По итогу Медведь мне скинул за десять маны пузырь Дихлофоса.

Дихлофос Отчаяния (пузырёк)

Описание: Средство, убивающее мелких ползучих паразитов наповал. К сожалению, не все паразиты от него дохнут. В первую очередь – люди.

Урон: 10 (Х10 против инсектоидов, ×1/4 против хуманов)

Ёмкость: 10 мл

Представлял он собой небольшую пузатую бутылочку, похожую на флакончик от духов, с вязкой чёрной жидкостью. Я, недолго думая, вылил его весь перед палаткой. Зря я это, конечно, сделал… Ребята, там такой трындец начался!

Резкий, неприятный, тошнотный запах, от которого даже меня, признаться по правде, чуть не вывернуло наизнанку! Резь в глазах, кашель… хорошо, я хоть его на некотором отдалении от входа разлил. Но что потом творилось там!

Дохлые муравьи, мотыльки, мошкара… я утром на месте разлива обнаружил мёртвую землю, всю просто усыпанную различными насекомышами и даже червями! Понимаете⁈

Семёрка, кстати, потребовала от меня передвинуть палатку метров на десять в сторону – даже её пробрало от запаха. Она сразу заподозрила, что я тут каким‑то боком вышел, но я не будь дурак от пузыря поспешил избавиться. Поэтому подозрения подозрениями, а наше временное жилище мне всё‑таки переставлять, мдя…

О, зато, я, пусть и косвенно, но отомстил проклятым мышам! Эти мышерокеры, когда снова попытались атаковать, натолкнулись на дихлофосную вонючку. Или ветер был в их сторону?.. Короче, испуганный мышиный писк немного согрел мою грешную душу.

Так, приседания… раз, два, три… м, всё‑таки не могу нарадоваться на своё тщедушное тельце. Не скрипит, гнётся чуть ли не на 360 градусов, молодое, красивое… кхем. А вообще – очки покровительства вещь любопытная. Были у меня мысли, каюсь, сменить шизу…

Ваш Покровитель многозначительно поигрывает паяльником. А также намекает бровями на дрель. (Покровитель делает недвусмысленное предупреждение)

Шиза, спокойно! Миша, мы, это, не те дроиды, которых вы ищите, во! Но к чему я вообще? А к тому, что помимо смены Покровителя можно ещё купить нового. А Кумыч… после того, что мы с ним пережили… нет, свадьба – это не моё. Но… прикипел я к нему, что ли… душой прям. В общем, жалко расставаться. Хотя все эти «отравления отчаянием» и медленно текущая крыша меня вот ни капли не радуют…

Так, шпагатик. Главное – не думать о том, что последует за этим. (Бр‑р!)

Луки. Я как‑то пришёл к однозначному суждению, что будь моя воля, я бы этот лук сначала Папане засунул в интимное место, потом несколько раз прокрутил, а потом, не меняя дислокации, зарядил бы несколько раз выстрелами. Второй кандидат – Семёрка, но она в моём личном зачёте как‑то то набирает, то теряет очки.

Аж пробрало, как представлю, что опять придётся мучиться… думаем о хорошем, да!

Например, о том, что сделать с ОП. Вариант первый – я могу повысить уровень покровительства у Кумы. Что это откроет – пёс его знает. Но, по логике, там должны подкинуть что‑то крутое. Стоимость – два очка. Вариант второй – купить нового Покровителя. Светит мне это новыми плюшками, скилами, а также возможностью пережить тот звездец, который со мной творится каждый день. Не, серьёзно, мыши, которые тебе оставляют 3 ХП (3, Карл, 3!!! Это ж насколько я разминулся с костлявой!!!) – это не просто жесть, это полный кирдык.

По цене – те же два очка.

И вот… мне кажется, я склоняюсь ко второму пути. Просто потому, что чем больше анимешных богов, тем отачней!

– Всё, Трина, хватит, – между делом весело заметила Седьмая. Хлопнула в ладоши. – Бери лук, готовь стрелы, сейчас будем тренироваться…

– А может, не надо?.. – с невероятной, почти что детской надеждой молвил я, дав придыхание.

Сестрица, оценив мой настрой, фыркнула.

– Надо, Трина, надо.

Э… ты откуда эту фразу знаешь, плагиаторша!

