Другой с завистью добавил – Я краем уха слышал, что Суворова за успехи в учебе представили к следующему званию подпрапорщика! Глядишь через год уже сержантом будет. Да и выпустится не прапорщиком или подпоручиком, как большинство, а поручиком однозначно!
– Слышь, Суворов, а ты в каких войсках служить хотел бы? Вон как ты себя изводишь тренировками и закалкой организма.
Александр, который, обладая некрепким здоровьем, по совету инструктора Хмеля после парной обязательно обливался холодной водой, а затем перешел к ежедневной закалке своего организма, за полгода почувствовал себя намного лучше, жил не в полковой слободе и даже не в офицерском доме, с родным дядей, хотя тот и настоятельно приглашал его, а здесь же, в Шляхетском корпусе, оглядел остановившихся расходившихся было парней и пожал плечами – Я готов служить там, где я буду максимально полезен!
– А еще говорят, что императрица отменила право гвардейцев и простых армейских офицеров держать при себе своих крепостных.
Александр хмыкнул и закусил губу: Семеновский полк наполовину состоял из дворян. Каждый из них имел такое право. Некоторые солдаты содержали целую дворню. Во время походов (например, в Москву) солдаты брали с собой до 15–17 человек дворовых. У Суворова‑солдата также была своя дворня, которая прислуживала ему. Один дворовый бежал от Суворова, когда тот только прибыл на службу в полк. Придется отправлять дворовых обратно в Москву к отцу!
Унтер‑офицерам (к которым относились и капрал Суворов) часто давались командировочные поручения: они ездили за границу, а также колесили по всей России. Унтер‑офицеров из дворян приглашали на придворные балы. Поведение солдат и унтер‑офицеров из господ отличалось буйством, дисциплина была не на высоте. Однако наряду с кутежами и весельем в гвардии уживалась и серьезная работа. Семеновский полк был своего рода военным училищем и одновременно образцовой воинской частью. Те, кто выпускался из полковой школы награждался следующим чином.
– А еще в армии вводятся обязательные физические упражнения для всех, в том числе для офицеров. Вводится норматив по количеству подтягиваний, отжиманий, приседаний и бег на время на расстояние от трех до пяти новой версты, которая равняется пятистам саженям (Примечание автора – примерно равно 1,0668 километра).
Я, расставив на все ключевые посты своих принявших православие, немцев, наконец‑то смогла приступить к реформам. Я знала, что в РИ до 1762 года, когда Екатерина II издала Указ «О вольности дворянства», дворяне были обязаны служить пожизненно, т.е. действовал принцип – мы вам поместья и крепостных, а вы нам исправную службу, так сказать «конно и оружно». Поэтому дворянин от рождения и до смерти оставался военнообязанным. При своём вступлении на престол Екатерина II практически сразу подтвердила подписанный Петром Третьим «Манифест о даровании вольности и свободы всему российскому дворянству», поскольку, будучи искренней противницей этого документа, она так и не рискнула пойти на открытый конфликт со всем благородным сословием.
Вместе с тем, вопреки своим личным убеждениям, она столь же решительно отвергла сенатский Указ «О секуляризации монастырских и церковных земель» и «Проект учреждения Императорского Совета», разработанного канцлером графом Паниным, который был пор сути «аристократической конституцией».
Я же устранила Петра до того как он решил даровать дворянам полную свободу, превратив их в обычных прожигателей жизни, ничем не обязанных своему государству, а значит и такой глупости в этом мире не будет. Стоит ли наделять Сенат законотворчеством, вот над чем я сейчас размышляла.
