Вайолет, покачав головой, улыбнулась:

-Отчего же? Многие не желают брака, взять хотя бы леди Олдсли с её голодовкой. Или мисс Брианну Хартфорд, что сбежала в Гретна- Грин с виконтом Уайтмором, чтобы не выходить за графа Сассекса.

Эйдан расхохотался:

-Какая же вы наивная ... Леди Олдсли, моя милая, голодает потому, что желает получить от жениха два поместья в качестве свадебного подарка. Как только граф Эндовер соизволит ей их отписать, так и её недовольство будущим браком пройдет в этот же миг. А мисс Брианну в Гретна-Грин отппвил собственный отец, как и Уайтмора. Только того- под дулом ружья. Ведь долго скрывать интересное положение дочери он бы не смог. А так и виновник понёс наказание- а жизнь с Брианной точно таковым будет, и внук или внучка родятся в законном браке.

Не найдясь с ответом, Вайолет снова замолчала. Неподалёку раздавались голоса и звуки шагов- другие пары выходили освежиться.

-Я думаю, пора возвращаться. Бабушка... Будет скучать. - скрыла за нелепой причиной своё неожиданное смущение Вайолет.

Эйдан, разгадав её милый манёвр, ещё больше загорелся завоеванием этой необычной и необъяснимой для него девушки. Было непохоже, чтобы она просто избрала такую тактику, чтобы пробудить в нём интерес. И от этого его интерес пробудился.

23. Вайолет

И будет сердце пустым,

Развлечения- словно дым.

Так, утром они истают,

Ввысь, к небесам, улетают.

Ночная прохлада проникала сквозь приоткрытые окна гостиной, принося с собой аромат влажной земли и цветущих роз из сада. Вайолет сидела у камина, наблюдая за танцующими языками пламени, которые отбрасывали причудливые тени на стены, обитые тяжелыми гобеленами. В воздухе витал лёгкий запах лаванды и старых книг, создавая атмосферу уюта, которая, однако, не могла заглушить нарастающую тревогу в ее сердце.

Дверь тихо скрипнула, и в комнату вошла леди Маргарет Грейвз, бабушка Вайолет. Ее длинный шёлковый халат цвета морской волны шуршал при каждом шаге, тяжелые бриллиантовые серьги, что она так и не сняла с приёма, мерцали в полумраке, мерно покачиваясь в такт шагам. Несмотря на усталость, проступающую в легкой складке между бровями, ее взгляд оставался острым и проницательным. За ней, словно тени, скользнули два лакея, бесшумно закрывая дверь и исчезая в коридоре.

- Вайолет, дитя мое, ты еще не спишь?- голос леди Маргарет был мягким, но в нем чувствовалась привычная властность. Она подошла к креслу напротив Вайолет и опустилась в него с легким вздохом.

- Нет, бабушка. Не спится. - Вайолет поднялась, чтобы помочь ей снять усесться, но леди Маргарет лишь махнула рукой.

- Оставь, милая. Я сама. Присядь, пожалуйста. Не хочешь ли выпить чаю? Я так устала от этих бесконечных приемов, от этих пустых разговоров. Мне бы сейчас чашечку горячего чая и немного тишины.

Вайолет кивнула и позвонила в колокольчик. Раньше для неё было несколько сложно просить других о том, что можно сделать самой. Но бабушка словно заправский военнокомандующий муштрой приучала её к светскому этикету. Долго и упорно, как говорила- ради её же блага. Ведь высший свет простит многое, но не отказ следовать своим правилам.

Через мгновение в комнату вошла горничная, молодая девушка с румяными щеками и покорным взглядом.

- Принеси, пожалуйста, чай, Мэри. И что-нибудь к нему, если найдется, - попросила Вайолет.

Пока горничная хлопотала, леди Маргарет откинулась на спинку кресла, закрыв глаза. Ее лицо, обычно такое строгое, сейчас казалось утомленным и немного печальным.

- Знаешь, Вайолет, сегодня на приеме я увидела тебя с иной стороны ... Ты была выше этих глупых кур... И так напомнила мне твою маму, Элоизу. Те же глаза, та же легкая улыбка…- она открыла глаза и посмотрела на внучку.- Знаешь, ее было ни дня, чтобы я не сожалела о том, что не стала возражать твоему деду. Не постояла за Элоизу. Он был таким… непреклонным. А я… я была слишком слаба. Слишком молода. Слишком боялась его гнева. И вот, что из этого вышло.

