В России, как известно, начало года первым января будет введено Петром I, но это произойдет весьма не скоро — только в 1699 году.

Интересно, а что напишут «романтические» историки будущего о нашем времени, о конце второго тысячелетия?

Еще раз повторю: не будем ждать конца света и не будем верить пророкам, которые его предсказывают. Тем же людям, для кого мои аргументы не убедительны, напомню слова Иисуса, обращенные к Апостолам: «…не ваше дело знать времена или сроки, которые Отец положил в Своей власти…» (Деян. 1,7)

Тем не менее с календарной точки зрения мы живем в переломный момент эпохи. Самое время вспомнить, что именно в последнее десятилетие прошлого столетия родился особый культурно-политический феномен — fin de siècle, «конец века». И тому были веские причины.

Если вы не думаете о будущем, возможно, оно для вас и не наступит. Джон Голсуорси

К концу XIX века накопились мощные геополитические изменения. Практически вся Африка была поделена между европейскими державами— лишь Эфиопия и Либерия оказали успешное сопротивление «цивилизаторской миссии» белого человека.

Развитые страны увлеченно размещали капиталы за пределами своих территорий. Именно тогда была заложена основа транснациональных экономических связей — или, не побоюсь этого «новомодного» слова, — глобализации (хотя, если разобраться, истоки глобализации можно найти и в XVIII, и даже в XVII веках). Стали возникать международные картели, бравшие под свой контроль мировую торговлю сырьем. Родились первые гигантские частные монополии — «Стандард Ойл» и «Ю-Эс Стил».

Мир вступил на путь урбанизации. Городское население Великобритании к 1890 году составило уже 72 процента общей численности страны. Человечество стало знакомиться с канализационными системами, электрифицированными подземными железными дорогами, которые впоследствии назовут «метро», в крупных городах возникли огромные магазины. Нам теперь трудно представить жизнь без универмагов и супермаркетов, а ведь не так давно они были сенсационным новшеством.

Азия не отставала от Европы. Япония невероятно быстро прошла фазу модернизации и превратилась в мировую державу. Нарастали мощные национальные движения в Китае и Индии. Это все — конец девятнадцатого века. Но и взлет расизма — тоже конец девятнадцатого столетия: распространение националистических теорий Жозефа Артюра де Гобино, социал-дарвинизма, идей Генриха фон Трейчке, призывавшего к объединению Германии под гегемонией Пруссии, антисемитизма…

В военной области создавались дальнобойная артиллерия и мощные взрывчатые вещества.

Было, было от чего впасть в депрессию в конце прошлого столетия. И художники — люди с особо тонкой организацией души — остро чувствовали приближение грозного двадцатого века.

В литературу пришло новое направление — натурализм, — снявшее табу с таких тем, как секс, преступность, нищета и коррупция, что видно по романам Гюстава Флобера и Эмиля Золя, Жоржа Гюисманса и Томаса Харди. В России умами властвовал Достоевский. Тяжелое мироощущение сквозило в пьесах Ибсена и сатирах Уайльда. Поэты-символисты — Поль Верлен, Артюр Рембо — возвещали упадок и демонстрировали презрение к истеблишменту. В психологии начиналась эпоха психоанализа. В философии конец века воплотился в Фридрихе Ницше, мыслителе, который скончался в последнем году девятнадцатого столетия.

Fin de siecle пришел и в научную фантастику. Вообще говоря, девятнадцатое столетие можно назвать веком утопий, но именно в конце его, отражая те самые драматические умонастроения, появляются и первые антиутопии — прежде всего романы Герберта Уэллса «Машина времени» и «Когда спящий проснется», а чуть раньше — роман «Колонна Цезаря» некоего Эдмунда Буажильбера. В русском переводе он был назван «Конец цивилизации». Под псевдонимом Буажильбер скрывался известный американский писатель Игнатиус Доннелли. Время действия романа — 1988 год, то есть буквально наше время. Автор действительно описывает конец цивилизации — восстания рабочих в Европе и Америке, гибель Нью-Йорка и наконец крушение мирового сообщества, от которого остается лишь пятитысячная община в горах Уганды.

