Выбраться из проклятой низины не получалось – мало того, что свинина была больно шустрая для своих размеров и не собиралась сдыхать ни при каких условиях, а уговаривал я его очень старательно (при моем то бафе на тело – +10!!!), так ещё и мои эксперименты с молниями привели к тому, что лес вокруг разгорался, постепенно окружая нас кольцом огня.

Жарковато, знаете ли! Задница так и подгорает!

Короче, на арене было два зверя: взмыленный кабан, который занимался тяжёлой атлетикой, совмещённой с земельно‑ройными работами, и я, маленькая беззащитная лоля с луком за спиной и стрелами, правда последние использовать было, судя по всему, бесполезно. Теперь все остатки сил пошли в ноги, ноги, ноги.

На небесах, в это время, царило светопреставление: вспышки, вспышки, вспышки! И громыхало так, что дрожала земля под ногами. А может она дрожала не от грозы? Пофиг!

Дождя, правда, не было – и на том спасибо.

По идее я должен был быть уже мертв, насажен на бивень, растерзан, но странное дело – я бежал, а хриплое сопение за спиной отдалилось. Я даже рискнул оглянутся. Кабанчику чего‑то занемоглось. Он хрипел, ронял на землю розовую слюну и путаясь в копытах замедлял бег. Остановился. Шатается. Тряхнул головой…

…

Ёмкость: 0.1887123 фарады/2 (Накопление заряда!)

Внимание! Вы находитесь в области высокого потенциала! Осторожно! (вероятность удара молнией повышена; зарядка осуществляется быстрее)

…

На что я рассчитывал? Вы спрашиваете, на что я рассчитывал?

Да ни на что!

За спиной полыхало пламя, в небе тоже полыхало. Шатающийся варшан, в огненных переливах выглядел истинным демоном с жутких фэнтезийных артов, а я, кажется, понял, что на этом экзамене моё тестирование и окончится.

…

ОМ – 80\336

…

Наконец, мы оба замерли. Сил не было. Судя по кровавой пене из пасти, подействовал грибной яд. Но падать он не собирался, не сейчас, покуда не упокоил своего лютого врага – меня.

Осторожно! Удар молнии!

Покиньте зону поражения!

Седьмая, дыша как загнанный зверёк, спряталась подальше от места провидения испытания. Спрятавшись в глубины куста, она осторожно высунула личико, вглядываясь туда, где блестела гроза.

Когда начали сверкать молнии – она подумала о том, чтобы отойти подальше, но все же любопытство оказалось сильнее здравого смысла. Когда пара щепок пролетела в паре локтей рядом – не хуже стрел, выпущенных отцом – она ещё сохраняла остатки самообладания. Но когда рядом с ней полыхнул думбрав, и его горящая шишка выстрелила прям ей в голову – Седьмая, без оглядки, припустила подальше от опасного места.

В результате она отдалилась на почтительное расстояние и уже оттуда наблюдала за происходящим.

– Кхаротх, что у неё происходит?.. – бормотала та в недоумении.

Между тем, в выси небесной собралось кольцо молний.

Осознание пришло в то же мгновение; за осознанием последовал разряд, ударивший прямо в… меня. И не успел я составить завещание, как обнаружил…

Активировано поглощение электричества!..

…0.2 фарады…

…0.3 фарады…

В этот момент я ощутил, точно бур стоматолога пытался мне прорвать щёки; они не просто горели… Собственно, мне оставалось только зажмуриться. Заряды били вокруг меня, жуткий шум и стрёкот…

…0.9 фарады…

…1 фарада… успешно. Поглощение успешно!

Остаточная часть преобразована в ОМ.

ОМ – 110/336

Внимание! Дальнейшее поглощение невозможно! Покиньте зону СРОЧНО!

– … я наелся и полон сил? – сказал я с лёгким недоумением, когда шум утих.

Свин, икнув, хрюкнул, выкатив на меня увеличенный от охренения единственный глаз.

Сверху раздалось ещё одно громовое предупреждение. Вспышка!

Я посмотрел на хряка с улыбкой маньяка на устах.

Осуществляется захват цели.

– Увидимся в аду.

Седьмая, с замиранием сердца наблюдала за тем, как кольцо молний сомкнулось, после чего внезапно упало на землю с треском. Сверкало так, словно бы где‑то там, на этой поляне засверкала Азура; чисто физически было больно даже дышать в ту сторону, даже с закрытыми, плотно зажмуренными глазами.

Лес затих.

Нечеловеческой силы несчастный одинокий хрюк, а затем визг прорезал окрестность.

Стеллинг (Тринаверсе), с невероятно лохматой причёской валялась посередине полянки. Периодически там сверкали маленькие дуги и вспышечки.

Неподалёку валялась чёрная обугленная туша.

– Обджектив комплит, мазафака… – прошептали её сухие губы.

В это же время пошёл дождь.

…я говорил, что не люблю ранние побудки?

Так вот, ещё меньше я люблю испытания шести путей. Потому что их сопровождают самые хреновые побудки!

В данном случае, меня пробудили при помощи щёк, которые трепали, тянули…

Осторожно! Вероятно высвобождение части заряда!

Впрочем, я был отмщён – Седьмая, вскрикнув отскочила в сторону. Теперь она сидела нахохленная не хуже меня и с шипение потирала подпаленные ладони. А на лбу красовалась фиолетовая шишка.

А вот нехрен руки тянуть, куда не просят!

– Ау, – мрачно проворчал я.

– Трина! Ты!..

– Что я? Что я?

Та раздраженно задергала ушами.

Я сонно осмотрелся: палатка, опять. Снаружи шумел дождь.

– Трина! Кхаротх‑оттар! Ты… что ты устроила там⁈

– Запуск генератора погоды стратегического назначения.

Сестра начала часто моргать, явно не «вкуривая» услышанное.

– В результате успешно проведённой операции, вражеская единица под названием «варшан» подвергнута окончательной и бесповоротной деинсталляции, – выпалил я на одном духу.

Седьмая, чуть приоткрыв рот, похлопала по ушам, работающим в режиме мотылька.

– Что?

– Варшана я убил, начальника . Чего теперь начальника  изволит?

– Это ты называешь «убил»⁈ – на округлившиеся зенки и вытянутую мордаху Семёрки смотреть было смешно.

Я хихикнул и кивнул.

– А что, какие‑то проблемы?..

– Да ты!..

Седьмая уже начала на меня замахиваться… но, видимо вспомнив недавний удар током, отдёрнула руку, слегка отодвинувшись к стене временного жилища.

– Знаешь, я не просила тебя бедное животное поджаривать до состояния уголька.

Я поморщился.

– А кто меня заранее навёл на зверя мне не по зубам, а?..

– Ты могла отказаться!

Я склонил голову набок.

– Разве?

Седьмая дёрнула ушами и поднялась на ноги.

– Собирайся. Сейчас поедем обратно.

Она, явно торопясь покинуть меня, уже направилась наружу.

– В дождь?

Та остановилась, что‑то прорычала.

– Нет, конечно. Сиди пока, – и затем, помолчав, добавила: – Я пока пойду, добуду клык.

Обратная дорога мне запомнилась лучше: снова скрип телеги, под непрерывное ворчание Семёрки, чистое закатное небо…

И я, который валялся, в полудрёме. Я бы в принципе вообще заснул – мешал аромат трофея. То есть туша зажаренного мною зверя, вернее, отдельные его части, которые срезала Семёрка.