Папа и Алан переглядываются и тут же выходят из палаты. Желание уничтожить тварей, что так поступили, пересиливает любые переживания.

— Юс, — внезапно раздается родной голос Рагнара, заставивший меня вздрогнуть. Я смотрю в его серые глаза и начинаю дрожать. Кожа прерывается мурашками, а тело перестает слушать меня. Я застываю.

— Рагнар, — шепчу хриплым голосом.

Взгляд мужа скользит по мне и задерживается на волосах. Между бровей появляется складка, а в глазах сожаление.

— Кудрявая моя. — Он находит своей рукой мою и крепко сжимает её. Я отмираю и наклоняюсь вперед. Положив голову ему на грудь, всхлипываю и начинаю рыдать. — Я здесь, Юс, — успокаивает меня Рагнар.

Мне не удается ничего сказать. Единственное, что я могу, это посильнее прижаться к нему. Почувствовать его рядом и расслабиться. Мой мужчина жив. Он со мной. Наши дети не станут спрашивать, где их отец. И я не стану той матерью, которая не знает, что им ответить.

Глава 26.

"...ОНА — ВНЕЗАПНЫЙ ВИХРЬ И БУНТ..."

Валериан

14 марта. 9:57.

Проклятье!

Неделя. Чертова неделя ада, в которой я побывал, украла у нас с Вивиен совместное время. Украла наши объятия по ночам, поцелуи и её аромат. Наш аромат. Он появлялся всякий раз, когда я ласкал тело Виви. Когда наслаждался вкусом моей конфетки и позволял почувствовать свой. Каждый раз, когда наше дыхание смешивалось и из её рта срывалась музыка. Искушающая мелодия разврата и любви.

Целую неделю у меня не было возможности вырваться из замка и поехать к ней. Не было возможности привести её к себе из-за опасности и многочисленных нападений. А мое физическое состояние стало самым главным препятствием. Я был прикован к постели три дня, а когда смог наконец-то встать на ноги, помогал братьям.

Поиски ублюдков, организовавших Лудус, оказались слишком утомительными. Несколько бывших министров и небезызвестных бизнесменов Умбры объединились, чтобы вновь провести игру. Нам удалось узнать их имена, но найти… Они слишком хорошо спрятались и действовали исподтишка.

Ко всему прочему, половина сил СУ и ЧК было брошено на поиски оставшихся игроков. Тех, кто выжил, вызволили из леса. А искать тела остальных никто не стал. На это не хватило ни времени, ни сил. Тем более моя семья находилась не в самом лучшем положении.

После Черного леса у Рагнара несколько раз были панические атаки. Юсейра находилась не в самом лучшем расположении духа из-за переживаний о нем. Она с каждым днем все сильнее седела. Коде и Оливии пришлось взять близнецов на себя, потому что невестке не хватало сил на детей.

Аурелию тоже стресс не обошел стороной. Лукьянову пришлось прописать ей капельницы, чтобы её состояние никак не повлияло на детей. Вместе с тем Демьян словно сорвался с катушек. Брат был на взводе из-за постоянных проблем.

Я и близнецы помогали ему чем могли. Хотя от меня не было особой помощи, потому Демьян постоянно напоминал о том, что мне надо отдохнуть. Мои раны не задели жизненно важных органов, но все равно беспокоили его.

В свою очередь мои мысли постоянно были заняты Виви и приступом, которого я ждал несколько дней. Но в этот раз ничего не произошло. Это вызывало у меня некоторые вопросы. Я даже допускал мысль, что за год передышки смог излечиться от недуга, стирающего мою память. Но сомнения все еще оставались.

Вопросы, касающиеся прошедшей недели, исчезают, как только я оказываюсь у дверей библиотеки. С не присущим мне нетерпением открываю двери и буквально врываюсь в помещение, пропитанное запахом книг и… ежевики. Наконец-то, черт возьми!

