— А что там может происходить? — ответила она равнодушно. — Все случилось на глазах у отряда и очень хорошо согласуется с предположением, что за нами ведет охоту какой-то очень могущественный маг. Ни твоих завриков, ни твоей мышки в нашем мире никогда не было. И их появление возможно только в одном случае — сильная магия. И мышка потащила нас на юг, откуда мы пришли. Для Влада… — Таня сбилась на этом имени, — тоже вроде бы все ясно: графу Олендо надоело ждать, вот он и прислал мышку захватить нас. Теперь миссия Влада теряет смысл, и ему остается только вернуться обратно. Регине тоже можно возвращаться, ее ничто не держит. Охране от Наместника приказано сопровождать Регину и тебя, так что она, скорее всего, тоже вернется в замок барона.

— А что будет делать магистр? А что решит Наместник? А что подумает Влад, когда вернется, переговорит с графом Олендо и выяснится, что оба не знают, где мы?

— Магистру Сурдану интересен только ты, да и то в основном как возможный источник опыта диагностики и лечения Регины. Преследовать нас он не будет, ему гораздо важнее здоровье Регины. Наместник, — Таня ненадолго задумалась, — вот он может стать для нас проблемой. Ты уже заинтересовал его, когда не склонился перед ним. А тут еще появление твоих зверушек, похищение. Он просто не сможет закрыть на это глаза — появление неизвестного мага с непонятными способностями и целями в любой момент может обернуться неприятностями. И Наместнику очень захочется выяснить твою роль во всех этих событиях. Тебя обязательно начнут искать. Начнут выяснять все подробности у людей, с которыми мы общались. А значит… ни граф Влад, ни Регина, ни магистр никуда не поедут. Их очень вежливо станут допрашивать и вскоре выяснят и про лечение, и про твои таинственные прогулки по ночному лесу. Вспомнят, что мы с тобой ехали в Черлем. И обязательно захотят узнать — а нет ли там еще чего интересного. Так что у нас с тобой не более двух-трех дней, а потом нам снова придется спасаться, но на этот раз от внимания Наместника.

— А как они нас найдут? Я никому не говорил адрес, имя у меня другое, совершенно не совпадающее с именем настоящего купца.

Таня поглядела на меня с сожалением.

— По-прежнему считаешь себя самым умным? Достаточно несколько слов Наместника, и сразу поднимут по тревоге и армию, и полицию, и тайные службы. А уж они привыкли искать скрывающихся людей даже по самым туманным приметам. Поверь мне, они предпочтут схватить лишнюю сотню случайно похожих, чем упустить нас. И даже большой город не спасет. Достаточно проверить — не появлялись ли за последнюю неделю в доме какого-нибудь купца парень и девушка. Как ты думаешь, много ли будет таких домов?

Оставалось только молча согласиться.

До города мы добрались уже к вечеру. Это действительно оказался Черлем. Сначала появились отдельные фермы. Окраину города я воспринял как большую деревню. Но постепенно дома становились все лучше, дороги шире, народу — больше. Таня шла целеустремленно, не глядя по сторонам, а для меня все большей проблемой становились встречные-поперечные люди. В очередной раз обойдя по большой дуге очередную группу горожан, поймал на себе подозрительные взгляды. Похоже, я своим поведением и непонятной скромностью привлекал к себе ненужное внимание.

— Таня! — взмолился я наконец. — Надо что-то придумать, а то меня скоро арестуют!

— В чем дело?

— Как в чем? Я же боюсь кого-нибудь коснуться, стараюсь обойти, не толкаться, и на меня из-за этого уже косятся.

Таня честно попыталась понять, о чем я говорю, и в отрешенном взгляде появились признаки мыслей. Она задумчиво огляделась по сторонам.

— Делать клетку долго, да и это еще больше привлечет внимание. Купить телегу, карету — бессмысленно, тебя все равно заставят спуститься на землю. Любое неловкое движение, чего-нибудь коснешься, и нас потянут на допрос.

— А может, мой старый вариант — в гробу?

Таня невольно улыбнулась.