Что это — перенос ощущения конца девятнадцатого века на конец двадцатого? Первое предчувствие конца тысячелетия?

Как бы мы ни ответили на этот вопрос, посмотрим теперь на конец того же самого века совсем с другой стороны.

Что происходило в науке и технике в последнее десятилетие девятнадцатого столетия? О, картина совсем-совсем другая.

Вот, например, воздухоплавание.

Бразильский пионер авиации Альберто Сантос-Дюмон заканчивает постройку дирижабля с двигателем в полторы лошадиные силы и поднимается на нем в первом полете на 400 метров над землей.

Граф Фердинанд фон Цеппелин строит свой первый воздушный корабль с жестким корпусом, запуск этого 128-метрового гиганта, оснащенного бензиновым двигателем, состоялся в 1900 году.

И совсем немного времени остается до первого полета братьев Райт.

Наземный транспорт.

В американском городе Ричмонде уже ходят троллейбусы.

Сконструированы трехколесный электровелосипед и электромобиль: заряда 24 батарей под сиденьями хватает на 13 часов работы при полной загрузке — 12 пассажиров.

Изобретен бензиновый двигатель и запатентован дизель.

В 1896 году Генри Форд строит свою первую машину.

Карл Бенц, изобретатель первого автомобиля с двигателем внутреннего сгорания, переходит с трехколесных машин на четырехколесные, и автомобили очень быстро начинают оснащаться пневматическими шинами.

Французы Панхард и Левассор приступают к выпуску автомобилей «скорой помощи».

Появляется первый рейсовый автобус на 6–8 пассажиров и начинает курсировать по 15-километровой линии в Северном Рейне.

Немец Фридрих Грайнер вводит в обиход таксомоторный счетчик.

Во Франции приступают к массовому производству мотоциклов.

В России прокладывается Транссибирская магистраль; по завершении строительства в 1918 году это будет самая протяженная железная дорога в мире.

И уже изобретен двигатель, работающий на солнечной энергии.

И кое-где уже работают эскалаторы.

В архитектуре — свои достижения.

В Париже, например, воздвигнута Эйфелева башня.

Испытывает небывалый подъем кораблестроение.

В России выходит первое сочинение Алексея Николаевича Крылова о расчете формы кораблей — рождается теория кораблестроения.

Американский изобретатель Джон Филип Холланд строит первую дееспособную подводную лодку, которая поступает на вооружение ВМФ США в 1898 году.

Первая яхта с водометным движителем тоже сконструирована в конце XIX века.

В медицине — целый фейерверк достижений.

Илья Мечников открывает фагоциты, а Дмитрий Ивановский — вирусы.

Найдено лекарство от дифтерии.

В лаборатории получена ацетилсалициловая кислота, начинается ее использование в лечебных целях.

Немецкий биохимик Альбрехт Коссель открывает аминокислоту — гистидин.

Английский паразитолог Рональд Росс решает проблему малярии.

Американец Даниел Палмер, в прошлом зеленщик, а ныне гипнотизер и остеопатолог, первым в западном мире начинает практику мануальной терапии и открывает первый колледж хиропрактики.

Австрийский медик Карл Ландштейнер закладывает основы иммунологии, он предлагает разделить красные кровяные шарики натри группы — это важнейшее открытие останется непризнанным почти тридцать лет.

Уже изобретен инкубатор для донашивания семимесячных младенцев.

Роберт Кох добивается поразительных успехов в лечении туберкулеза — за эти работы он получит в 1905 году Нобелевскую премию.

Вот-вот будет открыт холестерин и синтезирован веронал— искусственное снотворное средство.

Французский хирург и патофизиолог Алексис Каррель работает над сшиванием кровеносных сосудов и начинает проводить опыты по трансплантации.