Анна задумалась, отвлеклась, и тут послышались посторонние чужие звуки. Стук тяжелых сапог, шелест плаща и бряцанье шпаги ворвались, словно непрошеные гости. Не прошло и минуты, как перед ней стоял сам Франциск, властелин государства.

– Я знал, что могу найти вас здесь.

– Что вам угодно, милорд? Неужели я не имею права побыть некоторое время рядом со своим мужем? – в глазах Анны таились молнии, готовые сорваться в любой момент и испепелить любого.

– Конечно, вы в своем праве… Но вы провели тут уже более двух часов…

– За мной следят ваши слуги? Как низко! Чем может угрожать вам, могучему властелину, старая низверженная королева? – Анна чувствовала себя оскорбленной.

– Мне – ничем. Но вы забываете, что вы сами можете оказаться в опасности. Этот дворец, этот город и эта проклятая страна буквально кишат заговорщиками и убийцами. Мерзавцы не успокоятся, пока не уничтожат всю нашу семью. Вы забыли про недавний пожар? – усы Франциска начали ходить в разные стороны, глаза налились кровью. Но это не столько напугало, сколько рассмешило королеву. Она с трудом сдержала улыбку.

– Успокойтесь. Я думаю, что я последняя в списках у заговорщиков. Если, конечно, эти списки существуют.

Франциск задумался и нахмурился. Что еще этот фанатик решит предпринять для укрепления своей власти? Неужели Анна подсказала ему настойчиво искать несуществующие списки? Так можно дойти до абсурда, взять под контроль издательства и библиотеки. Просматривать письма и каждую задрипанную книжонку.

– Тем не менее, нам необходимо поговорить о государстве.

– Вы, как мне кажется, справляетесь с государством лучше, чем мой покойный супруг. Зачем я вам нужна?

– Я прошу вас…

– Хорошо, только, пожалуй, не здесь. Пройдемте в мои покои или в ваши, как вам будет угодно.

– У меня уже накрыт стол, и я приглашаю вас отобедать вместе, – учтиво поклонившись произнес Франциск.

– Пойдемте, – Анна ответила реверансом и приняла предложенную руку.

Стол действительно оказался накрыт и с большим гастрономическим вкусом. Чего там только не было! Жареные куропатки, маринованные устрицы, тонко нарезанные ломтики нежнейшей розовой ветчины. Рядом красовались тарелки с разнообразными салатами и легкими закусками. В металлической чаше, в окружении льда новогодней елкой возвышалась бутылка легкого шипучего вина. Рядом стояли и полусладкие вина. Всем известно, что Франциск предпочитал красное черновинское, но присутствовало и белое россенвальское, а на самом краешке стола приютился графинчик крепкой виноградной водки из Мальмстана.

– Прошу, королева Анна.

– Бывшая…

– Бывших королев не бывает.

– Так же, как и королей?

– Именно, ибо только смерть может отобрать у меня корону, – отметил Франциск со сталью в голосе.

– Корону? Разве? Я полагала, что вы являетесь лишь регентом при малолетнем Филиппе. Временным королем.

Франциск нахмурился, но ответил сдержанно:

– Неужели, вы думаете, что я проживу намного дольше своего старшего брата?

– Пятьдесят лет для мужчины – это не возраст.

– Но ваш супруг…

– Не забывайте, Карла отравили. Впрочем, даже если бы не злодейство, он вряд ли бы протянул более двух лет. Время Земли закончилось… Ладно, о чем вы хотели со мной поговорить?

– Дорогая Анна, вы не притронулись ни к чему. Давайте сначала покушаем, а делами займемся позже.

– Хорошо, – ответила королева и нанизала себе на вилку парочку мелких рыбок. Их ловили на западном побережье Россенваля, там же удивительно вкусно мариновали и привозили в столицу.

– Попробуйте шипучего вина.

– Вы же знаете, я предпочитаю что-то покрепче. Особенно в последние месяцы. Это помогает несколько приглушить горе.

– Эй! – крикнул Франциск слуге. – Налейте вина королеве! Анна, вам какого, красного или белого?

– Виноградной водки!

Франциск поморщился. Все знали, что он недолюбливает Мальмстанскую водку, отдавая предпочтение легкому вину. Однако иногда король развлекался тем, что специально напаивал своих слуг, чтобы посмеяться над ними.

