Глава 10

Холод

Дарол провёл меня через площадь, мимо расходящейся толпы. Я старалась смотреть только вперёд.

Больница оказалась просторным ухоженным зданием рядом с оружейными цехами. В мирное время больница была явно избыточно большой для небольшого города. Но сейчас, при таком количестве пострадавших, места не хватало.

Дарол провёл меня внутрь и передал пожилому лекарю с седыми висками и жёсткими, натруженными руками.

Старый лекарь мельком глянул на меня.

— Второй зал, в конце коридора. Там самые тяжёлые. Инструменты на месте, мази в шкафу.

Я кивнула и пошла работать. Дарол остался помогать лекарю.

В просторном зале было холодно, несмотря на расставленные жаровни. Окна были выбиты, вместо стёкол — наспех натянутая ткань, которую надувал пронизывающий ветер.

Раненые лежали везде, где было хоть какое-то место.

Мои руки двигались сами. Дар тёк ровно, уверенно, сращивая ткани, останавливая кровь, закрывая сосуды. Полностью сосредоточилась на том, чтобы успеть, вытащить, спасти.

За работой я замечала, что не чувствую нехватки. Бинты и артефакты были, мази, чистые инструменты. Помощь лекарю, чтобы беречь дар для самых сложных случаев.

Носильщиков не хватало катастрофически. Тех, кто мог бы переложить раненого со стола на носилки, отнести в палаты. Лекари отвлекались на это, теряли время, которого и так не было.

Стало ещё холоднее. Жаровни пылали, даже согревающие артефакты были, но их не хватало на каждого раненого, нуждающегося в тепле.

Свой артефакт я отдала раненому юноше лет шестнадцати. Подмастерье, судя по рабочему комбинезону с клеймом кузнечной гильдии.

Он бредил. Метался, что-то выкрикивал, рвался вперёд, хотя его тело было покрыто глубокими порезами и ушибами.

— Мама! — крикнул он, открыв мутные глаза. — Не трогайте мою мать!

Я опустилась рядом, положила ладонь на его лоб, вливая целительский дар, который уже сильно израсходовала сегодня.

— Твоя мать в безопасности, — раздался рядом усталый женский голос. — Ты спас её.

Я подняла голову. Женщина с перевязанной рукой, сидела в двух шагах.

Подмастерье притих от потоков целительской магии. Он сильно дрожал, и я вложила в его руки свой согревающий артефакт.

— Я их соседка. Он защитил её, — ответила она на мой вопросительный взгляд. — Когда те пришли. Они бы его забили, но тут пришли драконы. Спасли нас. Сейчас она помогает на другом конце города.

Убедившись, что здесь уже моя помощь не требуется, я подошла к старшему лекарю.

— Надо что-то делать с обогревом, — сказала я ему.

— Артефактов не хватает, — глухо сказал он. — Люди приносят покрывала, и жаровни ещё принесли, но здесь магический холод. Маги Дэвиона что-то сделали, драконы разбираются. Но говорят, что быстро это не убрать.

— А если их перенести? — предложила я. — Когда мы шли сюда, я видела здание рядом. Цех оружейников, кажется. Там стены толще, через окна я видела большие горны внутри.

Он помолчал. Потом покачал головой.

— Тоже об этом думал. Даже узнавал. Не получится. Там сейчас армия драконов разворачивает арсенал, собираются оружие чинить.

— Они могли бы выделить место для раненых.

— Генерал и так нам выделил лекарей, припасы, артефакты, — он говорил тихо, чтобы не слышали другие. — Я просил, но мне явно дали понять, что по слову генерала уже, что могли, выделили. Так что будем справляться, как есть.

В его глазах я видела страх перед драконами. Особенно перед генералом.

Могла бы я сама попросить Эрнарда?.. При одной мысли о том, что я снова окажусь под тяжёлым взглядом пронизывающе чёрных глаз, внутри всё сжалось.

Надо собраться с силами и пойти. Хотя бы попробовать.

В этот момент в зале стало темнее, а воздух изменился.

Я повернула голову. В дверях стоял генерал драконов. Чёрные, как бездна, глаза холодно и оценивающе оглядывали зал.

