Я не удивлен, что мастерская по ремонту компьютеров Руди Каннингема в торговом центре на Тропикана, это прикрытие для человека, который занимается различными материальными потребностями современных магов. Но меня удивляет, что они действительно чинят компьютеры.

Я захожу и вижу совершенно обычную картину. Женщина помогает клиенту, который принес жесткий диск, а парень, едва достигший школьного возраста, с помощью беспроводной отвертки разбирает компьютер.

В них нет ничего необычного. Оба одеты в свободные рубашки, джинсы и удобную обувь. Ничего дорогого. У женщины вьющиеся каштановые волосы, собранные в хвост. Парень выглядит так, будто он ее сын.

Сначала я думаю, что ошибся местом, но потом вижу защитные чары, начертанные на дверном проеме, вокруг окон и на задней панели кассы. Женщина замечает, что я смотрю, но заканчивает разговор с клиентом и, дождавшись, пока они выйдут из магазина, проходит мимо меня, запирает дверь и переворачивает табличку "Закрыто".

Она поворачивается ко мне и прислоняется спиной к двери, скрестив руки на груди, выражение ее лица говорит о том, что она собирается сделать мне строгий выговор или, что еще хуже, высказать свое мнение.

— Привет, — говорю я. — Я...

— Я знаю, кто ты, — говорит она. — И мы ни черта не хотим иметь с тобой общего.

— Я это прекрасно понимаю, — говорю я. — Если ты действительно не хотел иметь со мной ничего общего, зачем ты запер дверь?

— Потому что она очень заботливая, — говорит подросток. — Поскольку я не вижу у тебя в руках ноутбука, я думаю, ты здесь ищешь Руди.

— Да, я не любитель ноутбуков. Эй, она не попытается причинить мне боль?

— Нет, пока я ей не скажу, — отвечает он.

— Приятно слышать. Я так понимаю, ты Руди?

Тот факт, что он выглядит как шестнадцатилетний подросток, ничего не значит. Аттиле Вертеру было больше двухсот лет, и выглядел он на семьдесят. Возможно, он мог бы выглядеть на шестнадцать, если бы захотел.

— Ты меня поймал, — говорит он. — А ты Эрик Картер. Которого не должно быть в живых, тем более в моем магазине.

— Да, в этом смысле я ненормальный. Послушай, я здесь не ищу неприятностей.

— Ты никогда не будешь такой, — говорит он. — Но неприятности, похоже, всегда сами ищут тебя. — Я не могу этого отрицать, поэтому даже не заморачиваюсь.

— Ты здесь вроде как на виду, не так ли? В смысле, найти тебя было несложно.

— Это потому, что меня нетрудно найти, — говорит он. — Я ничего из этого не скрываю. Просто большинство людей не утруждают себя приходом сюда. Кроме того, никто ничего мне не сделает. Я слишком ценен.

— К тому же, у него есть я, — говорит женщина, одаривая меня взглядом, который придушил бы меня, если бы мог.

— Сестра?

—Конструкт, — говорит он. Я оглядываюсь на женщину у двери.

— Без шуток. Отличная работа.

— Спасибо. У меня есть парень в Новом Орлеане, который занимается этим.

— Я здесь, — говорит женщина.

— Гретхен, будь добра, отключись на несколько минут, — говорит он. Поза Гретхен не меняется, но она застывает, и ее глаза становятся молочно-белыми.

— Надеюсь, у тебя есть запасной выход, потому что я не думаю, что смогу ее сдвинуть.

— Она сейчас в отъезде, так что мне не приходится сталкиваться с ее сердитым взглядом, пока мы разговариваем. Ты здесь по поводу голема из Белладжио.

— Ты много знаешь для человека, который никогда меня раньше не встречал.

— Люди рассказывают мне разные вещи. И они много говорят о тебя. Ты хочешь знать, кто покупатель?

— Это было бы здорово, — говорю я. — Во что мне это обойдется?

— Это бесплатно. Один и тот же человек нанял несколько человек для выполнения нескольких заказных работ.

Джекпот.

— Теперь я по-настоящему завладел твоим вниманием.

— Я подумал, что это может тебя заинтриговать.

— Сколько мне будет стоить имя?

— Мне нужно…

Но у него не было шанса сказать мне, что ему нужно, потому что витрина магазина разлетелась вдребезги, и он получил пулю из винтовки в голову, которая лопнула, как гнилая дыня, упавшая с большой высоты.

