Снова посмотрела на гвардейца рядом с удаляющимся генералом. И тут меня поразила запоздалая мысль. Может, он не просто так проходил мимо?.. Он же видел, как Лервен смотрит на меня.

А сейчас о чём он докладывает? Не обо мне ли?..

Я тряхнула головой. Нет, мне это всё же кажется.

Заставила себя двинуться дальше. Меня ждут раненые и работа.

Глава 9

Драконий суд

Я приблизилась к городу. Запах гари и сырой золы тяжёлым облаком наполнял воздух.

Вот здесь надо идти прямо по широкой улице, и затем у площади направо — к городской больнице. Совсем чуть-чуть пройти.

Под ногами хрустело битое стекло, крошево обугленного дерева, осколки керамики. Где-то слева дымилась мастерская — из проломленной стены валил едкий чёрный дым, смешиваясь с утренним туманом.

Жутко. Легко представлялось, каким оживлённым был этот город, и от этого всё воспринималось ещё страшнее.

Мастерские. Одна за другой. У одних выбиты ворота, у других разбиты стёкла. Перед входом в гончарную мастерскую валялись разбитые формы, вдавленные в грязь колесами телег. У кожевенной валялись опрокинутые чаны. На земле темнели пятна, похожие на кровь.

Ремесленники стояли у своих разорённых мастерских, смотрели на проходящую армию. В их глазах я читала одно и то же: усталость, горечь, страх, и… надежду. Это поражало до глубины души.

Я вышла на небольшую площадь, после которой нужно повернуть, и споткнулась о разбитую доску. Подняла взгляд и замерла.

На площади стояла группа людей в серых мундирах.

Гвардейцы генерала.

Перед ними — пятеро в дорогой, но изорванной одежде.

Связанные. На коленях.

Я невольно замедлила шаг, потом и вовсе остановилась. Здесь было много людей: ремесленники, мастера в фартуках, подмастерья с перевязанными руками. Подходили новые люди. Толпа росла, но держалась на расстоянии.

И тут я поняла, что воздух вокруг меня стал другим.

Уже знакомое ощущение… Сначала я почувствовала это по дыханию — вдох давался тяжелее, будто невидимая ладонь легла на грудную клетку.

Генерал здесь. Я ещё его не видела, но тело уже почувствовало его приближение.

Посмотрела в сторону. И точно.

Генерал драконов вышел на площадь, а от его присутствия я ощутила, как холодеют пальцы. Но в этот раз он не смотрел на меня. Шёл быстро, мрачно разглядывая стоящих на коленях людей.

Гвардейцы молча отошли в стороны, открывая проход генералу.

Аристократы на коленях, до этого державшиеся горделиво и с оскорблённым достоинством, втянули головы в плечи.

Один из них — тот, что в центре, в богатом, но разорванном камзоле и надменным лицом, с гербовой цепью на шее, даже попытался отползти на коленях подальше, но замер, уперевшись в подошву сапога, подставленным одним из ремесленников.

Вокруг уже собралась толпа, и я на всякий случай затерялась в ней. Но не стала уходить. Смотрела. Как все.

Генерал остановился напротив этой сцены, скрестив руки на груди.

— Доклад, — низким, резким голосом приказал он.

Гул толпы тут же стих. Один из гвардейцев начал докладывать. В абсолютной тишине, среди разорённого города, это звучало особенно жутко.

— Этот человек, барон Эстерлад, — говорил гвардеец громко и чётко, — шёл дозором отдельно от основных сил. Используя своё положение, он отдал приказ о грабеже. Изъятое имущество отправлял в обоз под видом реквизиции для армии. При нём обнаружена бумага, подписанная и скреплённая королевской печатью. Дословно: «С разрешения короля Дэвиона, в счёт армии».

Гвардеец поднял пергамент выше, чтобы все видели.

В толпе раздался возмущённый гул. Лица ремесленников были искажены горечью и бессильной злобой.

— Вот так и говорили! В счёт армии! — выкрикнул кто-то из задних рядов. — Это он наш товар себе грузил!

— У меня три подмастерья убито! — прорвался возмущённый женский голос. — За что? За то, что не давали грабить?

— Понятно за что, чтобы на драконов потом всё свалить! — тут же ответили ей.

— Молчите! — рявкнул другой. — Сейчас генерал рассудит!

