— А никто тебя и не просит не отвечать, — улыбнулась Катерина. — Ты сможешь ответить позже. Уже в Империи. Ты ведь, всё равно, когда-нибудь приедешь за своей благодарностью? Тогда и ответишь… — она сделала паузу, затем добавила. — Если, конечно, у вас ещё будет желание и повод к Поединку. Императору нужен его человек. Император не забывает оказанных ему услуг.

— Ты сейчас говоришь от себя, как Катя, или… как Екатерина? — с понятным только посвящённым в определённые обстоятельства намёком спросил её китаец, щурясь так, что его и без того неширокие глаза вытянулись вовсе в две щёлочки.

— А меня вы спросить не забыли? — перебивая и переводя на себя общее внимание, что было физически приятно, учитывая, какие люди здесь собрались, хмыкнул я, легонько переводя меч в своей руке в боевое положение, а затем втыкая его остриём в пол.

Действие было пафосным. Я должен был его сделать. Но татами… неприятно было его портить, хотя, казалось бы, за время «петли» я должен был успеть привыкнуть к таким вещам и смириться…

Меч я воткнул не просто так, а прямо перед Бингвэном. Почему? Зачем? Всё просто: я не мог драться с ним его же оружием. Оружием, уже принадлежащим ему. Ли точно на подобное не согласился бы, и вцепился бы в это обстоятельство, как клещ. Поэтому, проще было сразу отдать. Вернуть его ему. Всё равно двумя мечами он биться не станет, моё действие не сделает его сильней или опасней. Просто, «вонять» будет меньше — уж, я-то его знаю! Сколько раз уже с ним дрался! Тем более, уже «пробуждённым» им оружием! Идиотом надо быть конченным, чтобы идти на «хозяина» с его же «пробуждённым» Артефактом!

Это, кстати, была одна из причин, почему Ли согласился тренироваться со мной на боевом оружии. В предыдущий день, когда «пробуждённого» дзяня под рукой не было, мы учили приёмы на макетах — тренировочных мечах, не обнажая боевые до самой вечерней схватки. Сегодня же — «пробуждённый» дзянь в моих руках был гарантией Бингвена, что я не попытаюсь его прикончить до оговоренного срока, чтобы увильнуть от смерти самому. Градус паранойи у него сегодня был значительно выше — интуиция ведь грызла, нашёптывала, что что-то не так, что я гораздо опаснее, чем кажусь.

— Юра? — хмуря свои брови, проворчал мой отец с нажимом и вопросом одновременно.

— Приказ Императора, молодой человек, — добавил стоявший рядом с ним Булгаков. — И приказ начальника Лицея, учеником которого вы всё ещё являетесь.

— Приказ… — снова хмыкнул я. — Будет выполнен. Но у меня есть своя Честь, и есть заключённый договор, выполнения которого я требую! — расстегнул свою спортивную куртку и достал из-за резинки штанов револьвер. Да-да, тот самый, которым мне ещё этим утром в тёмном проулке грозил какой-то наркоша.

Понятно, что я не настолько придурок, чтобы носить под резинкой треников такой достаточно увесистый и скользкий предмет. При хоть сколько-нибудь активных движениях он бы просто выпал. Но, стоит ли напоминать, что на мне, кроме одежды, ещё и постоянно мой «Стихийный покров» находится. А он может не только защищать, но и нужные мне предметы удерживать на себе, словно «приклеенные» или «примагниченные» — удобная штука.

Так что, вынул я его демонстративно из-под резинки, но держался ранее он на «покрове».

Я вынул револьвер, откинул у него барабан, посмотрел на количество патронов в нём. А их там было вместо шести ровно два. Да-да, именно так.

— Молодой человек… — начал было говорить кто-то из присутствовавших. Я даже не стал смотреть, кто именно. Это было не важно.

— Тренировку считаю оконченной! — заявил я, защёлкивая барабан на место. — Первая часть договора выполнена. Требую Поединка здесь и сейчас! Будьте свидетелями! — обратился к остальным я, отступая на два несколько шагов от Бингвэна.

Тот не испугался. Тот удивился. Моей наглости и откровенной глупости, по его мнению. С пистолетом на Сяня? Это ж всё равно, что с рогаткой на танк! Даже не на танк, а на линкор! На Авианосец!

Он усмехнулся и тоже перевёл свой меч в боевое положение. Правда, направлять его на меня не спешил. Пока что, опустил клинком вниз и в сторону.

