Смурыгин хмыкнул. Определённо, наша словесная игра его забавляла. Он чувствовал свою власть и над компанией, и в данный момент даже надо мной, поэтому не спешил меня отпускать в свободное плавание. Да вашу ж дивизию! Чтобы я ещё раз досрочно сняла наушник и микрофон... Буду таскать их, пока в такси не сяду, чтобы уж наверняка всякие большие шишки не подстерегали возле офиса. Вот не люблю таких наглых типов! Раз денег куры не клюют, думает, что ему всё подвластно?!

– И всё же не женское дело противостоять мужчине, не женское, – он шагнул в комнату, а я еле удержалась на месте, хотя по инерции хотела отступить. Но нет, не покажу ему, что боюсь, пусть не знает, насколько меня встревожил.

– А что делать?! – воскликнула воинственно. – Приходится противостоять. Мужики сейчас по большей части отвратные пошли, одно название. То на женщин нападают, то к чему-то принуждают... И что нам женщинам предпринимать?! Приходится обороняться, пусть даже подручными средствами... Вот, например, та швабра, – указала глазами на швабру с самоотжимом, стоявшую в углу. – Вполне себе оружие, можно съездить по голове. Ну, или ещё по какому-нибудь чувствительному месту.

Отвлекайся на швабру, отвлекайся, а я, если что, чашкой тебя огрею и кофейком оболью!

Я, конечно, понимала, что в кухоньке тоже есть как минимум пара камер и сейчас идёт запись, но всё это Алисины ребята, скорее всего, увидят уже завтра, и в данный момент мне это никак не поможет.

– Знаете, а мне нравятся девушки с огоньком. Это так освежает, – ухмыльнулся мужчина.

Да что ж такое?! Непробиваемый какой-то! Оставит он меня в покое или нет?!

– А что скажете о вашем начальнике, помощницей которого я являюсь? – акцентировала внимание на его подчинённом положении. Ну да, пришлось прибегнуть к чужому авторитету, раз своего пока не хватает. – Ему тоже нравятся девушки с характером?

– Владислав любит испытывать претенденток на прочность. Другое дело я, куда более лояльный и... понимающий. Мои подчинённые и те, кому повезло иметь со мной дело, ещё никогда не жаловались... Если будет тяжело, приходите ко мне, – подмигнул он. – Вдруг что понадобится. Помогу словом и делом... Вы не пожалеете.

Притягательный, гад, и прекрасно об этом знает. Змей, вползающий в душу, вот какие от него ощущения. Его масляный взор облизал меня с ног до головы, не упустив, казалось, ни единой детали. Чёрный бюстгальтер, просвечивающий сквозь белую блузку, привлёк его особое внимание.

О-о-о, как всё печально. Кажется, не тому человеку мы проверку на верность устроили, ой не тому... А жена исполнительного в курсе, что он тут ко всем подряд подкатывает? Да-да, Смурыгин, оказывается, женат, и не просто на ком-то, а на Ольге, старшей сестре Владислава! Эту информацию мне сегодня Алиса подкинула, и очень вовремя. И мне стало грустно за Сонечку, что у неё такой папа. Мне всегда в таких случаях жаль детей. Вон, мой папашка вообще слинял, когда о маминой беременности узнал, этот хотя бы рядом, хотя чему он научит ребёнка с таким-то легкомысленным отношением к женщинам и склонностью к случайным связям?!

Слава Всевышнему, этим вечером исполнительный директор больше меня не преследовал, так что я более-менее спокойно закончила работу (хотя всё равно сидела как на иголках) и около десяти вечера вызвала такси. А здорово, когда можно оплачивать машину корпоративной картой, а то сама бы я такую поездочку, да ещё и каждый день, не потянула: слишком дорогое удовольствие.

Следующим утром я была на работе как штык. Нашпиговавшись аппаратурой, чувствовала теперь себя куда более защищённой. Рассказав Алисе о вечерних подкатах исполнительного директора, получила совет держать с ним ухо востро, но, по возможности, в открытую конфронтацию пока не вступать, чтобы не сорвать всю операцию. Вот ещё заноза взялась на мою голову! Но ладно, пусть Смурыгин и дальше подкатывает, мне это только на руку: чем больше всего наболтает, тем обширнее у меня потом на него компромат получится. Если что, можно будет его жене показать, да и генеральному тоже, Евгений Михайлович ведь его зять и отец племяшки и так позорит семью. Ай-яй-яй, нехорошо, фу таким быть.

