Пятая уселась обратно. Азарт поутих. Задумалась…
– Ну, притянуто, Тринаверсе, притянуто, – сморщила личико и дёрнула ушами. – Будешь думать ещё, или попробуем следующую?..
– А давай следующую.
– Хорошо! Только учти – эта будет очень сложная. Но именно она решит судьбу твоего испытания. У тебя, кстати, осталось чуть меньше получаса.
Я тут же скосил глаза на таймер.
Осталось: 00:29:21…
Хрена у неё внутренние часики. Ими, как говорится, можно бегунов измерять. Или варить яйца – никогда не попадал в эти треклятые «подождите две минуты».
Между тем на меня натравили хтоническое чудовище. Не верите? А почитайте‑ка.
Загадка четвёртая
Когда я видим – я невидим; когда я слышен – я неразличим. Когда молчу, мне боги внемлют; когда же говорю – никто, нигде. Так что же я, скажи, такое?
И пусть вас не обманывает кажущаяся простота и невинности загадочки – Система после прочтения, а также пяти минут моего мозгоёбства, сразу наградила дебафом:
Получено состояние: Вывих мозга (малый)
Эффект: Ум −2, мигрень
Время действия: пока не проспитесь
Дебаф, кстати, зверский. Мысли сразу точно вмазались в кисель, а в голове заработал сразу взвод долбодятлов. С шуруповёртами, лобзиками, дрелями и перфораторами. Короче, мой сосед снизу, версия пять лет назад, эмигрировал ко мне прямо в лобную долю. Сука.
У Пятой, кстати, от чар тоже мигрень взыграла, что меня тайно порадовало – не одному мне страдать же? Правильно, сел в лужу – посади товарища, вместе оттуда хоть квакать будете. Не заскучаете.
Когда терпеть стало невозможно, я понял, что настала пора лезть в статы и перераспределять Отчаяние. Да, а то завалиться на последнем вопросе мне чегой‑та неохота.
Количество принятых ответов: 1.756666/4
Видимо, призыв рыжего зверя всё‑таки не до конца выветрился из Системы. Ничем иным объяснить эти цифры я не могу.
Так, ладно, статы!
…
Ум – 4 (‑2)
…
Отчаяние – 4/20 – Процесс познания Дзена (Покровитель ловит с вашего Дзена глюки и просит раскуривать его почаще)
Общее состояние: хочет выпить йаду
Маловато будет. Хотя, чего хотел – что вложил, то мне и вернули. Ох ты ж ёшкин… Так. Вроде как я могу теперь вкладываться не в один параметр, а до трёх? Вот и ладушки. Попробуем располовинить. Что там у нас по требованиям к заданию?
…сложность задания зависит от величины Познания/Ума/Духа…
Так… Попробуем кое‑что новенькое. Я ещё не пробовал инвестировать в «Харизму» и «Познание». Поскольку первое мне сейчас без надобности… Игра с отчаянием – два на Ум, два на Познание.
М… м… знаете, давно обратил внимание, но в зависимости от того, куда отправляешь Отчаяние (и в каком количестве) – тебя будет очень по‑разному штырить. М, не то чтобы у меня было так много опыта, но, на основании того, что я уже знаю… в общем, возвращённые две единички Ума подействовали как хорошенькая таблетка анальгетика. Мигрень превратилась в слабую пульсацию.
А вот Познание… м. Это даже как‑то сложно описать так просто. Пожалуй, это было больше всего похоже… на откровение. Да, откровение. Я понял, что я что‑то знаю. Что‑то, что до этого никак и нигде не мог узнать. Но что я понял – я чего‑то не понял. Как это… «Не могли бы помедленнее, я записываю!»
В каком‑то трансовом состоянии я завалился на пол, покуда перед моим глазами… стояла… м. Не знаю. Загадка? Да, я же на ней, вроде как, сфокусировался?..
Пятую, которая склонилась надо мной, трясла, что‑то говорила, я вообще не воспринимал в тот момент. Меня торкнуло, будем честны. Вот к чему приводит неосторожное обращение с Отчаянием!