Я отменила содержание при солдатах и офицерах дворни, запретила зачисление в солдаты младенцами, лишив также проживания в комфортном жилье за пределами полка. Вместо самоличных полковых работ, которых было множество, солдаты посылали на работы своих дворовых людей, теперь без своих дворовых этими работами занимались они сами. Строевые занятия во время частых непогод в Петербурге не производились. Я же составила планы учебных маневров. Армия должна уметь воевать в любую погоду. За отсутствие в полку офицеров без веской причины они наказывались понижением в чине и должности вплоть до разжалования в рядовые. При Елизавете Петровне длительное пребывание солдат‑дворян в нижних чинах (11 лет) было общей нормой. Некоторые дворяне служили в солдатах иногда по семнадцати лет. Я честно говоря не понимала этого и ввела закон, согласно которому срок между унтер‑офицерскими званиями был минимум два года и следующий чин присваивался командиром полка за отличия в службе и при наличии умения руководить малыми подразделениями. А минимальные срока службы для получения следующего чина были взяты армии времен Николая Второго:
Для получения чина генерал‑майора и генерал‑лейтенанта срок выслуги в предыдущем чине составит теперь 8 лет. Для производства в чин полного генерала – 12 лет. В особых случаях, за особо выдающиеся заслуги, по Высочайшему соизволению эти сроки могут быть сокращены на 2 года или даже допущено производство в следующий чин без назначения на должность, соответствующую этому чину. Для строевых офицеров армейской пехоты и кавалерии время службы до получения чина полковника в среднем составит 24–29 лет. При этом гвардейские офицеры получат чин полковника в среднем через 21 год, а представители титулованной аристократии и некоторые выпускники академий – через 19 лет.
Подпоручики командовали отделениями, поручик командовал взводом, капитан командовал ротой, майор – батальоном, полковник – полком.
Мною были введены отделения в количестве десяти солдат, взвод из четырех взводов (сорок солдат), рота из четырех взводов (сто шестьдесят солдат), батальон из четырех рот (шестьсот сорок солдат), полк из четырех батальонов (две тысячи пятьсот шестьдесят солдат), дивизия из трех стрелковых полков и артиллерийского полка (восемь тысяч солдат), были введены погоны по образцу будущего времени.
Для получения следующего офицерского чина в армии стали следующими: Подпоручик – поручик – 4 года службы. Поручик – капитан – 4 года службы. Капитан – майор – 4 года службы. Майор – подполковник – 4 года службы. При этом в гвардии срок определен в 6 лет.
Причем наличие определённого срока службы не гарантировало получение очередного чина. Важную роль играли также наличие вакансии, старшинство офицеров и их профессиональные качества. Для успешного продвижения по службе строевому офицеру было необходимо как можно быстрее пройти ступень командира роты и получить должность командира батальона. Мною были установлены предельные сроки службы, которые зависели от чина и занимаемой должности. Например, для обер‑офицеров предельный срок составлял в пехоте 53 года, в кавалерии – 56 лет, для строевых штаб‑офицеров – 58 лет (на нестроевых должностях – 60 лет). На высших должностях предельные сроки были ещё больше. В отдельных случаях при отличной аттестации и отменном здоровье сроки службы могли продлеваться по высочайшему усмотрению, но, как правило, не более чем на 2 года.
Свод законов, составленный еще в годы правления Алексея Михайловича Романова, давно устарел. Нужно было объединить российское законодательство в новую грамотно составленную систему.
Я решила создать Государственный совет для разработки законов и контроля за их выполнением.
Я подписала Указ о бережном отношении к лесам – богатству России, в котором за браконьерскую вырубку наказанием была каторга; Указ о внешней торговле, о свободе торговли для представителей всех сословий. Подписала указ о учреждении Государственного банка. Следующий Указ запрещал преследования раскольников, которым разрешалось строить свои храмы.
Манифест о секуляризации церковных имений завершил многовековой спор между Церковью и государством и определил имущественно‑правовое положение Русской православной церкви. Все имения Святейшего синода, монастырей, приходов и епархиальных кафедр передавались новому министерству Сельского хозяйства, которое по моей задумке должно было получать доход с казенных земель, куда я отнесла и царские земли. Церковные учреждения отстранялись от управления имениями, монастырями, приходами и епархиальными кафедрами. Крестьяне, проживающие в этих имениях, перепоручались в ведение Министерства сельского хозяйства и именовались «государственными крестьянами». Они платили ежегодный оброк (1 рубль с каждого совершеннолетнего крестьянина независимо от пола) в пользу государства, но не несли барщину. Епархии и монастыри частично переводились на казённое содержание, причем монахи должны были создать в монастырях различные мануфактуры и работать на них. Большая часть монастырей упразднялась, в их стенах должны были создаваться различные производства или в них будут размещаться войсковые склады и части. Большую часть финансирования монахи смогут получить только за свой труд и конечно же от пожертвователей. Епархии разделились на три категории в зависимости от богатства и значимости, в соответствии с чем и будут получать частичное финансовое содержание.
