Я вспомнил лицо ее жениха и его манеру разговаривать. Тот раздраженный взгляд, которым он смотрел на нее снисходительно. Словно рядом находилась не любимая женщина, а человек, который постоянно создает проблемы.

Неприятное чувство снова кольнуло где-то внутри. На мгновение в голове мелькнула совершенно неожиданная мысль: интересно, он только кричит на нее или поднимал ли он когда-нибудь на нее руку?

Я несколько секунд неподвижно смотрел в темное отражение окна, затем едва заметно покачал головой.

— Не твое дело, Завьялов, — тихо сказал я самому себе.

И это действительно было так. Татьяна — мой секретарь. Не больше. Личная жизнь девушки касается только ее самой. Она взрослая женщина и вправе самостоятельно выбирать, с кем строить отношения, кого любить и кого прощать. А мои полномочия заканчиваются ровно там, где заканчиваются рабочие обязанности.

Я вернулся к письменному столу, взял в руки следующую папку и заставил себя сосредоточиться на документах. Как бы там ни было, сейчас существовали вещи куда важнее чужих отношений. Именно работа всегда помогала мне расставить мысли по своим местам. Сегодня она была нужна мне как никогда.

Телефон снова коротко завибрировал, заставив меня раздраженно поморщиться. Я даже не повернул головы. Первая мысль была совершенно очевидной:

Кристина.

Похоже, отсутствие ответа она восприняла не как отказ, а как приглашение продолжить попытки достучаться до меня.

Я устало потер переносицу. Вот именно поэтому никогда не любил оставлять подобные истории незавершенными. Некоторые люди упорно принимают молчание за надежду, хотя на самом деле оно означает лишь одно — разговаривать с ними больше не хотят.

Несколько секунд я сидел неподвижно, затем все-таки протянул руку к телефону. Пожалуй, проще сразу заблокировать номер. Раз и навсегда. Без объяснений и очередных бессмысленных сообщений.

Я разблокировал экран. Но, взглянув на дисплей, понял, что ошибся. Сообщение пришло совсем от другого человека.

Алина.

Мой секретарь из красноярского филиала.

На губах невольно появилась едва заметная усмешка. Сообщение оказалось коротким:

«Как ты там? Уже освоился? Когда мне приезжать?»

Я машинально посмотрел на часы.

Почти восемь вечера по Ростову. Значит, в Красноярске уже глубокая ночь... Нет. Я быстро прикинул разницу во времени. Еще вполне можно позвонить. Не люблю обсуждать подобные вещи перепиской. Слишком легко неправильно понять интонацию.

Я нажал кнопку вызова. Длинный гудок. Второй, третий.

— Артур! — почти сразу раздался в трубке удивленно-радостный голос. — Я даже не ожидала, что ты позвонишь!

— Добрый вечер, Алина.

— Добрый! Ну, как ты там? Освоился уже?

— Работаю.

— Я так и подумала, — она тихо засмеялась. — Тебя, наверное, и домой невозможно загнать.

Я невольно усмехнулся.

— Почти невозможно.

Повисла небольшая пауза. Она явно ждала, что разговор продолжится в другом направлении. И ждала не просто так. Я прекрасно понимал, зачем она написала, поэтому решил не ходить вокруг да около:

— Алина, давай сразу поговорим о том, что тебя действительно интересует.

На другом конце провода сразу стало тихо.

— Хорошо... — настороженно произнесла она.

— Ты спрашивала, когда тебе приезжать в Ростов.

— Да...

Я спокойно откинулся на спинку кресла.

— Смотри, я не люблю создавать людям ложные ожидания. Поэтому скажу прямо: я никогда не обещал, что переведу тебя сюда.

Она молчала, а я продолжил:

— Я говорил, что рассмотрю такую возможность, если здесь возникнет необходимость. Именно возможность, не более.

Послышался тяжелый вздох.

— Но...

— Здесь уже работает секретарь. Очень грамотный специалист. Она прекрасно знает компанию, людей и все внутренние процессы. За эти несколько дней я убедился, что она полностью соответствует своей должности.

Я сделал небольшую паузу.

