Переполняет, до самых краев. Наконец ловлю новую мысль. Цепляюсь за нее как за спасательный круг. Помогает. Во мне что ребенок уже месяц как? Живой человек? Молчу. Словно жду какого-то знака, подтверждения того, что мне не показалось. И как бы вот оно. Новый позыв и вот я уже склонила голову и улыбаюсь унитазу. -Тест надо, или, итак, понятно? -Ира подперла дверной проем и хитро улыбается с коробочкой в руках. Оно вроде и надо. Но тогда ведь точно знать буду, а пока на баранину грешу. Да, глупо. Но принять тот факт, что я беременна от Демьяна, сложнее. Да меня может от этого и тошнит. Пока жду эти гребанные пять минут, вся жизнь перед глазами. Кровь густым сиропом по венам идет, от этого каждое движение как в замедленной съемке. С какой-то надеждой тянусь к пластмассовой коробочке. Только вот надеюсь на что? В груди вспышка пламени, по телу тепло. А потом как ведро воды, ледяной, из проруби. Смотрю в окошечко и пытаюсь понять. Словно забыла, что значат две полоски. Их там две. Четкие такие, жирные. Ни капли сомнений у куска лакмуса. Выхожу, на Ирину смотрю и молчу. Только ей и не надо слов. Итак, все знает, поздравить не спешит, да и улыбочка с ее лица исчезла. -Как я теперь? -Задаю ей вопрос, словно она ответ знает. Мнение мое не изменилось. Права я была тогда, охринела от этого факта. Только вот мужа то у меня нет. -Я же одна, Ир. Понимаешь. -Ты теперь не одна, вас вон двое, -утешает меня та, но от чего-то мешкает. Кажется еще чего сказать хочет, но не решается. -Ну давай, вижу же, есть чего добавить. -Ты только не злись, но ты бы сообщила отцу. Он тоже право имеет знать. Знаю, что обидел, да подонок, -видит как я раскраснелась и готова возмутится, поэтому послабление делает. -Ребенку без отца плохо, и не важно сын у тебя или дочь. И тебе плохо. Тебе без него самой-то не в радость эта жизнь, а с ребенком еще больше тосковать будешь. Это ведь напоминание, тот якорь, что будет держать тебя. Захочется, и даже решишься на это. Но поздно может быть, не будет он тебя всю жизнь ждать. Не будет. Она уходит. Оставляет меня со всем сказанным наедине. Только вот не убедила. Я не скажу, под прицелом пистолета молчать буду. Ему 25 лет. Он поддался эмоциям и заделал бабе, которую 5 лет ненавидел, ребенка. Зачем ему об этом знать? Вот и я думаю, просто незачем. Конечно, меня накрывает истерика. Падаю на кровать и рыдаю. Приходит ночь, потом новый день. Я даже перестала считать. Роза и Ирина меня кормить пытались, буквально с ложечки заталкивали небольшие порции. Правда оно все обратно выходило. Но как говорили девушки, хоть капля, но усвоится. *** -Поздравляю, у вас 6 недель, никаких отклонений нет, -только вот вид мне ваш не нравится. Что-то беспокоит? Доктора мне посоветовали дамы. Вся семья с его рук. Приятный такой дедуля, с юмором. Только вот мне не до смеха совсем. Поэтому я как-то короткими фразами с ним. Грубить не буду, он не виноват в том, что я про презервативы забыла в момент полнейшего безумия. Проститутка припадочная... Рассказываю ему все про свое состояние. Отмечаю слабость и нежелание шевелиться. И уже готова получить от него рецепт на витаминки, но что-то идет не так. -Тебе на море надо, обстановку сменишь. Соленым морским воздухом подышишь, фруктов поешь. -Не хочу, -честно признаюсь я, намекая на более традиционные методы. -Тебе не 15 лет, чтоб тут носом воротить. Слишком взрослая для такого поведения. Ты думаешь ты первая мать одиночка? Удивлю тебя, но нет. И никто не умер от тоски и печали. После родов бывает, и из окон прыгают и малышей выкидывают. Так же хочешь? Ну по всем признакам ты на правильном пути. Я даже теряюсь. И где тот милашка старикашка, что осматривал меня пять минут назад? После этих слов внутри какой-то зверь просыпается. Не буду я своему ребенку вредить! Даже живот прикрываю, словно опасность ему грозит. -Вот с тем же блеском в глазах и давай путевочки выбирать. Турция, Куба, на твоем сроке еще можно. Только не дикарем. Исключительно проверенные места и поаккуратнее с выбором блюд. Только то, что в