Не дожидаясь приезда бригады рабочих, принялись строить мост. На установленные накануне козлы уложили две полосы из досок и через два часа с помощью ночевавших рядом с нами шоферов благополучно перебрались на противоположный берег. Через час показались Качикатцы.

АЯМ

Качикатцы — большой поселок на правом берегу Лены, через который проходит Амуро-Якутская магистраль — АЯМ. Она связывает Якутию с железной дорогой. Строительство АЯМа начато в 1926 году. К 1931 году был сооружен участок от железнодорожной станции Большой Невер до города Алдана протяженностью 648 километров, затем дорога была проложена еще на 80 километров до Томмота. От Томмота до Якутска до последнего времени действовал лишь автозимник, который работал не более четырех с половиной месяцев в году. Весной, летом и осенью Якутск не имел автомобильного сообщения с железной дорогой. Грузы, которые по каким-либо причинам не могли быть доставлены в Якутск летом по Лене, застревали в Большом Невере и перевозились, когда на реках и болотах устанавливались ледяные мосты.

К лету 1963 года автозимник на участке Томмот — Качикатцы превращен в круглогодично действующую автомагистраль со щебеночным покрытием, мостами, трубами. Кратчайший путь от Качикатцев до Якутска — переправа через Лену у Покровска и далее по автомагистрали к Якутску. По этому пути и ходили всегда машины зимой. Но в летнее время наладить переправу через Лену между Покровском и Качикатцами трудно, так как река около поселка очень мелеет и построить подъезды к судоходному участку сложно. Поэтому решено продолжить автомагистраль в сторону Якутска по правому берегу. В будущем эта магистраль пойдет на северо-восток, к Хандыге и Усть-Нере, соединится с сетью дорог Магаданской области.

Южная часть Лено-Амгинского междуречья в отличие от ее северной части совершенно не обжита. Здесь самый безлюдный участок АЯМа. Узенькая ленточка дороги, а кругом нехоженая тайга. Даже вдоль дороги поселки встречаются редко. На участке от Лены до Амги протяженностью около 250 километров лишь три небольших промежуточных пункта, в которых живут строители дороги и работники метеостанции.

Местность пересеченная, холмистая. Часто встречаются пологие, длинные спуски и подъемы. Иногда на глаз даже трудно определить, поднимается машина в гору или спускается. Только мотор беспристрастно отмечал эти изменения, то успокаиваясь, то начиная сердиться. Вначале мы подумали, что с мотором творится что-то неладное, и даже пытались его регулировать и только позже сообразили, в чем дело: с горы легко, а в гору тяжело.

У реки Амги раскинулся поселок Буяга. Рядом с новыми домами группа почерневших деревянных домов без крыш. Дожди бывают редко и проходят быстро, поэтому и крыша необязательна. Влага впитывается землей, засыпанной на чердачном перекрытии избы. Раньше таких домиков без крыш было много, даже в Якутске их еще можно найти. Теперь с каждым годом их становится все меньше и меньше.

Амга в районе Буяги неширокая, и к концу лета ее можно переехать вброд. Однако в июне она полноводна, течение ее быстрое, поэтому переправляться приходится на пароме.

Сразу за рекой пейзаж резко изменился. Сначала трасса вилась вдоль речушки Модута, слева нависали скалы и утесы, затем она нырнула в тайгу. Кругом могучие сосны и лиственницы, в несколько раз больше тех, которые встречались нам на Лено-Амгинском междуречье. Здесь особый микроклимат и значительно теплее, чем в других районах Якутии, — средняя годовая температура воздуха около минус 6°, на 5° выше, чем в Якутске.

Местами дорожники достраивали магистраль. Им пришлось преодолеть на этой трассе немало трудностей. Несмотря на то что АЯМ действует давно, освоить магистраль было непросто. Особенно тяжело работать на заболоченных участках, куда пробраться можно лишь зимой. Насыпи расползались, тонули и исчезали в болоте, и в следующую зиму работу приходилось возобновлять чуть ли не сначала. Дорожники приобрели здесь богатый опыт, который позволит ускорить строительство новых дорог в Якутии. Потребность в них очень большая, ведь основными транспортными артериями для снабжения многих населенных пунктов и промышленных предприятий все еще остаются автозимники.

