Рэйчел выглядит немного растерянной. Я помню, что Рэйчел была задирой. Я не помню, чтобы она была брезгливой. Но люди меняются. Возможно, рождение ребенка повлияло на ее отношение к подобным вещам.

— Возможно, продать ее будет сложнее, чем ты думаещь, — говорит она.

— Почему? — спрашивает Кайл . Сначала я подумал, что он спрашивает, почему эта история не сработала, но нет. На этот вопрос ответить гораздо сложнее.

— Я сделал что-то плохое? — спрашивает он. — Они поэтому вернулись?

Его движения медленные, как будто он плывет по грязи. Ребенок в шоке. Рейчел в мгновение ока оказывается рядом, опускается перед ним на колени и берет его руки в свои.

— Все в порядке, — говорит она тихим голосом, словно разговаривает с испуганным домашним животным. — Ты не сделала ничего плохого. С тобой все в порядке, милый. Эти люди охотились не за тобой. Те, кто похитил тебя, больше не могут причинить тебе вреда. Они больше никому не могут причинить вреда.

— Потому что ты их убила, — говорит он.

— Все верно, детка. Я убила их.

Лицо Кайла искажается, шок переходит в душераздирающие крики ребенка, который просто не может больше сдерживаться. Внезапно он превращается в кашу из слез, соплей и прерывистого дыхания, все его тело сотрясается.

Рейчел достает из кармана бутылочку и вытряхивает таблетку. Она сует таблетку ему в рот и поднимает банку из-под колы, чтобы он сделал глоток. Сначала я думаю: Господи, пусть парень сам принимает свои лекарства, а потом чувствую себя полным придурком, потому что он явно не может. Я сомневаюсь, что он смог бы удержать банку из-под кока-колы, не говоря уже о том, чтобы положить таблетку в рот. Рейчел берет Кайла на руки и качает его взад-вперед.

Мне не следует находиться в комнате из-за этого. Как можно тише я встаю и выхожу на крыльцо. Раньше стояла ужасная жара, но теперь солнце поднялось выше, и воздух превратился в доменную печь.

Сейчас пахнет не так уж приятно. Куча ошметков зомби и разорванных трупов, поджаривающихся на солнце в пятидесяти футах отсюда, сделают свое дело. Хотя местность довольно живописная. Держу пари, закаты здесь прекрасны.

Через несколько минут Рейчел присоединяется ко мне на крыльце с парой банок колы. Протягивает мне одну.

— Как он там?

— Лучше, — говорит она. Делает глоток из своего бокала. — Я обещала ему, что он будет в безопасности. Что ему никогда не придется иметь дело с... Черт.

— Ты знаешь, кто были эти парни?

Она качает головой.

— К нам иногда забредают обдолбанные наркоманы, которые хотят поиграть в ниндзя, но это? Их было что, тридцать? Сорок? Кто вообще эти люди, черт возьми?

— Да, у меня есть пара идей на этот счет. Все это оставило после себя кучу призраков. Как только смогу, задам им пару вопросов.

— Я всегда думала, что разговоры с призраками, это полная чушь.

— Даже несмотря на то, что ты видела?

— Это другое, — говорит она. — Это было видение. А не разговор.

— Нам всем должно было повезти, — говорю я. — Моя жизнь стала бы намного проще.

— Какого черта ты здесь делаешь, Эрик? — спрашивает она.

— Нужно было с тобой поговорить, — отвечаю я.

— О чем?

— Это долгая история, — говорю я.

— Ты правда Эрик? Потому что, пойми меня правильно, я ценю, что ты делаешь... черт, я бы предпочла не думать об этом, но ты выглядишь слишком молодо для Эрика Картера.

— Это гораздо более сложный вопрос, чем ты, наверное, думаешь, — говорю я. — Но да, я действительно Эрик. Если ты действительно беспокоишься, скажу тебе вот что. Если бы кто-то хотел подобраться к тебе достаточно близко, чтобы причинить тебе вред, думаешь, он выбрал бы мою внешность? Мою внешность тридцатилетней давности? Ну давай же. Мы не виделись десятилетиями.

— Да, в этом-то и проблема, не так ли? Мы с тобой примерно одного возраста. Почему же ты так не выглядишь?

— Как я уже сказала, я умер. А потом вернулся.

— Я...

— Что бы ты ни собиралась сказать, прибереги это на потом. А пока просто смирись с этим и давай двигаться дальше. Скольких ты потеряла?