Вообще, звуки, свет… я всё в тот момент воспринимал словно бы через слой желе. Вроде и есть что‑то, но так расплывается…
Между тем, загадка в моей голове медленно, но верно начала складываться. Итак, в чём суть всех этих испытаний? Проверить меня как настоящего стеллинга. И вот эти шесть испытаний – типа шесть свойств стеллинга. Вода – адаптация. А змея… что может воплощать в себе змея? Ведь последняя загадка наверняка как‑то с этим связана. Змея… змея…
А чем вообще таким змеи отличаются особенным? Ну, как я помню, у них нет ушей. И весь звуковой ряд они воспринимают телом, как набор вибраций…
Догадка в тот момент меня поразила как гром. Змея ведь не слышит звук. Но чувствует, всем телом. А звук не виден. Но если он невидим, он всё равно есть. То есть «виден». Едем дальше. Ну, вторая часть ясна – много звука – никто ни хрена ничего не услышит. Мало звука, тишина, то есть – всем всё слышно. Неужели?..
Так, надо выйти из сумрака, как шутил один мой знакомый с похмелья.
Игра с отчаянием – отмена.
– … версе! Эй, что с тобой? Да ответь же! Прапредок великий! Что же…
– Лоша‑адка… – мелодично протянул я, вглядываясь в потолок.
Пятая замерла, прекратила меня бить по щекам, уставилась.
– А ответ на загадку – звук.
Охренение сестрицы начало своё восхождение.
– Потому что он – невидим, но слышен…
Охренение преодолело отметку в тысячу метров. Полёт нормальный.
– Много звуков – шум. Мало звуков – тишина…
Союз‑Охренение отделил ступень и начал выходить на орбиту.
– А звук – потому что змея, символ испытания, фактически слышит всем телом. И смысл испытания – слушать. Слушать. Слушать…
…много позже, вспоминая события того дня, я так и не смог прийти к мысли, каким образом я тогда смог словить такое откровение. Знания, знания – которых я принципе не мог получить (даже с учётом Игры)… да ещё и этот транс…
…только одна вещь после этого крепко отпечаталась в моём мозгу:
Внимание! Вы злоупотребили своим мозгом!
Получено состояние «Вывих мозга» (средний).
Эффект: Ум −4, мигренечка.
…сука.
в зале свет; шаги…
Глава четвертая
Наказывают непричастных и награждают несогласных
– Гхасе, я провалилась, – кинула Седьмая, ввалившись в библиотеку.
Пошатываясь, она держалась за косяк грязными руками. Под глазами её залегли глубокие тёмные тени. Взглядом Седьмая нехотя провела по обители знания, пытаясь отыскать сестру. Наконец, сделав несколько шагов внутрь, она всмотрелась в центр.
– Пятая? – из последних сил напрягла голос.
– Фенсе? – еле слышный ответ прозвучал откуда‑то из глубин читальни.
…и только когда Седьмая напрягла зрение, она смогла разглядеть силуэт сестры, замершей подле круга знания. А на полу…
– Облака… Белокрылые свинятки… Колбаса, это бывшие лошадки… Убейте меня, а?..
Шаг (хотя какой тут «шаг» – бег. В общем, рванула она галопом. И откуда только силы взялись) ускорился многократно. И вот взъерошенная, вся в земле, осатанелая, злющая Седьмая очутилась возле сестёр.
– Гхасе и этой… этой маленькой… этой!.. Тысячи стрел Иналги, ты что тут делаешь, ррейх тебя разорви, Тринаверсе⁈ Ах ты мерзкая отрыжка раввы! – рука уверенным движением приподняла полуобморочную сестрицу за ухо.
«Отрыжка раввы» сопротивляться не пыталась, более того, лицо у неё было какое‑то… странное, словно бы пьяное, или даже более того – под действием дурман‑травы: закатившиеся зрачки, высунутый язык… икает и мерзко хихикает.
– Не стоит, Седьмая, – обречённо вздохнула Пятёрка.
Рука Седьмой сама собой опустила это неадекватное недоразумение на землю, после чего та в недоумении взглянула на Пятую. Сестра выглядела не менее устало, только что была чистая и сухая, ну, и какая‑то офигевшая. С лица её ещё не успело до конца сойти невероятной силы потрясение после услышанного ответа Тринаверсе.
– Она провалилась? – с надеждой в голосе и с подсознательной опаской поинтересовалась Седьмая.
Предположение казалось самым логичным.
Пятая стянула с носа очки, протёрла стёкла краем своей кофты и устало, не поднимая глаз, ответила, словно бы сама не веря своим словам:
