— Не темни! Знаешь же — не отстану!

— Скажу. Дай время! — попытался увернуться от ответа Сэмюель.

— Ловлю на слове! Кажется, это к нам…

Стивен полностью повернулся к мужчине в медицинском халате. Это был врач, под наблюдением которого оказалась Беатрис Сэлинджер. Он уведомил Эдвардса, так как более никого из близких людей пациентки пока не знал, что Сэлинджер просит возможности побеседовать со своим работодателем — Сэмюелем Декером.

— Это я, — спокойно ответил Декер.

— Пройдёмте со мной, — сказал доктор и указал направление рукой. — Прошу вас, не давайте много говорить пациентке.

— Что вы можете сказать о её состоянии? — поинтересовался Сэм, следуя за врачом и не обращая внимания на то, как поник его друг, от того, что Беатрис пожелала в первую очередь видеть именно его.

— Удовлетворительное. Ушибы, ссадины, лёгкий шок — очевидные последствия. Диагностика обнаруживает подвывих шейного отдела позвоночника. Тут не обойтись без воротника Шанца. Надеюсь, не возникнет осложнений, связанных с невралгией. В общем, пока наше наблюдение, затем покой в домашних условиях с полным расслаблением мышц. Вы бы разыскали её родных.

— Я решу вопрос об условиях Сэлинджер вне стен клиники. Надеюсь, это случится в скором времени?

— Будем надеяться. Вот её палата. Не затягивайте с визитом.

— Я вас понял. Спасибо.

Сэм зашёл в палату к Беатрис. Жалкий вид подруги Джессики на время заставил Сэмюеля расстаться со своей манерой общения с ней.

— Мне сказали, что ты почти в норме! — добродушно улыбнулся Сэм. — Может, ну её — клинику, и пора домой! Подвезу, если что!

— Декер, ты пытаешься развеселить меня! На тебя это не похоже! Неужели дела со мной в действительности не так уж хороши, как мне сказал доктор?!

Речь Сэлинджер была неспешной, видно было, что слова больной давались ей на тот момент с трудом.

— Да нет же, как раз наоборот! Новость о том, что ты легко отделалась, привела меня в отменное настроение! Впрочем, не одного меня: Эдвардс, здесь, сияет, словно рождественская гирлянда, после того, как узнал, что ты очнулась.

— Стивен здесь?! — удивлённо спросила Беатрис.

— М-да… заставила ты нас всех поволноваться! Что есть, то есть! Что помнишь о происшествии?

— Как в тумане всё… Сэмюель! Я хочу, чтобы ты знал: я сделаю всё, что в моих силах, дабы избежать судебной волокиты…

— Э-не! Ты не о том сейчас думаешь, дорогая!

— До-ро-га-я… — не веря ушам, повторила Трикс. — Надо было одной ногой ступить на тот свет, чтобы услышать от тебя трогательное слово!

— Мало того, я намерен окружить тебя заботой до полного твоего выздоровления! Только не встревай так больше, а?! Жизнь удивительна и богата на сюрпризы!

— Жалко не всегда приятные!

— Не будь пессимисткой! Лучше скажи, может, чего-то хочется? Раздобуду. Обещал медперсоналу, что не буду тебя долго мучить болтовнёй.

— Как?! Уже уходишь?!

Сэм пожал плечами. Что тут поделаешь?

— Так как насчёт желаний? Представь, что перед тобой джинн — раб лампы, — улыбнулся Декер, готовый исполнить любые капризы пострадавшей.

— Тогда хочу, чтобы ты появлялся каждый раз по-моему требованию! Как раб лампы. В таком же настроении… — добавила Беатрис, пленяя взглядом.

— Звони! Куда деваться? Только смотри, чтобы не надоел!

Покинув палату, Декер нашёл Эдвардса в холле клиники удручённым.

— Э! Старик, что головушку повесил? Цела Сэлинджер — это главное! Я тут подумал, ты можешь ей поднять настроение — купи для неё всякой снеди. Ну что там она любит? Ты же знаешь её лучше! Я от неё так и не добился, чем могу порадовать. К тому же ты тут примелькался — должны к ней пропустить.

— Я уже спросил у врача, что ей можно, — без эмоций произнёс Стивен.

— Отлично! Ты на машине? Или подвезти?

— Я за рулём.

— Ладно. Ещё поговорим. Лечу!

