– Робер! Это вражеский маг! Спаси меня! – отрывисто вскликнула Шарлотта.

– Колдуй лодку! Плот! Что-то деревянное…

– Хорошо! – и Шарлотта, сконцентрировавшись, прочитала мантры и быстро развела руки в стороны. В этот момент из борта пиратского судна потянулись доски. Отдельные элементы вылетали из корабля, обнажая темные глубины трюма. Доски быстро падали в воду, по пути собираясь в некое подобие плота. Вскоре Робер и Шарлотта уже стояли на сырых деревянных досках, сцепленных вместе. Вражеский маг, заметив их, также сделал движение руками, но Робер первым применил свою огненную магию. Руки деревянного колдуна вспыхнули сильным пламенем, и тот истошно заорал, размахивая ими по сторонам.

Через некоторое время плот отошел на достаточное расстояние от кораблей и вдали показались очертания острова.

– Робер, почему у тебя четвертый уровень? – нарушила молчание Шарлотта, обращаясь к своему спутнику.

– А был первый! – прошептал Робер, работая шестом. – Но я доберусь до них всех! На что они готовы ради власти! Уверен, тут не прошло без участия моего брата. Я вспомнил, кто меня увез с твоей свадьбы и продал пиратам! Это была Екатерина Калати! Пассия моего братца! Я всем отомщу и особенно жажду найти того, кто лишил меня силы! Я сокрушу всех. Я сам взойду на Проклятый трон!

Робер отдышался и продолжил:

– Во что превратилась эта страна? Она достойна более завидной доли! Если я взойду на трон, я прекращу все войны и сделаю людей счастливыми!

Шарлотта сидела на плоту, медленно переваривая то, что услышала. Робер изменился. Из озорника и шутника он превращался в неукротимого воина, жаждущего битв.

– Спаси меня, Робер. У нас будет ребенок…

Маркиз не успел ответить, как из белесого тумана показалась скала, покрытая редким мхом. На ее вершине стояла старая виселица, тугая петля мерно раскачивала мертвеца.

А Робера и Шарлотту ждала новая жизнь.

24. Людвиг. Цена мира

Послы поднялись, и к дверям шагнули

И вышли, а перед Франциском

Замкнулась снова "клетка" быстро,

Он понял – заловили, обманули...

В ночи ударил колокол протяжно,

Стальной клинок разбил окно,

Дальнейшее – предрешено,

Хотя Франциск и слыл отважным…

Орда врагов заполнила церквушку,

Государя купили за полушку…

Людвиг праздновал победу над врагом, однако, обе стороны оказались сильно истощены, и войну необходимо остановить. Тем более, что в Гордарии кроме Лесных братьев вскрылась еще одна проблема. Начались волнения в Уроченских горах. Поговаривали, что гномы взбунтовались и отказываются поставлять золото в Карловград. Это грозило сильным кризисом. Франциску не хватало денег и сил, чтобы держать ситуацию под контролем. Архимаги не могли оправиться на восток, ибо они с трудом справлялись с проявлениями инфернальных сил. В столице все чаще наблюдались разрывы реальности, из которых в мир проникали ужасные создания Тьмы. Кроме уже известных черных псов и драконов, белых ведьм, очевидцы рассказывали, что видели огромную фигуру в черном балахоне, размахивающую окровавленным топором.

Для переговоров о мире выбрали мужской монастырь стального Петра. Тихое место в лесу, далеко от городов и деревень. Во время правления Земли храм пришел в запустение, в нем жил единственный старый монах. Франциск сначала не спешил восстанавливать эту обитель, а позже она попала в зону оккупации. Сейчас же монастырь находился на нейтральной территории, равноудаленно от противоборствующих сил. Прекрасное место для переговоров.