А затем его взгляд остановился на мне. Я даже дышать перестала, пытаясь справиться с бурей вспыхнувших противоречивых чувств.

Генерал прошёл в зал в сопровождении гвардейцев. В зале воцарилась мёртвая тишина. Лекари замерли. Раненые, те, кто был в сознании, втянули головы в плечи.

Старший лекарь прошёл навстречу генералу. Выпрямился, насколько мог.

— Господин генерал, больница справляется, — чётко, по-военному доложил он. — Раненых приняли всех. Лекарств хватает. Проблема только с обогревом — артефактов мало, жаровни не справляются. Тепло не держится из-за заклинания.

— Наш мастер работает, — ответил гвардеец, подчиняясь вопросительному взгляду генерала. — Через десять часов уберёт. Раньше невозможно. Всё, что могли выделить, уже направлено сюда.

Чувствуя, как немеют губы от того, что я решилась вмешаться, я громко произнесла:

— Рядом здание цеха оружейников. Там сейчас арсенал. Если выделить хотя бы несколько комнат для самых тяжёлых, мы сможем их спасти. Им тепло нужно.

В зале стало совсем тихо. Я чувствовала на себе взгляды людей. Потрясённые, испуганные, непонимающие.

Но это было ничто по сравнению с пронизывающим взглядом генерала, придавившем меня своей тяжестью.

Почему-то я не смогла отвести глаза. Просто провалилась в его чёрную бездну.

— Кернон, приказываю выделить помещения, — не отрывая от меня давящего взгляда, сказал генерал.

Голос низкий, резкий. В нём было столько власти, что по коже побежали мурашки.

— Будет исполнено, генерал Эрнард, — коротко поклонился гвардеец, и тут же вышел.

Я перевела дыхание. Накатило такое облегчение, что даже голова закружилась. Мы сможем многих спасти, благодаря его приказу.

— Что-то ещё? — спросил у меня генерал.

Переведя дыхание, я решила использовать эту возможность по-полной.

— Носильщиков не хватает, — сказала я. — Раненых много, а переносить некому. Лекари отвлекаются, теряют время.

Генерал перевёл взгляд на другого гвардейца, коротко кивнул, и тот, обозначив поклон, тут же вышел выполнять приказ.

Под потрясёнными взглядами лекарей, генерал резко развернулся и ушёл вслед за ним.

Не знаю, как я осталась стоять на ногах.

Вся дрожь, которую я сдерживала, накатила разом. Руки тряслись, колени подгибались. Я опёрлась на стол, чувствуя, что иначе просто упаду.

Вокруг меня раздались шепотки. Люди обсуждали мою смелость и безрассудность говорить с генералом, я же старалась восстановить дыхание и взять себя в руки.

Заставила себя пойти к следующему раненому.

Вскоре появились носильщики — запуганные мужчины под мрачными взглядами гвардейцев. Судя по ненавидящим взглядам людей, это были те самые мародёры.

Я же погрузилась в работу. Смогла овладеть собой. Пальцы больше не дрожали. Внутри теплилась благодарность генералу и что-то ещё, в чём я не позволяла себе признаться.

Глава 11

Река

После того дня в больнице прошло несколько суток. Они слились в один бесконечный поток работы.

Цех оружейников с его мощными горнами быстро превратился в лазарет для самых тяжёлых. Тепло от раскалённых печей держалось долго, и те, кого я боялась потерять в первую ночь, дожили до утра. А потом начали медленно, мучительно, но возвращаться из цепких лап смерти.

Выжил и подмастерье, который кричал о своей матери. Я его запомнила особенно хорошо. Может, потому что отдала ему свой согревающий артефакт, а сама мёрзла потом всю ночь, переходя от одного раненого к другому.

Его мать пришла за ним, а он уже достаточно окреп, чтобы вернуться домой.

Другие тоже выздоравливали. И это было то, что убеждало: я поступила правильно. Причина всему. То, что придавало смысл всем моим трём жизням.

Армия двинулась дальше. Мы снова шли по тракту, разбивали лагерь, принимали раненых, собирались, шли дальше.

Короткие стычки с арьергардами Дэвиона вспыхивали то тут, то там. Драконы побеждали быстро, но каждый раз к нам в шатёр несли тех, кто успел подставиться под проклятия.