отелях подают и в ограниченном количестве. Домой еду, обдумываю советы доктора. Что-то есть дельное в этом безумии, иначе его совет и не назовешь. Покупать ничего и не надо. У меня ведь есть билеты в РИО. Почему бы и не рвануть. Безумие? Может быть. Как и вся моя жизнь. Собираюсь в поездку детально. Беру все, что только может пригодиться. Рейсов прямых нет, одна пересадка предполагается. Но я уже погуглила чем можно себя занять. Виза не требуется, да и тормозим на 7 дневных часов, удачненько. Даже настроение поднимается. Строю планы и делюсь с малышкой. Нашли контакт мы быстро. Она перестала меня кошмарить, словно и сама рада предстоящему путешествию. Я же начала нормально питаться и баловать ее разными полезностями. Роза каждое утро готовила для меня новый смузи. Не всегда вкусный, но как она утверждала, очень полезный. *** -Добро пожаловать на рейс, ваше место 11А. Проходите, пожалуйста, -милая стюардесса улыбается мне почти искренне. Ну или может мне это просто кажется, на фоне тех проводов, что устроили мне домочадцы. Марьям даже расплакалась, когда я в зону паспортного контроля пошла. На ее крики весь аэропорт оглянулся. Хотелось вернуться, успокоить. Но Ирина рукой махнула, мол поезжай, это временное явление и я послушалась. Дети они такие, им всякая мелочь, что трагедия вселенского масштаба. Закидываю свои вещи наверх. Пробираюсь к окну, с собой сумку первой необходимости беру. Все что доктор прописал. Ну и по мелочи от себя. Насмотрелась ютуба перед вылетом. Самолет большой, радует. Да и телевизоры современные, не дешевый пластик от которого глаза в кучу спустя час. Думаю долетим как-нибудь. -Давайте я помогу убрать сумку, -сылшу голос той самой стюардессы, что встречала меня на входе. Уже готовлюсь ей ответ дать, мол мне эта сумка и тут не мешает. Только вот голову поднимаю и замираю. -Привет, личинка, -Демьян подтягивает джинсы и ухватившись одной рукой за спинку кресла перед нами, падает рядом. Стучит в висках. Вся кровь в голову. Вцепилась в живот и смотрю на него. Он что-то с ремнем безопасности суетится, а я пытаюсь вспомнить, что же там делать надо что бы проснуться. Точно, ущипнуть. Фак! Больно!

@Демьян.

Сидит и кажется не дышит. Ей надо время, пусть просто примет как данность. Ей никуда не деться. Двери закрыты, самолет готов ко взлету. Специально последний заходил, что бы уж наверняка. Эта полоумная и соскочить может. Смотрю на нее и держусь еле как, хочу вот прям тут прижать. Просто обнять. Пусть бьет, пусть вырывается. Я просто хочу снова ощутить тепло ее тела. Как же я скучал.

Моя бешеная, такая красивая, такая испуганная, такая любимая. Но вместо этого сижу и пялюсь на нее. Самолет уже катится по взлетной полосе, Анжелика уставилась в окно, словно там что-то интересное показывают. Не первый же ее полет, чтоб так внимательно. Знаю, что просто от меня взгляд прячет, уверен мысли гоняет насчет реальности происходящего. Когда ехал на квартиру, думал что поговорю. Уверен был, что она выслушает. Поверит в искренность моих чувств. И пока все это на повторе в черепной коробке, не заметил как на красный проскочил. Потом пустота, глаза открыл, а на дворе уже 15 января. На руке гипс, на ноге шрам. Как вспомню как эту трубку вытаскивали... Боже, я тогда все проклял. Кажется даже прослезился. На восстановление давали 2 месяца, но хрен то там. Это слишком много для меня. Для нас. От родителей узнал, что она исчезла. На квартире пусто, лишь ее веще. Так и остались в чемодане. А еще телефон. Оставила все, значит не хотела, чтоб нашли. Согласился с отцом, ей время нужно. Да и мне, чтоб не костылях и с гипсом. Про те билеты чудом вспомнил, из брата вытряс дату и аэропорт. Хорошо, что переписку не удалил. И вот я тут. -Девушка, а я могла бы пересесть? -Отрывается от окна, как только милашка с красными губками появилась на горизонте. Ловлю взгляд Лики, словно физически сталкиваемся. Она смотрит в проход, только вот этого достаточно. -К сожалению самолет полный, свободных мест нет, -отвечает та и идет дальше, проверять все