Пауль поднес к губам выполненный из меди рупор. Его голос прокатился по площади – Указ вдовствующей императрицы! Мы, вдовствующая императрица Екатерина Алексеевна Романова. Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Нашим добровольным согласием, по зрелом рассуждении и с спокойным духом постановили сей акт наш, которым по любви к Отечеству избираем наследником, по праву естественному, после смерти моей, сына моего первенца, а по нём всё его мужеское поколение. По пресечении сего мужеского поколения наследство переходит в род второго моего сына в случае его рождения, где и следовать тому, что сказано о поколении старшего моего сына, и так далее, если бы более у меня сыновей было; что и есть первородство. По пресечении последнего мужеского поколения сыновей моих наследство остаётся в сем роде, но в женском поколении последне‑царствовавшаго, как в ближайшем престолу, дабы избегнуть затруднений при переходе от рода в род, в котором следовать тому же порядку, предпочитая мужеское лицо женскому; однако здесь приметить надлежит единожды навсегда, что не теряет никогда права то женское лицо, от котораго право безпосредственно пришло. По пресечении сего рода наследство переходит в род старшаго моего сына в женское поколение, в котором наследует ближняя родственница последне‑царствовавшаго рода вышеупомянутаго сына моего, а в недостатке оной то лицо мужеское или женское, которое заступает ея место, наблюдая, что мужеское лицо предпочитается женскому, как уже выше сказано; что и есть заступление. Вдовствующая императрица до совершеннолетия своего сына‑наследника выполняет роль его опекуна. Данный указ отменяет порядок передачи престола по произвольному желанию самодержца, введённый Петром Первым. Нарушение чиновниками, офицерами, матросами и солдатами Российской империи данной ими присяги верности своему императору или императрице карается смертной казнью через повешенье с лишением дворянства (при наличии оного), в том числе лишением дворянства его семьи, включая родителей, братьев, супругу и детей, а также полной конфискацией имущества у всех членов его семьи.
Сложив указ в тубус и передав его своему адъютанту, мой верный уже Федор принял новый документ – А теперь все полки принесут клятву верности императрице Екатерине Алексеевне.
Аз, нижеименованный, обещаюсь и клянусь всемогущим Богом пред Святым евангелием в том, что хочу и должен её императорскому величеству, моей всемилостивейшей государыне императрице Екатерине Алексеевне, самодержице всероссийской верно и нелицемерно служить и во всём повиноваться, не щадя живота своего до последней капли крови, в чём Господь Бог мне душевно и телесно да поможет. В заключении сей моей клятвы целую Слова и крест Спасителя моего. Аминь.
Клятву произносили по очереди каждый, выходя из строя и опосля целовавший крест и Евангелие.
Наконец не осталось ни кого, кто бы не поклялся перед Богом в верности мне, вдовствующей императрице.
Затем Федор отдал приказ – За нарушение клятвы верности малолетнему императору Иоанну Антоновичу и за насильственное возведение на российский престол Елизаветы Петровны все участники переворота, которые служили в лейб‑гвардии, переводятся из гвардии в армейскую роту, с сего дня имеющей название штрафную. Лейб‑компания ликвидируется, присвоенные чины и звания Елизаветой Петровной всем участникам незаконного переворота отменяются. Местом службы сей Штрафной роты назначается Анадырский острог. За отказ от службы в Штрафной роте наказанием будет бессрочная каторга. А теперь бывшей лейб‑гвардейской компании немедленно сдать оружие, снять гвардейские мундиры и переодеться в армейскую форму.
Сзади к строю бывших гвардейцев подъехали телеги с формой. Под взглядами всех гвардейцев те, кто возвел Елизавету, сдавали оружие и переодевались, со стыдом стараясь не поднимать глаза от земли.
Бестужев, который также принес присягу, довольно потер ладони – после ареста Воронцовых и Шуваловых у него на дороге никто не стоял.
