Но сейчас… он всего этого не помнил. Для него всех этих лет не существовало. И перед собой он видел действительно всего лишь «юного Мудреца», только-только взявшего в руки меч.

— Ты… действительно щедр, Сянь Ли, — прервав, наконец, своё молчание, впервые ответил я не так. Совсем не так, как обычно. — Я… готов принять твоё предложение и купить ещё один день учёбы.

— Мудрое решение! — радостно-алчно блеснули глаза китайца. И я его понимал: утренний «Духовный меч» ведь уже был у него в руках. И он успел увидеть, оценить, почувствовать качество его изготовления. И оценить очень высоко! Не удивительно, что ему очень хотелось получить ещё один Артефакт подобного качества. А, в идеале, ещё и не один. Ведь завтра вечером можно провернуть тот же трюк, что и сегодня! А потом послезавтра и после послезавтра… Сделать меня своей курицей, несущей золотые яйца. Да ещё и проблем со стороны Шахиншаха избежать — тому-то я нужен живым! Уверен, его представители вполне успели получить от Дария необходимые инструкции.

Не очень понятно, правда, почему они ни разу так и не вмешались в наш с Сянем финальный бой? Дёргаться — дёргались. Но вмешаться ни разу так и не вмешались. Возможно… не смогли? В конце концов, что я от них хочу? Старший — Херан Хамаши, младший — вовсе Швалих. Куда им вмешиваться в бой Сяня? Прихлопнет и не заметит! Херан Хамаши — Шестая Ступень, Швалих — Пятая.

Хотя… возможно, они просто до самого конца не верили, что я, шестнадцатилетний Витязь, на самом деле, всерьёз собираюсь драться насмерть с Сянем, которого вижу второй раз в жизни? Не верили, что я НАСТОЛЬКО отмороженный.

Да я, на их месте, и сам бы не поверил.

Вот и выходили их действия достаточно логичными: договориться с Сянем, чтобы тот пощадил дурака, а не с дураком, который лезет на Сяня. Дураку и знать-то о договорённости не обязательно: за день «тренировок» Сянь успеет развёрнуто продемонстрировать ему пропасть, лежащую между ними. Настолько ярко продемонстрировать, что к вечеру дурак уже сам будет дрожать и просить пощады, которую ему милостиво позволит получить старый мудрый и великодушный к молодым глупцам Сянь.

Ну а не согласится, решит переть до конца: Сянь его легко успокоит, не убивая.

Логично же! И нет смысла выделять сюда Шашаваров, Херан Хамаши — за глаза!

Просчёт только в том, что я действительно именно НАСТОЛЬКО отмороженный.

— Значит, встречаемся завтра здесь же, с первыми лучами солнца, — удовлетворённо улыбаясь и чуть ли не потирая ручки в предвкушении поживы, закончил Бингвэн.

После чего, мы с ним уважительно друг другу поклонились и разошлись.

Да! Вот так вот просто: взяли и разошлись. И никто не останавливал. Не чинил препятствий. А последний луч солнца, между тем, спокойно скрылся за гребёнкой горных хребтов, окружавших долину Парса.

Всё-таки, определённая прелесть в ночных дискотеках есть — не признать это глупо. Точно так же глупо утверждать, что на всех оно действует, а только на меня — нет. Вот, на всех — да, а, конкретно, на меня — нет. И я этого не утверждал.

И эта, нынешняя ночь — тому лучшее подтверждение. Мы с Алиной отрывались!

Нет, не в том пафосном клубе, где меня убили при попытке перейти в горизонтальную плоскость с Ольгой. В этот раз, нами было выбрано местечко немного попроще: без такой очереди на фейсконтроле. Тут очереди вообще не было. Да и самого фейсконтроля, как такового — тоже. Охрана и вышибалы были — куда ж без них? А вот специальных людей, которые решали бы, кому войти разрешить, а кому от ворот поворот дать — нет. Здесь, в этом плане, всё было просто: платишь за входной билет, получаешь бумажный браслет на руку и идёшь веселиться.

Оказывается, общество Ольги меня напрягало. Не позволяло расслабиться. Да и слежка эта, с наличием которой приходилось постоянно мириться, тоже настроения не добавляла.