Как бы то ни было, мои страдания взяли новый виток.

Солнце палило… блин, оно реально тут постоянно, мать его, палит. Не пустыня, конечно (Египет, халлоу!), но где‑то как наш юг. Ветерок не ахти, тенёчек пусть есть, но не спасает и влага. Сауна, одним словом.

А чем я занимался, ну…

– Смотри внимательно, Трина.

Седьмая, присев на корточки, аккуратно показала мне местную травку. Что‑то зеленоватое, с набором мелких колючек на стволе и листьях (поэтому сестра коснулась растения при помощи палки), но что интересно – с яркими, тёмно‑синими толстыми ягодами, напомнившими мне по форме клубнику.

– Унусов корень, – она потянула его на себя, позволив мне посмотреть его под наклоном.

– Угу, – сдержав зевок, кивнул я.

– Растение ядовито, точно так же, как и его ягоды, – Седьмая аккуратно вытащила палку. – Колючее, люди считают его противным сорняком, – она посмотрела на меня, ища то ли узнавание, то ли интеллект на моём лице.

К несчастью, ни того, ни другого там не наблюдалось. Я откровенно скучал, но лекцию слушал – Система обещала опыт и познание, если я не засну. А я не засну!.. Хотя очень хочется. А ещё больше хочется забить…

Вообще вместо того, чтобы насиловать меня луком до вечера, моя экзекуторша внезапно оборвала занятие, после чего, не дав передышки, потащила за собой вглубь леса с настоянием не отставать.

– Мы из него делаем несколько напитков, алкогольных. Корень можно применить в медицине… или для того, чтобы создать волчью отраву…

Говорила сестра невероятно увлечённо. Я бы сказал, она оседлала свой конёк: всё, что как‑то касалось её любимой охоты/собирательства разом вызывало у гнё жгучий интерес. Глаза Семёрки так и горели…

Только мне было… ну, ребят, ботаника – не моё. Я это понял давно. Одуванчик с крапивой не спутаю? Вот и окей, а для всего остального есть гугл, господа.

– … хотя сам сок ягоды не менее ядовит, чем корень или жидкость растения… Смазанная соком стрела способна вызвать жар, если яд попадёт в рану…

Медведь великий, не дай мне уснуть.

– Вашество, что‑то мне… тревожно слегка, что ли… – Борлох, обливаясь потом, смахнул его перчаткой, после чего обтёр ту об своего осла.

Осёл недовольно фыркнул и махнул хвостом.

Густаве был спокоен в золотых лучах Азуры, одной рукой направляя лошадь, а другой держа раскрытый компас, чья стрелка всё ярче подсвечивалась и всё меньше дёргалась да крутилась.

Слева от протоптанной дороги степенно виляла большая и шумная река, игравшая отблесками светила.

– Мы почти нашли эту тварь, Борлох, – Густаве не удосужился обернуться, продолжая следить за компасом.

Толстяк тяжело и натужно выдохнул.

Ар растолковал это по‑своему:

– Я разделяю твои предчувствия, не думай… – Ар соизволил, наконец, закрыть компас и бросить мимолётный взгляд на подопечного, прежде чем выпрямиться и смотреть вперёд. – И я бы даже был бы не против свернуть эту охоту.

– Что же вам… мешает, Ар?..

Густаве выдержал некоторую паузу.

– Это вопрос репутации, Борлох. Это отродье оттоптало ногу сразу и мне, и церкви. Будь на его месте кто‑то менее удачливый…

Между тем, дорога, по которой они ехали, вошла под сень высоких деревьев; то есть чащи. Широкая тень с проблесками накрыла землю.

Аристократ продолжил:

– Он бы уже давно лишился головы.

Тон, которым он озвучил это, был настолько абсолютный и угрожающий, что невольно толстяк сглотнул. По спине пробежали мурашки; страшно, очень страшно.

– Но ладно бы просто мозоли… эта тварь опасна. Опасна, Борлох…

В возникшем молчании щекастый стражник уловил намёк на вопрос.

– А… чем именно, вашество?

Ар остановил лощадь и обернулся. Борлоху тоже пришлось притормозить ослика и задрать голову, внимательно и преданно глядя в глаза своего начальника.

– Эта тварь несёт в себе яд бездны для этого мира.