— Марго, ты только что встала? — оглядел заспанную красотку Андрей Алексеевич.

— И тебе привет. Я всю ночь собиралась и прибиралась. Я сейчас, только умоюсь, — извинилась Маргарита.

— Я пока кофе сварю, — сказал мужчина, проходя на кухню. Заглянул в комнату, оценил масштаб бедствия. — А картины ты зачем сюда привезла? — удивился он.

— Чтобы уютно было, и квартира смотрелась как жилая, а не как съёмная, — объяснила женщина. — О, люблю утром кофейный аромат, а ты?

— И я, — ответил Андрей Алексеевич.

— Как вчера допрос прошёл, он признал вину? — спросила она, садясь за кухонный стол и наливая из турки себе и гостю кофе.

— Да, сознался по всем пяти эпизодам.

— Сколько ему грозит?

— Судя по тому, что дело ведёт Варвара Михайловна, она, скорее всего, по максимуму накрутит. Думаю, он получит по пункту четвёртому статьи 159 УК РФ «мошенничество в особо крупных размерах» — до десяти лет и миллион штрафа, — предположил Андрей Алексеевич.

— Но он же чистосердечно сознался и всё рассказал. И потом, я справку приложила к материалам дела, что у него имеет место быть психоэмоциональное расстройство, основанное на детской сексуальной травме. Может быть, мне стоит поговорить с Варварой Михайловной? — посоветовалась Маргарита.

— Поговори, но ее у нас все называют «злой прокурор», — согласился Андрей.

— Я поеду вместе с водителем, в машине перевозчика.

— А мы с полковником вернёмся самолётом, как только документы по Казанове оформим.

— Заедешь ко мне, как вернётесь? — попросила Маргарита.

— Помочь выгрузить машину? — пошутил Вердман.

— Ага, — улыбнулась она.

— Ура, я переехала обратно! Никогда не думала, что так буду скучать по своему дому, — призналась сама себе Марго.

Она обошла свою любимую квартиру, насладилась её ароматом и поспешила заказать обед на дом из ресторана «Мимино». Через пятнадцать минут должен был подъехать ее Коломбо. Поблагодарить мужчину за помощь обедом — отличная идея. Она только вчера поздно вечером вернулась и успела разложить вещи, оставив не развешанными картины. Но вот продуктов дома, кроме привезённых замороженных казанских полуфабрикатов, никаких не было, а приглашать мужчину в кафе или ресторан и платить за него — не каждый кавалер такое потерпит.

Поэтому она попросила приехавшего вовремя Андрея помочь развесить картины. Через десять минут в дверь позвонили.

— Это доставка, — предупредила она появившегося в коридоре мужчину.

Марго забрала пакеты с едой, расплатилась и стала накрывать на стол. Вкусный аромат чахохбили быстро наполнил кухню острыми запахами и устойчиво поселился в носу гостя. Андрей сглотнул слюну и поспешил в ванную мыть руки. Марго достала полотенце, заглянула в ванную и протянула ему полотенце, случайно задев кончиками пальцев его ладонь.

Андрей весь напрягся — особенно это чувствовалось в его естестве. Он притянул Марго к себе и прильнул к её губам жарким поцелуем, обвивая кольцом рук тонкую талию женщины. Еда остывала, а напряжение в ванной нарастало. Пара решила переместиться в спальню.

Воскресенье для обоих закончилось полным откровением: Андрей признался, что Марго ему нравилась, но он боялся начать ухаживать за дочкой начальника, а Марго расстроилась, осознав, что ей стоило раньше сделать первый шаг навстречу своему счастью.

Утро принесло ранний звонок.

— Варвара Михайловна, доброе утро, это Олег Сергеевич Кунейкин, следователь из Энска.

— Доброе. Чем порадуете, Олег Сергеевич? — спросила Варя.

— У нас несколько новостей: во-первых, из больницы выписали Костю Брагина, во-вторых, мы поймали подручных Семёнова, они сейчас дают показания, валят всё друг на друга и на Семёнова, но проблема в том, что главного, кто за этим стоит, не сдают. Так что, похоже, этот гад выйдет сухим из воды.

— Если это реально авторитет, они и не сдадут, иначе оба живыми до суда не доедут, — подтвердила Варвара.