А вот компания Алины — нет. С учётом наших общих приключений, всего вместе пережитого и постоянных «петель», мы ж друг друга уже годы знаем! И жизни друг другу спасали, и дела общие имеем, и интересы. В самых неприглядных видах друг друга видели. Чего нам стесняться?

Тем более, в эту ночь. Сейчас, когда мы вырвались, словно из добровольного тюремного… хотя, нет, пожалуй, правильнее сказать — монастырского заключения. У Алины — год «общего режима» (так как она не всё время училась, а довольно много и часто проводила время «итераций» за пределами зала), у меня — десятка «строгача» (между пятью и пятнадцатью, среднее будет десять).

Вот мы и отрывались.

Заведение было попроще. Здесь не было трёх этажей. Здесь не было стольких малых сцен с извивавшимися возле шестов в клетках полуголыми девицами. Здесь не сновали вышколенные официанты. Бар тут занимал раз в восемь меньше места. Да и общая площадь сильно уступала «Бристолю». Зато… здесь было душевнее, что ли?

Нет, то, что я «отрывался», не означает употребления мной алкоголя. Я и без оного могу куролесить с неменьшим удовольствием и размахом — проверено многократно. Достаточно только себе разрешить, и я пьян без вина буду.

Прямо, как в этот раз.

Я зажигал на танцполе. Мне хотелось зажигать, и я зажигал. Как раз попался один явно профессиональный танцор, который умел в эти «клубные танцы». Он классно двигался! Он знал, как двигаться. Он знал кучу разных интересных приколюх и движений.

Вот за него я и зацепился: просто начал повторять всё, что делал он. Естественно, это незамеченным не осталось. И моё «повторение» быстро превратилось в своеобразный «танцевальный батл».

Вокруг нас с ним образовалось небольшое пустое пространство. На нас направили пару прожекторов. На нас смотрели. На нас обращали… внимание… То, от чего я отвык больше всего. Это внимание текло ручейками в мою душу, как в иссохшуюся пустыню. Оно пьянило. Как ни одно вино не пьянит!

Я повторял за парнем все его фишки и все его танцевальные связки движений. Это, на самом-то деле, было не так уж и сложно, после многолетнего изучения десятков комплексов и сотен связок внутреннего Кунг-фу Сяня Ли. Ведь способность к обучению тоже прокачивается, если ты постоянно учишься. Способность к запоминанию. Способность к повторению… А уж физических возможностей для того, чтобы эти финты повторить, у меня, естественно, хватало с запасом — не зря же я теперь и сам Сянь?

В общем, я повторял за тем парнем все его фишки до тех пор, пока он не начал повторяться. Тогда, общим зрительским мнением он был признан проигравшим, и он покинул круг, правда улыбаясь и дав мне «пять» — не злобный и не обидчивый оказался паренёк. Он тоже получил удовольствие от нашего «батла». Покинул круг и со своей девчонкой (да что б у такого заводного пацана девчонки не было? Так не бывает) пошёл к столикам отдыхать и переводить дыхание. Ещё бы! Выложился-то он знатно, пока со мной отплясывал.

Парень ушёл, но круг не сомкнулся. В этот круг, ко мне, вышел следующий парень, считавший, что «тоже кое-что могёт!» и даже «могет!». И да — он мог. Этот был брейк-дансер. Верхний брейк, нижний брейк, их сочетания — классно крутился парень!

Вот только, если он или кто-то из зрителей подумал, что я так не могу — он сильно ошибся! Что я довольно быстро наглядно и доказал, тоже, сначала повторив все его финты, а после ещё и выдав свою вариацию из непрерывного их выполнения. Без остановки, на одном дыхании, плавно перетекая из одного элемента в другой.

Больше всего мне на голове крутиться понравилось — прикольное ощущение.

С этим парнем мы тоже ударили по рукам, после чего вышел третий… за ним четвёртый, пятый…

Потом я отплясывал в паре с каждым, отдохнувшим и вернувшимся «в бой» «дуэтом». То есть, теперь уже не повторял с отставанием на одно движение, стоя напротив, а исполнял синхронно с ним, стоя плечом к плечу — смотрелось классно! (Мне потом Алина запись показывала. У неё с собой было несколько небольших камер в сумочке, которые она, со свойственными ей ловкостью и профессионализмом применила по назначению, засняв мои выступления от начала и до конца)