничьему домику, где жила Джорджия. Да и поддержать девушку стоило, ведь их с Томми отношения становились всё хуже.

Джорджия сидела на крыльце, перебирая сушеные травы. Воздух вокруг нее был наполнен ароматом мяты и лаванды. За домиком, на небольшом участке земли, который она превратила в сад, ярко горели красные цветы, словно маленькие костры.

- Вайолет, я только вспоминала о вас. - Джорджия подняла голову, ее темные глаза счастливо блеснули. Было заметно, как она соскучилась по простому человеческому общению. В этот момент Вайолет почти возненавидела брата. Вернее, то чудовище, в которое он превратился.- Заходите, заходите. Я как раз закончила с травами. Или хотите, сперва покажу вам мой сад?