Автозимники в Якутии широко применяются потому, что их легко прокладывают в любом направлении, невзирая на речушки и болота. Пройдет в тайге бульдозер— зимник наполовину готов. Остается лишь машинам накатать колею. Зима длится в Якутии семь месяцев и больше, значит, в течение половины года автозимник вполне обеспечивает автомобильное движение. Все это приводит к тому, что грузооборот автомобильного транспорта зимой намного больше летнего.

Тайга резко оборвалась, прямо у леса начиналась вереница домов. Это Томмот — первый город на нашем пути. Городом, правда, его и назвать трудно: всего несколько улиц, дома деревянные, одноэтажные. В европейской части СССР любой рабочий поселок больше похож на город, но здесь не Европа, кругом тайга. Томмот расположен на ровной террасе левобережья Алдана, а на противоположном берегу раскинулся поселок Укулан, где находятся Управление слюдяной промышленности Якутии, пристань, перевалочные базы. В Укулане ведется основное строительство, а Томмот остался таким, каким он был два десятка лет назад. Попасть в Укулан в этот день нам было не суждено: паром прекратил работу.

ТОММОТ — ЗОЛОТОЙ УЗЕЛ

Город в тайге

Город Томмот основан в 1925 году на левом берегу Алдана, в том месте, где таежная тропа из Якутска достигала золотоносного района, который в двадцатые годы среди таежников и золотоискателей был известен как Томмот — золотой узел. В 1913 году якут В. К. Павлов нашел золото в верховьях Алдана. Амурские золотопромышленники, снарядив несколько экспедиций, обнаружили богатые залежи золота на реке Томмоте. Эта маленькая речушка и дала название золотоносному району. Несмотря на его удаленность и труднодоступность, сюда потянулись золотоискатели. В северо-американских и английских горнопромышленных кругах Томмотский золотоносный район назывался Русским Клондайком.

Империалистическая, а затем гражданская война помешала золотопромышленникам обосноваться в нем и захватить в свои руки его богатства. Лишь небольшие группы старателей проникали в глухую тайгу, чтобы промывать золото.

В 1923 году правительство молодой Якутской республики организовало золотодобывающий трест. Административным центром Томмотского золотоносного района тогда стал прииск Незаметный (теперь город Алдан), расположенный около одноименного ручья.

Добраться до Незаметного и завезти туда продукты питания в те годы было очень сложно. Грузы приходилось доставлять на огромные расстояния через реки, болота и топи, перевалы и осыпи. Основные пути сообщения с Томмотским районом шли со стороны Амура. Самым коротким считался путь от железнодорожной станции Большой Невер через прииск Лебединый — около 800 километров. Он близко прилегал к современной трассе АЯМа, но был гораздо извилистее. Грузы доставляли во вьюках на лошадях и оленях, а люди шли пешком. Летом они утопали в болотах, страдали от комаров, а зимой их подстерегали коварные наледи, незамерзшие речки, якутские морозы.

Не легче были и два других пути. От железнодорожной станции Могоча грузы переправляли по тракту до реки Енюке, где их перегружали на лодки. 700 километров водного пути, новая перегрузка, и еще 300 километров таежными тропами. Второй путь шел из Якутска, отсюда грузы направляли летом вниз по Лене и далее по Алдану до устья Селегдара, затем ожидали там зимы и перевозили по замерзшим таежным болотам. Общая длина последнего пути превышала 2,5 тысячи километров.

Обеспечение золотоискателей продовольствием было огромной проблемой. Тем не менее слухи о Золотом Том-моте распространялись, и начало 1924 года ознаменовалось стихийным движением амурских золотоискателей в алданскую тайгу. К Томмоту потянулись вереницы людей. Продовольствия не всегда хватало до конца дороги. Из-за отсутствия запасов фуража по пути лошади гибли. В заметках тех времен есть рассказы очевидцев, которые насчитали до двухсот лошадиных трупов на протяжении 50 километров. Гибли в тайге и люди.