Такое место не устоит на двух сотрудниках. У нее наверняка был персонал. Надеюсь, большинство из них сегодня не вышли на работу.

— Шестерых из своих, — говорит она. — И больше десятка клиентов. Блядь. Мне нужно связаться с их семьями.

Рэйчел выглядит разъяренной. Если представится возможность, она изобьет до полусмерти любого, кто встанет у нее на пути. Но я видел такое. Черт, я сам через это прошел. Это боль и горе. Ярость, единственный выход.

— Мне жаль.

Кайл выходит из трейлера. Он выглядит лучше, хотя, может, и не совсем в себе. Рейчел обнимает его за плечи.

Вдалеке слышится приближающийся вой сирен.

— Пора встречать гостей.

— Секунду. — Я достаю стикер с надписью "ПРИВЕТ, МЕНЯ ЗОВУТ ТАК" и маркер. Я пишу "НЕ ОБРАЩАЙ НА МЕНЯ ВНИМАНИЯ" и наклеиваю стикер себе на грудь, так что даже Рейчел морщится.

— Боже, опять это дерьмо, — говорит Рейчел. — Если ты собираешься это делать, хотя бы держись в стороне. Не хочу повторения прошлого раза.

— Эй, этот охранник врезался в меня, — говорю я.

— Я о том же.

— Справедливо.

Я смыл кровь с одежды и волос, но все равно чувствую себя немного липким. Даже если я не выгляжу так, будто искупался в сточной воде со скотобойни, мое присутствие здесь все усложняет. Я бы предпочел вообще не вмешиваться.

Три машины спецназа, шесть патрульных машин, две без опознавательных знаков, пожарная машина, два автомобиля скорой помощи, фургон коронера и вертолет. Я выбираю место на крыльце в стороне. Репортеры не заставят себя ждать.

Полицейские обычно доставляют больше хлопот, чем приносят пользы. Я не готов к трем часам интервью в тесной комнатке с плохим кондиционером. Но это не значит, что я не могу кое-что подслушать.

Рейчел машет машинам, когда они подъезжают. Один из детективов подходит поздороваться с ней. Крупный мужчина с усами как у Тома Селлека. Выглядит сурово, по крайней мере до тех пор, пока не подходит ближе к Рейчел. Тогда на его лице появляется беспокойство.

— С тобой всё в порядке?

— С нами все в порядке. Я не знаю, кто, черт возьми, были эти парни. Может быть, какой-то культ самоубийц? Они пришли и перестреляли всех. Мы забрались в один из бункеров как раз вовремя.

— А потом они поубивали друг друга?

— Я вытащил парочку из бункера. Но после этого они уничтожили друг друга. Последние подорвали себя гранатой. После этого провели зачистку. Насколько я могу судить, в живых остались только мы.

— Черт, Рейчел. Я бы хотел, чтобы ты...

— Хватит, Джефф, — говорит она. — Не время и не место.

— Ладно, — говорит он. — Но мы говорим об этом

Он поворачивается к Кайлу. Его глаза сужаются. Он бросает взгляд на Рейчел, которая коротко кивает ему.

— Как ты себя чувствуешь, малец?

— Я в порядке, пап, — говорит он. Его голос хриплый, как будто он говорит через ватные шарики.

Детектив Джефф отводит от меня взгляд, поворачивается, чтобы поговорить со своими людьми и отправить их выполнять свою работу. Спецназ начинает прочесывать местность, коронер устанавливает палатку. Рейчел была права, это будет настоящее шоу.

И тут начинается семейная драма. К трейлеру подходит женщина-полицейский, примерно того же роста, что и Рэйчел, такого же телосложения, с такими же вьющимися рыжими волосами, как у Рэйчел. Две Рэйчел сверлят друг друга взглядами.

— Хочешь помочь? — спрашивает детектив Джефф у Кайла в тщетной попытке разрядить обстановку. Кайл отмахивается от этого предложения. — Да ладно, ничего страшного. Я имел в виду, что ты можешь посидеть здесь, в машине. Понаблюдать за радиосвязью. Я не собираюсь тащить тебя на задний двор.

Кайл заметно расслабляется.

— Можно?

— Конечно. Пойдем, — Кайл уходит вместе с детективом Джеффом и клоном Рэйчел. Теперь остались только я и Рэйчел.

— Ладно, что это, черт возьми, было?