— Можно и так. А потом у тебя затекут руки, ты их раскинешь, а все вокруг будут удивляться — а что же это такое?

Я тоже улыбнулся, вспомнив наш старый спор.

— Ради такого дела могу и потерпеть.

— Дело не в твоем терпении. На любой кочке тебя может тряхнуть и отбросить на стенки, и будет очень трудно объяснить перевозку в гробу живого привидения.

— А нельзя просто сказать, что ты сделала себе морок, или как тут у вас называется, и ведешь меня, скажем, на продажу.

— Можно, Вань, все можно. Только это будет еще хуже, чем твой гроб.

Таня говорила со мной, а сама очень внимательно осматривалась по сторонам. Потом резко завернула к одной из местных забегаловок, у которой толпилась кучка местной блататы. Может, и не блатные, кто их, местных, разберет, но вот повадки были очень похожие. Таня подошла, внимательно их оглядела.

— Кто старший?

После молчаливого разглядывания один откликнулся:

— Ну, я.

— Мне и моему спутнику нужны десять человек охраны на два часа.

Мужики лениво рассматривали нас.

— А что надо будет делать?

— Окружить нас, чтобы нас никто не мог толкнуть, и проводить в город.

Мужики переглянулись.

— Какие-то проблемы?

— Проблема в том, что мой спутник очень нервный и терпеть не может, когда его трогают. Может за это даже убить, а мне неприятности не нужны.

Теперь смотрели уже на меня, причем с откровенным сомнением.

— По нему не скажешь, что он так грозен.

Таня в ответ даже не улыбнулась. Вообще она за последний день очень сильно изменилась.

— Пару недель назад он двумя ударами разрубил человека на три части. Всего лишь за неудачную шутку.

Повисла тишина.

— Итак, ваши условия?

Старший напустил на себя задумчивый вид.

— Возможно, придется собирать опытных бойцов, а это дополнительное время и затраты.

— Мне не нужны опытные. Достаточно просто здоровущих мужиков, которые не растеряются даже в густой толпе и смогут сделать дело, как надо. Времени на сборы — пять минут. Ваше слово.

Старший усмехнулся.

— Каждому по серебряной монете. Итого…

Таня, не глядя, достала из небольшого кошелька на поясе монету и небрежно бросила. Монета сверкнула золотом и сразу исчезла в руке старшего.

— Если все пройдет, как надо, получите еще столько же.

Дальше мы двигались уже с удобствами. Мужики быстренько вооружились короткими дубинками, взяли нас в плотное кольцо, и мы двинулись. Живой таран спокойно пробивал толпу, а нескольким несогласным рты быстренько заткнули кулаками и ударами дубинок. Через некоторое время меня подобные методы насторожили.

— Таня, а ты не поторопилась, наняв таких… охранников?

Таня равнодушно пожала плечами:

— Обычно эту роль выполняют собственные слуги. Когда их мало, нанимают чужих. Это нормально и не вызывает подозрений. Нам лишь бы попасть в город и добраться до малолюдных улиц, а там сразу расстанемся.

Небольшая заминка возникла, когда мы подошли к городским воротам. Огромные стены, огромные ворота, куча народа и стражи. Радикальные методы наших сопровождающих привлекли внимание, и стража остановила нас для проверки. Но наша охрана расступилась, вперед вышла Таня. Несколько негромких слов, очередной золотой — и вот мы уже внутри городских стен. Еще через полчаса добрались до тихого района, и Таня скомандовала остановку. Наступил щекотливый момент окончательного расчета. Мужики просто развернулись, и вокруг нас сомкнулась сплошная стена тел. Делай, что хочешь, никто на улице и не догадается, что происходит внутри такого круга. Но Таня меня снова удивила. Она спокойно достала очередной золотой и небрежно бросила старшему. Тот нехорошо улыбнулся.

— Госпожа, добавить надо… — Он многозначительно взялся за рукоять ножа.

Таня неожиданно улыбнулась, да так ласково…

— Ваня, добавь ему.

Я на всякий случай решил уточнить:

— Только ему или всем, кто под руку подвернется?

— Начни с этого, а там видно будет.