В общем, мой второй рабочий день начался без эксцессов и опозданий. Оделась я на этот раз чуть скромнее, чёрное бельё заменила белым, потому что на шефа эксцентрика всё равно не подействовала, а цеплять мужчин, не прописанных в сценарии, мне сейчас не надо. Зато гендиректор не изменил себе, его одежда была с иголочки, причёска тоже выше всяких похвал, и я невольно засмотрелась. Эх, всё-таки жаль, что мне его заказали. Я с подобными экземплярами стараюсь не сближаться, всё же мы из слишком разных миров, так, только смотрю издалека. Но в ближайшее время мне предстоит пересечь границы его личного пространства и преодолеть все те барьеры, которые он вокруг себя выстроил.

Зря я понадеялась, что сегодня будет легче и появится возможность расслабиться. Объём работы был раза в два больше, а на передышку времени вообще не оставалось. От телефонных звонков не было отбоя, плюс масса бумажной работы, и это не говоря о личных встречах... В общем, шеф и сам трудоголик, и других на это дело подсаживает. А может, думает, что я сдамся и опущу руки? Ну-ну, не дождётся!

Исполнительного директора я в этот день не видела, а потом узнала, что у него несколько выездных встреч. Вот бы он почаще вне офиса пропадал! В любом случае, я сделаю вид, будто ничего не случилось, не в моих интересах сейчас с ним конфликтовать.

Всю ближайшую неделю мы не предпринимали особо активных действий, в основном выжидали и завоёвывали авторитет, параллельно втираясь в доверие. Я выполняла все необходимые поручения босса, хотя давалось это с огромным трудом и подчас стоило обеда и нескольких часов сверхурочной работы вечером. Впрочем, скоро я втянулась, и дело пошло куда резвее, в пятницу вообще задержалась всего на час.

Обвешиваться аппаратурой стало привычным занятием, как и получать через наушник подсказки от Алисы. Я перезнакомилась со множеством людей в компании и даже смогла добиться скупой улыбки Виктории, которая, видимо, настолько устала от сменяющих одна другую помощниц Резуненко, что опасалась заводить дружбу с кем-то из них. Сам шеф намёков на неуставные отношения не делал и, казалось, просто выжидал. Да только чего именно ждал, на что надеялся?

Зато Евгений ко мне наведывался с завидной регулярностью. Там помог, тут подсказал, здесь дал совет, а уж в кухоньке нашей подстерегал как по часам... В общем, не мужчина – мечта, если бы от этой заботы не чувствовался подозрительный душок. Ну и скользкий же тип! Чего ему всё-таки от меня надо? Хочет поразвлечься со «свежей кровью»? Настолько опостылела обыденность семейной жизни? Если бы моей целью был он, я бы закончила работу в два счёта, но нет, мне достался куда более сложный объект.

Действовать в направлении генерального подчас приходилось спонтанно и на свой страх и риск, потому что что-то планировать с этим непредсказуемым мужчиной было весьма и весьма сложно. Мы уже поняли, что с ним нужна максимальная естественность и минимум наигранности, поэтому частенько использовали ситуации, которые нам посылала сама жизнь, причём стараясь это делать весьма и весьма ненавязчиво. Ненавязчиво, к сожалению, выходило не всегда, но тут уж как получалось...

Когда я случайно оступилась на лестнице, это стало операцией «Оступилась». Почти повиснув на шефе и основательно помяв его всегда идеальный вид (якобы для того, чтобы удержать равновесие), я быстро принялась извиняться и судорожно поправлять на нём одежду.

– П-простите, что же это я так... Чёртовы каблуки! – а сама параллельно поглаживаю мужчину по груди и чувствую ладонями весьма ощутимо прокачанные мышцы. Он стоит то ли растерянный, то ли возмущённый моим вмешательством в своё личное пространство, а я быстро отступаю, пока он сам меня не оттолкнул, и тихонько советую: – Владислав Иванович, может, вам в уборную заглянуть? Боюсь, я всё только испортила. Ещё раз извините, пожалуйста. И спасибо, что не дали упасть, – и действительно смотрю на него как на спасителя.