Между тем королева пригубила водки из небольшой рюмочки, закусила рыбкой, затем попробовала салат из свежих овощей и уже собиралась взять куриную ножку. Франциск же ограничился бокалом красного вина и бутербродом с ветчиной.

Через некоторое время Анна уже насытилась, а Франциск все еще цедил свой бокал. Король бесконечно теребил его пальцами, то нежно поглаживая гладкие стенки, то нервно сжимая холодную ножку. Иногда Франциск топорщил усы и чуть касался их языком. Король явно страдал отсутствием аппетита и хотел быстрее перейти к разговору. Однако, правила этикета не позволяли этого.

Наконец, Анна закончила обед стаканом фруктового сока, вытерла губы полотенцем и сжалилась:

– Итак, я слушаю вас.

Франциск откашлялся, отставил бокал в сторону и начал:

– Великолепная королева и обедает великолепно.

Анна сдержанно улыбнулась.

– Надеюсь, ваши ответы тоже будут великолепными.

Ответа и на этот раз не последовало.

– Анна, вы долго правили страной вместе с моим братом. Мне жаль, что Карл преждевременно покинул нас. Но, народ помнит эпоху Земли с благодарностью. Я, конечно, не беру во внимание последние годы, когда власть ослабла, ибо ослаб и заболел сам король. Рыба гниет с головы, а дерево с корня. Мы это исправим. Однако, я знаю вас, как женщину, которая никогда не вмешивалась в дела мужчин. Занималась благотворительностью, поощряла строительство школ и больниц для бедноты. Устраивала богослужения в храмах. Я вас прошу и впредь этим заниматься. Это несколько скомпенсирует мою политику по укреплению государственной власти.

– Вы хотите, чтобы мы продолжали учить магии простолюдинов? Не нарушит ли это положение дворянства.

– Наш мир стремительно теряет магию. Изобретение гномами пороха скоро оставит всех волшебников Огня не у дел. Но мы не будем поощрять сильное повышение уровней у бедноты. Пожалуй, третьего-четвертого ранга им будет достаточно. Так вы согласны открывать новые школы?

– А что взамен? – осторожно спросила Анна.

– Я разрешу вам видеться со своим безумным сыном.

– Он не безумен, хотя у него и бывают помутнения… – глаза Анны горели, словно ночные огни на болоте. – Милорд, я не верю вашему подставному суду! Не верю, что мой сын мог задумать плохое против отца. Да, он может в порыве гнева обнажить шпагу или пустить в ход запретную магию, но хладнокровно спланировать убийство… подмешать яд… Стать шпионом фринцландцев? Нет, не верю. Ибо я знаю своего сына лучше, чем вы свою дочь, распутницу!

– Как? И вы туда же! Ну, ничего, я заткну вам всем рты! Скоро эта девчонка, даже если она и порочна, ляжет в кровать Адольфа, что ознаменует союз наших стран. Вместе мы завоюем весь мир! – красное лицо короля не предвещало ничего хорошего.

– Ах, вот какие у вас цели. Но любая война принесет и много жертв. Выдержит ли обнищавшая держава такой груз?

– Не беспокойтесь. Казна существенно пополнилась. Знатно я пощипал жирных бюргеров. Знатно и другим повадно! Ибо король должен быть богаче любого своего подданного. Вы с этим согласны?

– Да, конечно.

Франциск ухмыльнулся в усы:

– Я не планирую большую войну. Мы с Алоизом будем просто по очереди присваивать себе каждый год по небольшому княжеству. Например, разделим на двоих Потлонию…

– Милорд, остерегитесь… – в глазах Анна появилось беспокойство. Она, как умная женщина понимала, что другие державы осудят подобное поведение двух хищников.

– Довольно! И называйте меня, наконец, Ваше Величество! Я – король, как бы вам не хотелось иметь на троне своего сына. Я сам знаю, что творю. От вас же требуется только одно – совершать добрые дела для людей. А недобрые, но нужные для державы, я оставлю за собой.

Королева смутилась. Сразу соглашаться было бы нелепо, но и долго упираться тоже. Ей хотелось выторговать больше послаблений для своего сына.