— Мэр пытался давить на наше начальство, чтобы замяли расследование, но тот намекнул, что потерпевшая — прокурор из Петербурга, и нашему расследованию, как я и предполагал, дали зелёный свет. Теперь за всё ответит эта троица, — рассказывал Кунейкин.

— Жаль, система правосудия несовершенна, и кто-то получает по полной, а кому-то сходит всё с рук, — согласилась Варвара. — А что с этим старичком, которого заставили продать дом в деревне за копейки?

— Новый владелец не пожелал, чтобы его таскали по судам, он договорился с мэром, и Архипу Егоровичу, как ветерану войны, дали однокомнатную благоустроенную квартиру в Энске, представляете, — хвастался следователь, как будто это он выбил старику квартиру.

— Только с него потребовали, чтобы он заявление о принудительной продаже дома забрал из дела. Так что пока в деле числится нападение на Брагина с попыткой убийства, угрозы убийства и принуждение к продаже дома Веселкова в Подгорице, ну и кража ваших денег.

— Судопроизводство уже начато, прокурор предъявил обвинения по статьям 30, 105, 159 УК РФ. Они, правда, подсуетились: мэр адвоката московского для этих преступников пригласил, но пока защитнику не удалось дело развалить. Надеюсь, и суд, и присяжные вынесут справедливое решение. Хотя ситуация напряжённая, несколько высокопоставленных чиновников нашего города замешано, только это так, бездоказательно всё. Все про всё знают, но молчат, мэр к нашему начальству, как на работу ездил. Когда назначат заседание суда, вас предупредят заранее, повестку вышлют, но и я ещё дополнительно позвоню, — заверил следователь.

— Спасибо, что держите в курсе событий, — поблагодарила Кунейкина Варвара и отключилась.

Только она положила телефон на столик, как снова запела Бейонса.

— Алло, — посмотрев на входящий номер, женщина улыбнулась.

— Варвара Михайловна, доброе утро, это Костя Брагин. Как только меня выписали из больницы, я сразу в банк. Я вчера два миллиона пятьсот вам перевёл на счёт, миллион тоже могу перевести, но меня пока следователь притормозил, попросил подождать до суда, — рассказывал риелтор.

— Хорошо. Как себя чувствуете?

— Спасибо, вроде бы нормально.

— Как обстоят дела с домом Веселковых?

— Любка Витьку пустила обратно домой, а я нашёл им трёшку с доплатой. Они готовятся к переезду. Бабкин дом, в котором жил Виктор, мне продали, но после всего произошедшего у меня к нему душа не лежит, и я его выставил на продажу. Сейчас там в деревне такой ажиотаж, сами понимаете, отрицательная реклама — тоже реклама, так что я продам его в два раза дороже.

— Когда ты успел, если всё время лежал в больнице? — удивилась Варвара.

— Мне полицейский телефон вернул, а там, можно сказать, вся моя жизнь. Не представляю, что бы было, если бы нужные контакты потерял. В больнице сейчас есть wi-fi, я поместил информацию о купле-продаже квартир на сайтах, вышел на сделку, — рассказывал Костя.

— Удачи тебе, и больше в подобные ситуации постарайся не попадать, — попрощалась прокурор.

Варвара вышла из спальни и почувствовала ароматный запах блинчиков — вот маме с утра не спится, решила порадовать семью хорошими новостями.

— Максим, мы богаты, нам Костя деньги вернул! Что будем делать? Ипотеку закроем или в отпуск рванём? — поинтересовалась Варя у мужа.

— Можно и то, и то. Только уже середина августа, Соню придётся отпрашивать с учёбы, или ты согласна на две недели съездить на море? — уточнил муж.

— Можно и на две, — согласилась жена.

— Хорошо, Варь, осталось только отпроситься с работы. Сегодня же займусь этим.

— Да, у меня тоже много переработок, возьму отгулами.

— Давай пакуй чемоданы, я посмотрю билеты на самолёт и гостиницу забронирую. Какое побережье предпочитаешь? — уточнил Макс перед поиском.

— Я в Дагестан хочу, а ты?

— Давай, а то мы там ещё не были.

— Вот Сонечка обрадуется, когда проснётся, — сказала мама.

— Мам, а ты рада? Ты тоже с нами поедешь, — безапелляционно заявила дочь.