ли пассажиры пристегнуты. Когда на взлет идем, вижу как она кулачки сжимает. Уже в иллюминатор не смотрит. Строго перед собой. Боится? Да ладно. Поэтому в такое путешествие решила рвануть? Малышка моя. -Убери, -дергается она, как только я своей рукой ее колено накрываю. Так резко, что даже третий в ряду вздрогнул. Заверяю его, что все в норме и возвращаюсь к Анжелике. -Ты не бойся, все нормально будет, долетим, -решаюсь начать диалог. Знаю, что не ответит скорее всего, но я радушного приема и не ожидал. -Ты... Какого хрена вообще тут? Сижу во все 32 лицом торгую, радуюсь ответу. Не важно, что и как она сказала. Главное ответила. Она блядь ответила мне. “Соберись, знал, что она на шею не кинется”. Хотел, конечно. И снилось такое ни раз. Только вот головой понимаю, что это тупо мои фантазии. Ну для того я в этот самолет и сел, чтоб фантазии в реальность превратились. -Я же сказал, что моей будешь, помнишь? -Помнишь какой ответ был на это твое сказал? -Конечно. Такое не забывается. А знаешь что еще не забывается? -Щелкаю ремень и нависаю над ней, она в угол вжимается, только вот растворяться не умеет, в губы ей шепчу. -Твой стон, твоя влага и твое желание, вот чего забыть никак не могу. -Молодой человек, ремень, -красные губы отвлекают от Анжелики, я в моменте ее придушить готов. Но лететь еще немало, поэтому бунт на корабле ни к чему. Если сейчас ссадят, то я ее точно больше не найду. Это единственная возможность. -Ты не убежишь, ни в этот раз, -зачем-то ее информирую. -А я бежать и не собираюсь, -отвечает так, словно не потекла от одной мысли о той ночи. Вижу же как ерзает, слышу как сердечко бьется. Подвисла, не меньше моего с ума сходила. Губки такие красные. Манят. Искусала все, и сейчас продолжает мусолить. Интересно, специально дразнит или не контролирует вообще? Похоже я за пять лет вообще контролю не научился, рядом с ней все обнуляется, все в чем себя заверял, идет по одному месту. Только вот если раньше боролся с этим, то сейчас принимаю. Это заставляет двигаться, стремиться к заветной цели. У меня есть две недели. Этого времени должно хватить. Потом вернемся, вместе. В новую жизнь. В Лондон с собой возьму. Экзамены сдам, диплом получу и домой. В Москве начнем свою семью строить. Женюсь на ней, потом ребенок. Все у нас будет. Иначе... Батя так сказал, либо с ней возвращаюсь, либо ищу себя в Лондоне. Они не отказываются от меня, как это было тогда. Просто дают выбор, мотивируют. И я готов. Семья это все. Тем более они мне нужны не меньше чем я им. Макс с Настей сами по себе живут, мама, конечно оттаяла, но не сказать, что радушно принимает новую невестку. Не гонит с порога, уже хорошо. Это ее первый внук, поэтому мы с отцом не продавливали историю с мудаком Максом. Это его выбор, мы не обязаны его принимать, но и осуждать тоже вроде не имеем право. Я не старое латать хочу, а новое построить. Чтобы лучше, чтобы вообще к теме не возвращаться -Дай я пройду, -наконец-то обращается ко мне. Видно, что долго собиралась, и дается ей это с большим трудом. Каждая буковка четко из ее милого ротика вылетает. -Проходи, -развожу руки, но ноги под себя не подминаю. Пусть лезет, хоть так ее почувствую. -Убери ноги, -пытается быть злюкой, требовательной и опасной, только вот не понимает, что я ее еще больше такую хочу. -Убери сама, у меня рука болит, -откидываюсь на спинку и еще ниже скатываюсь, даже миллиметра свободного не оставляю. -Демон! Самый настоящий! Села в кресло, включила какой-то сериал про медиков и пялилась в монитор. Вырубило ее перед посадкой, минут сорок может поспала, не больше. Но зато я успел насладиться ее красотой. Может как слюнтяй выглядел, или как маньяк, похер вообще на мнение людей. Знаю, что крови попьет не мало, вот и наслаждаюсь тишиной. Из самолета выходим друг за другом, она оборачивается, проверяет иду за ней или нет. Только когда мой взгляд ловит, головой дергает, мол это она случайно. Шея затекла? Ага, расскажи. -Покурить не хочешь, личинка, -обгоняю ее и сумку перехватываю. Увесистая. Что там? Кирпичи?