— Давай! Чудак. Не пропадай! — вдогонку проронил сонный Стивен.

Не ошибся в своём выборе Сэмюель: Миссис Хилл оказалась чуткой, расторопной и обаятельной женщиной. И благодаря ей утро для Равенны, действительно, было приятным. Ещё бы! Она наконец сменила своё унывное место пребывания — клинику и оказалась в стенах уютного коттеджа в компании добродушной, жизнерадостной миссис Хилл.

Они обе испытывали интерес ознакомиться с условиями коттеджа. Миссис Хилл, как домоправительница нового места работы, Равенна, как скиталица чрез века временным пристанищем.

Конечно же, своё исследование они начали поверхностно: с комнат строения. Заглянули на второй этаж, в спальни. Правда, в спальню своего спасителя Равенна несмело заглянула.

Миссис Хилл также понравился зимний сад этого этажа. Она призналась, что очень любит возиться с растениями, особенно цветущими.

— Моё детство прошло в солнечной Атланте. Среди утопающей зелени берегов Чаттахучи и ярких красок цветников родительского ранчо. Несмотря на достаток, отец мой был трудягой, и всё своё время проводил с племенными лошадьми и плодоносной землёй. Люблю запах земли! Скучаю по тем счастливым дням!

Равенна сочувственно взглянула на миссис Хилл. Как ей знакомо чувство ностальгии!

— Где это, Атланта и Ча-та..?

— Чаттахучи? В Новом Свете, — не увидев следов прояснения на лице девушки, женщина добавила: — Америки, стало быть. Тебе и это слово не знакомо? Прости, дитя! Ну, ничего, время всё исправит! И недуг твой пройдёт! Всё вспомнится! Лихое забудется!

Равенне стало не по себе: снова она слышит этот тон, как порой у Зигерс! Словно она ребёнок или, действительно, умалишённая! А впрочем, что они ещё могут о ней думать?! Вряд ли Сэмюель Декер признался им, КТО она на самом деле И ОТКУДА! Поэтому Гордон решила сменить тему разговора, только не ожидала, что с губ сорвётся:

— Вы давно знаете Сэмюеля Декера?

— Совсем не знаю, милая! Сегодня я видела его вторично! Но впечатление он произвёл на меня положительное: тактичный, деловой, внимательный человек. И, кажется, заботливый..? — женщина приподняла бровь, таким способом заставляя согласиться Равенну со своим предположением.

Гордон медленно кивнула головой.

Далее они осмотрели подвальное помещение. Там пустовала одна из комнат. Винный погребок, котельная не вызвали особого интереса. А вот пусть и не большой, но всё же бассейн, вызвал восхищённый возглас у Равенны. Маленькое озеро с чистейшей водою прямо под сводами строения! Не чудо ли?!

Последним уголком особнячка, которое за утро облюбовали миссис Хилл и Равенна, стала кухня. Здесь почтенная женщина исследовала всё досконально. Оценка уместности размещения бытовой техники, а также в шкафах утвари, столовых приборов, продуктов питания и чистящих средств была оглашена вслух.

Экономка не стала скрывать, что предыдущая работодательница, у которой она была в услужении двенадцать лет, особо ценила её за стряпню. Это занятие было ей по душе. Причём нередко миссис Хилл просто импровизировала!

— Свежие продукты, пару поварских хитростей и кулинарный шедевр готов!

Равенна в свою очередь хотела признаться, что также очень любит готовить. Но побоялась, вспомнив, что отец не одобрял её тягу к готовке, по праву считая: это не для ЛЕДИ занятие!

— Вам приходилось кулинарничать?

Равенна отрицательно покачала головой. Не хорошо врать, только что поделать, если нельзя болтать лишнего о себе!

— В этом ничего нет сложного.

— Я бы хотела, смотреть, как вы всем этим будете пользоваться.

Равенна обвела взглядом всю кухню. Такое чуднОе строение! Ни очага, ни камина! Ни одной привычной посудины! Как бы она здесь приготовила стряпню?!

— Вы не завтракали ещё. Я приготовлю вам завтрак. Садитесь, красавица. Сейчас что-нибудь придумаю на скорую руку. Продуктов здесь, вижу, немного. Ничего, обживётесь! Хорошо, что мистер Сэмюель попросил меня подкупить провизии на первый случай! — затараторила добрая женщина, вспомнив, как Сэмюель Декер говорил о том, что девушка из-за болезни всему заново учится.