19. Решение

И новую жизнь, и новый в ней путь

Нашел коли- старый отпустить не забудь.

Вайолет, вглядываясь в темные миндалевидные глаза нежданной гостьи, пыталась подавить нахлынувшую волну жалости. Каким-то внутренним чутьём она понимала- гордая индианка не примет её, оскорбится.

-Меня зовут Вайолет. А тебя Джорджия, ведь так?- получив утвердительный кивок, она продолжала.- Тебе нужно поесть.- кивнула на низенький столик у кровати, где стояла тарелка с нетронутым рагу, сыром и хлебом. От кружки с медом исходил едва заметный пар.

Девушка никак не отреагировала. Вайолет, призвав на помощь всю мудрость, которой, смела надеяться, обладала, выпрямилась. Сложив руки на коленях, она перевела взгляд на стену напротив.

-Знаешь, я выросла в борделе. Не самое лучшее детство, но- она пожала плечами- Так уж случилось. И ничего не изменить. Меня обзывали, плевали в спину, порядочные женщины- она горько усмехнулась- Не желали даже идти рядом со мной. Едва завидев- на другую сторону переходили. Во многих лавках часто отказывались обслуживать меня. И, знаешь, - она бросила быстрый беглый взгляд на девушку. Заметив, что та прислушивается, улыбнулась про себя. Действует!- Я могла бы сломаться. Сдаться, позволив себе быть той, кем они считали меня. Но я не стала этого делать. Это означало бы, что я проиграла. Что они решают, кем мне быть. Кто я есть. В жизни...- она замялась, но тут же взяла себя в руки.- Может случиться многое. С каждым из нас. Но люди тем и сильны, что не позволяют обстоятельствам взять верх. Ты сильнее этого, ты переживёшь это, не позволишь произошедшему управлять твоей жизнью, ведь так?

Девушка долго не отвечала, и плечи Вайолет опустились- она не справилась. Как всегда! Но тут губы Джорджии дрогнули в едва заметном подобии улыбки, а после она слабо кивнула. Обрадовались, Вайолет нарочито бодрым голосом предложила:

-А теперь ты просто обязана попробовать хоть немного рагу и меда, я столько старалась, готовила.- слегка приукрасила она правду. Не сказать ведь, что готовил кто-то из обитательниц борделя.

Позади них дверь со скрипом отворилась, на пороге показался Томми. Заметив, как испуганно дёрнулась от звука двери Джорджия, он застыл на пороге, не решаясь войти.

-Я тут... Решил проведать.- бросил он, ни к кому не обращаясь. Вайолет кивнула.

-Проходи. Джорджия как раз пока поест, а мы поговорим. - заметив, как Томми глядит на эту бедную девушку, Вайолет поняла, что она ему нравится. Сперва решив, что Томми, шокированный жёсткостью, с которой банда с ней обошлась, просто жалеет её, теперь Вайолет видела, что здесь нечто гораздо глубже. Её брат, слишком юный для серьёзных чувств, никогда раньше и не думал о том, чтобы найти себе девушку, ухаживать, жениться. Впрочем, и сама их жизнь этого бы не позволила. Местное общество с самого рождения поставило на них обоих крест, записав брата в незаконнорождённые, а сестру- в блудницы. И не важно, что таких сюда стекалось огромное количество. Пришлых, чужаков, не трогали. Даже уважали их нежелание говорить о прежней жизни. Зато своим спуску не давали. И не дадут. Здесь им ничего хорошего не светит.

И тут Вайолет озарило. Она ведь так и не рассказала ничего Томми. Повернувшись к брату, который неуклюже примостился на старом кресле, сложив свои длинные ноги едва ли не под углом, она нервно улыбнулась.

-Томми, я ведь тоже хотела поговорить.- заметив, как глаза брата лезут на лоб, она усмехнулась.- Это не о законнике.

Томми с шумом выдохнув воздух из легких:

-Слава небесам. А то я думал, ты уже готовилась обрадовать меня новостью о том, что я скоро стану дядей. Что за одну ночь этот прохвост успел...