— И я не собираюсь увольнять хорошего сотрудника только для того, чтобы освободить место тебе.

Несколько секунд в трубке слышалось только ее дыхание, потом она тихо спросила:

— Значит, мне не приезжать?

— Нет, — ответ прозвучал спокойно и твердо. — Оставайся в Красноярске. Там сейчас тоже хватает работы.

Ее голос дрогнул.

— Но... Ты же говорил...

Я перебил мягко, но без тени сомнений:

— Нет, Алина. Я такого не говорил. Возможно, ты сама хотела услышать немного больше, чем я сказал.

Она тяжело выдохнула.

— Я думала...

— Вот именно. Ты думала.

Еще одна долгая пауза.

Потом она неожиданно спросила совсем тихо:

— Это из-за нее?

Я непонимающе нахмурился.

— Из-за кого?

— Из-за твоей новой секретарши...

Я устало прикрыл глаза.

— Нет.

И это была правда. Татьяна вообще не имела к этому никакого отношения.

— Тогда почему?

Я немного помолчал. Пожалуй, давно стоило расставить все точки над "и".

— Алина, между нами никогда не было ничего, кроме взаимной симпатии и отношений, которые устраивали нас обоих.

Она ничего не ответила.

— Мы взрослые люди. Ты прекрасно знала, что я не обещал тебе ни совместного будущего, ни семьи или каких-либо обязательств. Мы проводили вместе время и иногда трахались. Я помогал тебе финансово, потому что считал это нормальным, но никогда не говорил, что однажды мы поженимся или будем строить отношения.

На другом конце провода стало совсем тихо. Настолько, что я даже посмотрел на экран, проверяя, не оборвался ли звонок. Затем послышался едва слышный всхлип.

— А я думала...

Я тяжело вздохнул. Ненавидел женские слезы.

— Зря.

Лучше сказать неприятную правду сейчас, чем годами поддерживать чужие иллюзии.

— Ты молодая, красивая девушка. У тебя все будет хорошо.

Она невесело усмехнулась.

— Правда?

— Правда.

Я на секунду задумался.

— Кстати, обрати внимание на Игоря.

— Что?

— На Игоря.

— На Игоря Павловича?

— Да, — спокойно ответил я, имея в виду моего бывшего заместителя, которого оставил после себя, чтобы руководить нашим филиалом в Красноярске. — Он давно на тебя смотрит. И, в отличие от меня, действительно относится к тебе серьезно.

Несколько секунд она молчала, а потом ее голос резко изменился:

— Знаешь что, Артур Александрович?

— Что?

— Какой же ты все-таки мудак!

Я невольно улыбнулся. Давно меня так никто не называл.

— Ненавижу тебя!

В трубке раздраженно фыркнули.

— Всего хорошего, Завьялов!

И связь оборвалась.

Я еще несколько секунд смотрел на погасший экран телефона, после чего спокойно положил его обратно на стол.

Странная все-таки вещь человеческие ожидания. Иногда достаточно просто относиться к человеку хорошо, чтобы он начал достраивать в своей голове будущее, о котором никто никогда не говорил вслух. Я никогда не пользовался чувствами Алины, не обманывал ее и не обещал девушке того, чего не собирался выполнять. Но, видимо, этого оказалось недостаточно.

Женщины... Порой они были настолько разными, что переставали подчиняться какой-либо логике. Одни готовы были годами жить красивыми иллюзиями, самостоятельно придумывая обещания, которых никто им не давал. Другие, наоборот, словно боялись поверить даже искренним словам.

И почему-то именно в этот момент перед глазами неожиданно возникло лицо Татьяны: ее осторожная улыбка, смущенный взгляд и привычка извиняться так часто, будто она виновата уже в самом факте своего существования. Она была полной противоположностью Алины. И эта мысль почему-то задержалась в голове дольше, чем следовало.

Глава 9

Татьяна

Понедельник всегда казался мне самым шумным днем недели. Стоило только переступить порог приемной, как телефон начал разрываться от звонков, на корпоративную почту посыпались письма, а сотрудники один за другим заглядывали ко мне с вопросами, документами и просьбами "буквально на две минутки".