Восемнадцатилетний Александр Суворов был зачислен в Семёновский полк в двенадцать лет. Его отец, Василий Иванович Суворов, был крестником Петра I и автором первого русского военного словаря. В апреле этого года ни разу не появившись в полку после 1742 года, был произведён сверх комплекта в капралы, без жалования. К его удивлению личным указанием новой императрицы был вызван в столицу на действительную военную службу, где в полковой школе Суворов прошёл проверку знаний по рекомендованным при зачислении в полк дисциплинам (арифметике, геометрии, тригонометрии, фортификации, артиллерии, инженерству, иностранным языкам и военной «экзерции») и был определён состоять при 3‑й роте, затем он участвовал в принесении присяги. Числясь в Семеновском полку, после присяги посещал занятия в Сухопутном шляхетском кадетском корпусе, изучая здесь сразу несколько иностранных языков, фехтование, стрельбу из лука и самострела, ножевой бой и рукопашный бой, которые вел как говорят бывший немец, крестившийся в православие. Он же вел предмет «Тактика диверсий и партизанской войны малыми мобильными подразделениями». Помимо этого он обучал и швырянию в цель все, чем можно убить человека – от ножа до лопаты и кочерги.
Еще с начала 18 века в России осознавали необходимость создания высшего сословного общеобразовательного и воспитательного учреждения, предназначенного для подготовки дворян к будущей службе государству. Проекты такого учреждения писались еще со времен Петра I и Екатерины I, однако эта идея была реализована только в начале царствования императрицы Анны Иоанновны. По ее личному указу от 29 июня 1731 года был основан Сухопутный шляхетский кадетский корпус. Проект создания аналога европейских Рыцарских Академий – военного учебного заведения для молодых дворян, был подготовлен генерал‑прокурором Сената графом Ягужинским и президентом Военной коллегии графом Минихом. Корпус решено было открыть в столице – в Санкт‑Петербурге, как средоточии культурного и научного потенциала государства. Под его нужды отводился большой дом, точнее дворец, располагавшийся на набережной Васильевского Острова и принадлежавший ранее фавориту Петра I князю Александру Даниловичу Меншикову, к тому же он находился недалеко от резиденции императрицы и здания сената. Кадеты размещались в комнатах по 6–7 человек, из которых один назначался старшим, «уставщиком в камрадстве» . В том же здании проживали учителя, часть офицеров, надзиратели, воспитательницы и священник. Также во дворце, в последствии прозванном кадетским домом, помимо жилых помещений располагались: физические и химические кабинеты, православная церковь, «оптическая камора» с телескопом и компасами, музей с коллекцией сибирских минералов, богатая библиотека отечественной и зарубежной литературы, во дворе был разбит ботанический сад, представлявший флору не только России, но и некоторых других стран, имелись также учебный арсенал, механическая и архитектурная «каморы»' и даже небольшая картинная галерея. Основное отличие российского кадетского корпуса от его европейских аналогов заключалось в его много профильности т.е. преподавание велось не только военных, но и общеобразовательных дисциплин. И поэтому будущие выпускники, по завершении обучения, могли поступить как на армейскую, так и на гражданскую службу, исходя из собственных талантов и предпочтений. На обучение принимались исключительно дети дворянского происхождения, уже умевшие читать и писать. Несмотря на это желающих отдать своих детей на обучение в корпус было очень много. Дворяне в те времена не признавали ни Греко‑Латинской академии, ни Академии наук, ни других гражданских учебных заведений, считая их недостойными для своих отпрысков, и единственным путем, в таком случае, сулившим в будущем большие перспективы, оставались кадетские корпуса.
Изначально кадеты делились по военному типу на две роты, по 100 человек в каждой. Помимо этого, все обучающиеся также были разделены на 4 возрастных класса, самым младшим, из которых был четвертый, а старшим первым. Прохождение каждого из классов занимало у кадетов 5–6 лет. В соответствии с классом, в котором обучался кадет, ему при выпуске присваивалось или соответствующее воинское звание, или гражданский классный чин.