Вайолет почувствовала, как в груди сжалось сердце. Она знала эту историю. Историю о том, как ее мать, Элоиз же Грейвз, полюбила и была жестоко обманута. Предана и мужем, и своими родителями, не пожелавшими иметь с ней ничего общего после побега той с возлюбленным.

- Бабушка, не вините себя,- тихо сказала Вайолет.- Вы всё равно ничего не могли сделать, пока был жив дедушка.

- Нет, дитя мое, могла.- леди Маргарет печально покачала головой.- Я должна была быть сильнее. Должна была бороться за счастье своей дочери. Должна была спасти её. - она некоторое время молчала, глядя перед собой.- А теперь… теперь я вижу, как история повторяется, только уже с Томасом.

Вайолет вздрогнула. Старая леди будто озвучила её собственные страхи.

- Я тоже боюсь за него, бабушка. Он… он все хуже и хуже. Гуляет, пьет, тратит деньги бездумно.

Лицо леди Маргарет омрачилось. Она нахмурилась, и ее взгляд стал жестким.

- Верно я не стала признавать его наследником. Иначе он промотал бы все состояние в мгновение ока. Но…- она вздохнула.- Родерик с удовольствием сделал бы это сам, если бы не завещание твоего покойного деда. Он спит и видит, как бы наложить на наследство лапы. Поэтому, Вайолет, ты должна поскорее выйти замуж. За хорошего человека. За того, кто сможет защитить тебя и твоего брата. Вот граф Даркгрейс… он очень хорош. Присмотрись к нему, пожалуйста. Или виконт Эмменталь. Тот, что присылал тебе букеты. А лорд Дэнвил, ты ведь знаешь, что он интересовался тобой- с таким мужем ты будешь как за каменной стеной. Ни Родерик, ни кто иной не смогут диктовать тебе что-то.

Вайолет хотела возразить, сказать, что не может выйти замуж по расчету. Да и вообще, выйти замуж, но в этот момент их прервали.

Дверь распахнулась с грохотом, и в проеме появился дворецкий, мистер Хадсон, обычно такой невозмутимый, сейчас бледный и растрепанный. За ним, словно тени, маячили фигуры слуг.

- Миледи! Мисс Вайолет! Принесли мистера Томаса! Он… он очень плох! Его избили!- слова дворецкого повисли в воздухе, словно ледяные осколки, разбивая уютную тишину гостиной. Вайолет почувствовала, как кровь отхлынула от лица, а сердце забилось в груди сумасшедшим ритмом. Леди Маргарет резко поднялась, ее глаза метали молнии, а губы сжались в тонкую нить.

- Что?! Избили?! Немедленно несите его в дом! И пошлите за доктором!- ее голос, обычно такой сдержанный, сейчас дрожал от ярости и тревоги.

Слуги, словно по команде, засуетились. Из коридора послышались тяжелые шаги и приглушенные стоны. Вайолет бросилась к двери, ее ноги едва слушались. В проеме показались двое крепких лакеев, которые бережно несли Томаса. Он был без сознания, его лицо было бледным и окровавленным, а одежда порвана и испачкана грязью. Из-под разорванной рубашки виднелись синяки и ссадины. Следом за ними шел полицейский.

- Томас!- выдохнула Вайолет, ее голос был едва слышен. Она протянула к нему руки, но лакеи уже несли его дальше, к лестнице, ведущей в его комнату. Бабушка остановила внучку:

-Сейчас ты ему всё равно ничем не поможешь. Дождёмся доктора.

Она с гордой выдержкой извинилась перед полицейским за свой неподобающий вид, что-то быстро сказала мужчине. Тот нахмурился, покачав головой. Но леди Грейвз была непреклонна. Велев одному из слуг принести свой кошелёк, она чуть ли не силой вложила деньги в ладонь полицейскому, а после величественно попрощалась с ним, словно королева, отпускающая своего слугу. Мужчина, явно сконфуженный, поспешил покинуть дом.

Парой мгновений позже, словно бледный призрак, в двери дома вбежала Джорджия. Ее длинные черные волосы разметались по плечам, а наспех накинутый халат едва прикрывал тонкую ночную рубашку. Босые ноги ступали по холодному мраморному полу, не замечая холода. Ее глаза, обычно такие спокойные и глубокие, сейчас были полны ужаса и отчаяния.

Вероятно, бедняжка бежала за слугами из дома- небольшого охотничьего домика на территории поместья. Где жила, предпочитая уединение суете большого поместья, хоть леди Маргарет милостиво позволила Джорджии жить с ними.