Вайолет, шикнув на него, указала глазами на Джорджию, которая мелкими глотками пила теплый медовый настой. Поднимать такие темы в её нынешнем состоянии, даже в шутку, было бы неправильно. К тому же, их и вовсе поднимать не стоило - ведь могло оказаться, что Томми прав. От одной мысли об этом всё внутри похолодело- она может быть беременна. От человека, который до сих пор не отпустил свою покойную жену. Глупая, глупая Вай! Расти, видя, какие мужчины хитрые, лживые, коварные- и потерять голову при виде смазливого красавца, который покорил её печальным взглядом и историей о том, как скучает по жене. Может, это был и вовсе один из его штатных приёмов- наплести с три короба о том, как ему тяжко жить без любви, чтобы каждая женщина, расчувствовавшись, считала себя обязанной подарить ему хоть каплю любви и тепла. Только к чему тогда женился? И тут будто молнией ударило- Томми! Он просто хотел достать брата через неё! Идиотка! Всё ведь просто, если хоть немного думать! Нет, точно, им пора уезжать. И чем быстрее- тем лучше.

-Вай?- Томми щелкнул пальцами, и она вздрогнула.

-Прости, задумалась.- она повернулась так, чтобы видеть и Джорджию, ведь то, что она собиралась предложить, касалось и её. Всё равно, девушке здесь не жить также, как и им. И банда не даст покоя, и негде жить- местные не примут. - Томми, мне нужно, чтобы ты узнал о маме.

И она стала рассказывать всё, что узнала из отданных ей Долли документов. Когда она закончила, Томми ошарашенно уставился на неё. Некоторое время он молчал.

-Томми, что ты думаешь обо всём этом?- поинтересовалась, пока брат недоверчиво глядел на неё.

-Я... Не знаю, Вай. Только вчера я был нищим отребьем, а сегодня едва ли не виконт.- он запустил пятерню в волосы, с силой дёрнув себя за них.- Ты уверена, что это- не шутка? - в его глазах, несмотря на слова, плескалась надежда. Вайолет без слов это поняла- и брат устал выживать, также, как и она сама.

-Нет, это... Правда. Более того, если мы решимся и приедем туда, найдем в справочнике...нашу родню, то можем...- она вдохнула- Потребовать наследство.

Томми рассмеялся:

-Ну да, как ты себе это представляешь? Поместье, богатая семья чинно завтракает, тут врываются два оборванца, заявляя, что они- их потерянные родные. И требуют не миску каши да варёное яйцо, или что там у этих англичашек едят на завтрак, а ... наследство!- захохотав, он хлопнул себя ладонью по колену. Даже на лице Джорджии появилась едва заметная улыбка. А вот Вайолет наоборот взъярилась:

-Я себя обованкой не считаю! И тебя тоже! Мы отличаемся от них лишь тем, что у нас не было того самого наследства!- гордо вскинув подбородок, она продолжила.- Подумай сам, будь у нас деньги, всё ведь могло бы быть иначе. Тем более, мама оставила драгоценности, фамильный перстень и несколько писем. На случай.... На случай, если мы вырастем и всё же захотим приехать, чтобы получить своё!

Томми встал, начав беспокойно мерить комнату шагами. Затем, обернувшись к сестре, спросил:

-Но ты ведь сказала, что родители нашей матери...- он никак не мог заставить себя сказать " бабушка и дедушка" про людей, которые хладнокровно оборвали все связи с оступившийся дочерью и родными внуками. Вернее, даже не пожелали узнать о них, внуках!- Они не желали продолжать с ней общение. И всем сообщили, что она умерла. А, думаешь, сейчас примут нас с распростёртыми объятиями?

Вайолет пожала плечами:

-Люди меняются, Томас. А если нет- что ж, нам должно быть всё равно. В Великобритании все иначе, чем здесь. Родство там - не пустой звук. И также по наследству. Нас с тобой его не лишали, к тому же.

Томми хмыкнул:

-А как же они объяснят остальным, что у их непорочной и невинной дочки, погибшей во время кораблекрушения, появилось целых два ребёнка? С разницей в несколько лет?!- иронично выгнул он бровь, глядя на сестру.

Вайолет растерялась. Действительно, об этом она не подумала. Но, вдруг родственные узы окажутся сильнее, чем осуждение окружающих? Долгое время она, как и Томми, раздумывая , прохаживалась по комнате. Затем, решившись, она повернулась к брату:

-У нас просто нет иного выхода, Томми. Подумай сам, сколько мы здесь сможем прожить? День-два? Пока банда доберётся до каждого из нас. Иди законник- она поджала губы, представляя, в каком бешенстве сейчас Грант.- До нас с тобой. А там ... Там мы можем хотя бы попытаться.