Франциск очень не хотел покидать Карловград, страшась народного бунта и предательства дворян, однако важность этой встречи диктовала свои условия. Договорились, что каждого короля будут сопровождать лишь трое подданых. Стальной властелин хотел с собой взять Антония, ибо это второй по величине человек в Гордарии и к тому же герцог Черновины. Той Черновины, что сейчас практически полностью находилась под рукой вероломного Алоиза. Вероятно, Антоний будет с упорством отстаивать свои права, как и права всего королевства. Однако, лекари не рекомендовали герцогу в ближайшее время сидеть верхом и тем более совершать дальние поездки. Поэтому одним из спутников Франциска был выбран Людвиг, победоносный военачальник, выигравший битву у Железного города. В компанию ему взяли еще двух сильных магов, Огня и Земли. Однако, стены монастыря защищены от действия магии, поэтому все делегаты также прекрасно владели шпагой.

Ранним туманным утром четверо всадников двинулись в путь через широкие пшеничные поля. Роса едва блестела на созревающих пшеничных колосьях, насекомые начинали свои утренние вальсы, птицы радостно пели. Казалось, что никакой войны не было, что природа возрождается от полученных ею ран.

Однако, когда королевский эскорт вошел в небольшой лесок, в глубине которого и скрывался монастырь, людей охватила неприятная дрожь. Лошади испуганно заржали, услышав вороний грай и отдаленный вой волков. Раздался хлопот совиных крыльев, тягучий скрип покачивающихся сосен. В березовой роще таилось монастырское кладбище, могильные плиты покачивались, ветер гнал сильный туман по земле, и послышался звон колокольчиков. Казалось, что это невидимые души мертвецов водят хороводы и зазывают к себе заблудившихся живых. Земля чавкала под ногами, грозя провалиться под ногами; ветки деревьев царапали и били по лицам, а через некоторое время раздался душераздирающий рев неизвестного существа.

– Что это? – содрогнулся Франциск.

– Не знаю, Ваше Величество! – нехотя ответил Людвиг. – Однако, мы прибыли.

Вскоре действительно показались шпили монастыря, увенчанные небольшими виселицами. Старинное строение имело сильно обветшалый вид. Стены, покрытые плющом и диким виноградом, осыпавшаяся местами кирпичная кладка, проржавевшие ворота. После произношения условного пароля, врата открылись, и их встретил старый монах, единственный житель этого, забытого Учителем места. Кавалькада медленно въехала в монастырский двор.

По традиции центральный собор имел пять башен, символизирующих пять стихий. Каждая выкрашена в соответствующий цвет и со вкусом оформлена. Главенствующим тут считалось Железо, поэтому именно центральная возвышалась над остальными, блестя серебром на восходящем солнце. Людвигу показалось, что солнечный луч как-то по-особенному преломился, отражаясь от стальной луковки, даря надежду на счастливый исход переговоров.

Старец медленно поклонился королю и его свите, подошел ближе. Он вынул из рукава небольшой свиток и протянул Франциску.

– Ваше Величество, вам просили передать это… – тихо произнес монах, покачивая белой копною длинных волос.

– От кого? – удивился король, но принял послание. Не успел он развернуть пергамент, как за монастырской стеной послышался топот торопливых копыт. Это спешила делегация Фринцландии.

– Открывайте храм, надеюсь все готово для переговоров? – спросил Франциск старца, пряча свиток за отворот камзола. Мало кто знал, что камзол скрывал надежный стальной панцирь, надетый королем на всякий случай.

Через несколько мгновений в ворота въехали всадники с летящими по ветру оранжевыми плащами. На флагштоке знаменосца затрепетал черный орел на оранжевом поле, который противостоял серому знамени Франциска с изображением перекрещенных клинков.

Тучный рыжебородый Алоиз медленно слез с вороного коня и слегка усмехнулся, осматривая Франциска. Эти государи первый раз встречались между собой и поэтому некоторое время оценивали друг друга. Если Франциск представлял собой худого жилистого старика, то Алоиз казался воплощением здоровья и силы. Упитанный, розовощекий мужчина лет сорока, с роскошными рыжими волосами, усами и бородой смотрелся более выигрышно на фоне короля Гордарии.