Но шум не утихал. Толпа колыхалась, напирала, сдерживаемая только гвардейцами, стоящими живым кольцом.

И тогда Эрнард сделал шаг вперёд. Шум стих мгновенно.

Я стояла в толпе, за спинами ремесленников, и видела только его широкую могучую спину в идеально сидящем тёмно-сером мундире.

Эрнард стоял неподвижно. Руки скрещены на широкой груди. Голова чуть наклонена. Чёрные глаза в упор смотрели на барона.

— Господин генерал, — не выдержал тот, — я выполнял приказ! У меня бумага! Король…

Голос его сорвался.

Генерал молчал. А затем, подчиняясь короткому движению его головы двое гвардейцев стремительно подошли к барону. Сорвали с него гербовую цепь — металл звякнул о камни мостовой. За той последовала перевязь с родовым камнем.

Барон сжался, надменное лицо исказилось страхом.

Новый знак генерала. Теперь уже на одного из ремесленников в толпе.

Крепкий мастер в добротной одежде, с благородной осанкой, тут же двинулся вперёд. Я обратила внимание, как на мастера все смотрели с уважением, даже почтением.

Гвардеец протянул мастеру меч. Тот взял, уверенно сжав рукоять.

— Благодарю, генерал, — коротко поклонился мастер генералу и тут же с мрачной решимостью направился прямо к барону.

У того в глазах отразился настоящий, животный ужас. Он начал что-то кричать, но тут же замолчал, натолкнувшись на тяжёлый взгляд генерала.

— Барон Эстерлад, — жёстко произнёс мастер, — я вам давно говорил, что правосудие вас найдёт.

Я обняла себя за плечи, чувствуя, как меня трясёт, а спину сковывает льдом. Огляделась: на лицах горожан, ремесленников, отражалось единодушное одобрение происходящего и жажда справедливости.

Мастер занёс меч, и я, зажмурившись отвернулась.

Начала пробираться прочь. Сквозь толпу.

До меня доносились обрывки фраз. О том, как барон давно разоряет город. О бесправии, несправедливости и произволе приспешников короля Дэвиона. А ещё, что очень скоро и короля Дэвиона справдливость найдёт.

Я слушала, чувствуя, как мне становится всё хуже.

Мой целительский дар дрожал вместе со мной. Ведь я… спасаю жизни.

Мимо меня двое крепких работяг тащили к генералу ещё аристократа, разодетого в шелка и обезумевшего от страха.

В спину мне донёсся звучный голос генерала:

— Нет, этих без казни. Наказание: возмещение ущерба имуществом и трудом. Городу для восстановления нужны рабочие руки.

Я оглянулась. Перед генералом стояли молодые солдаты с перепуганными лицами в окружении гвардейцев.

— Благодарим, господин генерал! — вскричал один из них. — Мы всё сделаем! Всё восстановим!

Мне надо убраться отсюда. Меня трясло. Я же лекарь, и раны страшные, и смерти видела. Но почему-то именно сейчас обыденность, с которой мастер осуществил казнь по приказу генерала, меня до глубины души потрясла.

— Господин генерал, — раздался новый, сильный мужской голос, — от имени цеха оружейников благодарю вас за…

Я не слушала. Продолжила продвигаться прочь.

Где-то здесь, в городе, есть те, кому нужна моя помощь.

— Госпожа Риана? — окликнули меня.

Я посмотрела в сторону. Ко мне сквозь толпу пробирался Дарол, один из помощников лекарей.

— Прошу простить, что упустил вас, — сказал он, виновато глядя на меня. — Я должен был вас встретить, но мы почему-то разминулись. Хорошо, что я вас нашёл.

Только и смогла, что кивнуть. Кажется, я сейчас и слова не смогу произнести.

— Идите за мной, вы очень нужны, рук не хватает, — торопливо сказал Дарол.

Я поспешила за ним.

— Город сдали без боя, — на ходу зачастил он. — Но то, что здесь творилось, пока армия не подошла… Эти мародёры с королевскими печатями совсем обезумели от безнаказанности. люди защищались, но что они сделают против вооружённых подлецов? Генерал приказал оказать всю возможную помощь мирному населению, все ресурсы есть, только лекарей не хватает. Пожалуйста, быстрее. После грабежей очень много раненых.