Однако, удивление удивлением, самоуверенность самоуверенностью, а свой «стихийный покров» он укрепить не забыл. И «волевой» тоже. Да и «ауру Ци» выпустил. Правда, всё это он постарался проделать так, чтобы со стороны было не заметно — в пафос играл, говнюк. Марку держал.

— Наглец, — ухмыльнулся он и картинно крутанул свой меч в руке, будто примеряясь.

Большего мне не требовалось. Это короткое слово я принял, как согласие на Поединок.

Поэтому, больше уже ничего не говоря, спокойно поднял револьвер и выстрелил прямо в лоб Сяню.

Это было бы полной глупостью, не будь я Артефактором, и не подготовь эту пулю заранее, тогда же, когда готовил меч Бингвэну, до рассвета, утром. Вот только, его меч я оставил «девственным», а пульку свою «пробудил». На полную катушку «пробудил»! На полный «резерв». Чуть не отрубился при этом.

И, кстати, именно это падение «резерва» очень помогало мне строить из себя неофита всё это утро. Да и прошлый день тоже. Тем утром я тоже сделал и пробудил пулю. Вторую из тех, которые сейчас находились в патронах в барабане моего оружия.

Правда, вчера я ещё не думал, из чего именно буду стрелять. Да и не важно это, в общем-то: пистолет какой-нибудь я бы отыскать смог в любом случае — не сложно это. Утреннее происшествие только упростило задачу. А вставить пулю после «пробуждения», подогнав её под нужный калибр, я, как Артефактор и, как тот, кто её пробудил, её «хозяин», мог спокойно в практически любой пистолетный патрон. Ну, кроме сорок пятого магнума, пожалуй.

Стрелять в Сяня… это было бы просто глупостью, если бы я был только Артефактором и не потратил столько времени на понимание «Ци», его исследование и развитие в себе. Сянь на то и Сянь, что его «ауры» и других боевых способностей хватило бы, чтобы пуля, даже Артефактная стала неэффективной. В конце концов, он бы, почуяв опасность, просто уклонился от неё — реакции бы хватило.

Вот только, дело в том, что я нынче и сам — Сянь! Причём, Сянь сильнее Сяня Ли!

Выстрел внешне выглядел просто. Слишком просто. Но в него было вложено столько же мастерства и искусства, сколько можно вложить и в удар меча — внешне, вроде бы, тоже прямой, предсказуемый и не очень сложный. Столько же, сколько и в удар кулаком… В конце концов, какая разница между кулаком, мечом и пистолетом? И то и другое, и третье — оружие, эффективность применения которого зависит от мастерства и исскуства…

Я выстрелил. Сянь упал с дыркой в голове. С двумя: аккуратной входной и безобразно здоровой выходной, через которую ему вышибло наружу большую часть мозга.

Всё. Весь поединок.

Во всеобщем гробовом удивлённом молчании я подошёл ко всё ещё подёргивающемуся на полу телу и выстрелил второй раз — в сердце. Тело дёргаться перестало. Спасти Бингвэна стало невозможно даже силами настоящего Целителя, если бы он, вдруг, нашёлся среди присутствующих — пули-то не простые, а Артефактные. Да ещё и «пробуждённые» именно мной, с вложением ВСЕХ моих способностей. В том числе и одной основательно подзабытой. Той, что однажды пробила «покров» Наёмника, пришедшего за жизнью Княжны Борятинской.

Бингвэн был мёртв. И, словно иллюстрируя, лишний раз подтверждая то, что не требовало подтверждения — Земляки не умеют притворяться мёртвыми, как Водники, меч, ранее воткнутый мной в татами перед Сянем Ли, да так там, до сих пор и продолжавший торчать, негромко, но заметно в общей тишине, воцарившейся после второго выстрела, издал звук, который похож на тот, что издаёт перекаленная и перенапряжённая дорогая сталь, лопаясь. После чего он медленно и красиво рассыпался прахом. Буквально! Прямо на глазах! За каких-то десять-пятнадцать секунд.

Я спокойно отвернулся от тела и кучки праха, оставшейся вокруг дырки в татами, и направился к выходу. В продолжавшем висеть поражённом молчании дошёл до Катерины, небрежно опустил ей в руку пустой уже револьвер. Сделал ещё несколько шагов по, словно бы само собой образовавшемуся передо мной коридору из невольно освободивших мне дорогу людей.