Я падаю на пол и перекатываюсь к Гретхен, используя конструкт как дерьмовое прикрытие. Еще три пули попали в окно. Две попали в Гретхен, оторвав ей левую руку у плеча и правую ногу у колена. Третий ударяет по кассовому аппарату, превращая его в облако обломков пластика и металла.

Я ползу в глубь магазина. Мне приходится дважды пригнуться, потому что над моей головой в гипсокартонной стене снова появляются дыры от пуль.

Что-то меня в этом настораживает. Я имею в виду не только то, что кто-то только что снес голову парню, с которым я пришел поговорить.

Судя по тому, какие дыры пробивают эти пули, это, наверное, 12,7-миллиметровые? Может, M82 или M107. Довольно мощная пушка. Сам я никогда не стрелял из такого. Самое близкое, что у меня было, это старый "Драгунов".

К счастью, мне хватило одного выстрела, потому что стрелял я из рук вон плохо. Чтобы метко стрелять из такого оружия, нужно быть профессионалом, особенно на расстоянии. Эти ублюдки стреляют как мулы. Этот придурок — полный отстой.

Нет. Постойте. Если бы стреляли плохо, они бы не попали в Руди и его конструкцию. Они не промахнулись, они целятся не в меня.

Я встаю, показываю им средний палец и жду. Блин, надеюсь, что я прав.

Отсюда я вижу с полдюжины мест, где мог бы быть снайпер, но не слышу выстрелов. Если они используют M82, то могут быть на расстоянии больше полутора километров. А если у них есть какая-то магия и они засели на крыше здания еще дальше, то я их вообще не увижу.

Последний выстрел пробивает стену менее чем в полуметре справа от меня, как будто они просто хотят показать, что могли бы убить меня, если бы захотели. Я жду еще пару минут. Ничего. Это не значит, что их нет, но я думаю, что это вполне вероятно.

Меня беспокоит не столько то, что Руди только что застрелил снайпер, который, судя по всему, хочет взять меня живым, сколько то, что пуля пробила сверхпрочные защитные барьеры на окне, которые сделали бы его прочнее танка "Абрамс".

Обычная пуля, скорее всего, отскочила бы от стекла или просто остановилась бы, не долетев до цели. Возможно, эту работу поручили бы обычному снайперу, но я сомневаюсь, что маг, отдавший приказ об этом убийстве, доверил бы обычному стрелку стрелять магическими пулями.

Я отрываю кусок мяса от своей рубашки и бросаю его на пол. Одна из стен выглядит так, будто Джексон Поллок рисовал дробовиком. А это значит, что скоро здесь будет полиция.

Интересно, что они подумают о Гретхен. Она все еще стоит на одной ноге, и взгляд у нее такой же мертвый, как и раньше. Вместо крови из нее сочится вязкий голубой гель. Да, это зрелище им точно понравится.

Руди, это тупик во многих смыслах. Он не только не оставил после себя ни следа, но и я ничего не могу выведать у обезглавленного трупа. Разве что в шарады поиграть.

В любом случае все это бессмысленно. Вдалеке слышны сирены, и начинают собираться зеваки. Пора уходить. Я выхожу через заднюю дверь, наклеиваю на грудь стикер с надписью "МЕНЯ ЗДЕСЬ НЕТ" и выхожу в переулок.

И это хорошо. Потому что ко мне уже направляется полиция. Я стараюсь держаться от них как можно дальше. Столкнуться с кем-то в таком костюме не страшно, но может получиться неловко.

Я подумываю о том, чтобы угнать одну из полицейских машин, но если я пытаюсь избежать неловкости, то это бесполезно. Вместо этого я нахожу "Сивик" в паре кварталов отсюда.

Господи Иисусе, у меня над головой пролетели 50-е патроны. Я встал и приказал им застрелить меня. Каким же я, черт возьми, тупым могу быть?

Аманде, наверное, стоит знать об этом. Поэтому я съехал на обочину и позвонил ей.

— Привет, — говорит она.

— Руди мертв, — говорю я. — Снайпер выстрелил в его окно. У него голова лопнула, прыщ. Однако, похоже, они не хотят моей смерти, потому что намеренно промахнулись, потратив на боеприпасы что-то около восьмисот баксов.