Мой взгляд скользит по стеллажам, пока я не натыкаюсь на Вивиен. Она стоит в дальнем углу и смотрит на меня с тоской в глазах. Сделав два нерешительных шага вперед, не выдерживает и, сорвавшись с места, бежит ко мне.

Тело Виви врезается в мое, и я крепко обнимаю её, игнорируя боль все еще заживающих ран. Зарывшись лицом в длинных волосах девушки, глубоко вдыхаю её аромат. За эти дни он ослаб, и мне казалось, что я вновь становлюсь мертвецом без него.

Моя женщина. Моя женщина. Я буквально не живу без неё. Чертов ад! Она мое небо над головой. Без Вивиен нет рассветов и закатов. Нет природы и стихий. Ничего нет. Без неё нет меня. И даже библиотека становится чужой.

— Конфетка, — шепчу я, целуя лицо Виви. Чувствуя на губах тепло ее кожи.

— Родной. — Она обвивает руками мою шею и прижимается своими губами к моим. Мягкое тело дрожит в моих руках. Ее глаза открыты, и в них стоят слезы.

Будь я проклят, если не готов похоронить себя в ее глазах. Подарить душу этой девушке. Душу, которую она во мне взрастила. Сделала меня — пустую оболочку — человеком. Она словно создала меня заново. Меня — монстра, отличающегося своим равнодушием к окружающему миру и людям.

— Я очень сильно по тебе скучала, — всхлипывает Вивиен.

— Ты не представляешь, что творилось со мной. — Я подхватываю Виви за ягодицы и несу к столу. Посадив её на край, раздвигаю ноги девушки и устраиваюсь между ними.

— Кровь? — взволнованно произносит она, когда видит пятна на футболке. — Откуда взялась кровь?

— Неважно, — сухо бросаю я, пытаясь поцеловать её, но конфетка не позволяет мне этого.

Вивиен судорожно поднимает мою футболку и стягивает ее с меня. Увидев шрамы, удивленно вскидывает брови.

— Что это, Валериан?

Я скрыл от неё новость о своем ранении, чтобы она не переживала. Но теперь придется рассказать обо всем. Все равно я собирался поговорить с ней. У нас есть что обсудить. И я больше не хочу скрывать наши отношения. Сегодня эта девушка не выйдет из этого замка. Она моя до последнего вздоха, черт возьми.

— Я попал в небольшую ловушку, — ровным тоном объясняю ей. — Но это не так серьезно, как кажется. Со мной все хорошо.

— Я причина тебе боль. — Виви пытается спрыгнуть со стола, бегая взглядом по библиотеке. — Ты истекаешь кровью.

— Нет, — рычу, задерживая конфетку и прижимаясь к её лбу своим. — Не сейчас. Прошу. Только не сейчас. Ты нужна мне.

Вивиен вздрагивает после моих слов и теряется на мгновение. Воспользовавшись этим, я снимаю её очки и убираю их в сторону. Хочу поцеловать девушку, но как назло в кармане начинает вибрировать мобильный. Раздраженно вздохнув, я достаю его и отвечаю на звонок. Это может быть важно. Сейчас все важно.

— Поймали Фралова, — раздается голос Исаака. — Демьян спустил его вниз. Ты идешь?

— Сейчас приду, — холодно говорю я, прежде чем прервать связь.

Фралов Роман — организатор Лудуса. Именно он подстегнул остальных возобновить игру. У него имелись свои личные счеты с Демьяном. И сейчас мне нужно было присоединиться к брату, пока он будет пытать ублюдка.

— Мне нужно помочь Демьяну. Но я вернусь, — шепчу в губы Виви, оставляя на них легкий поцелуй. — Ты будешь ждать меня. Ясно?

— Да. — Её взгляд все еще прикован к моим ранам.

— Со мной все нормально, конфетка. — Я отстраняюсь и натягиваю футболку. — Скоро буду.

Вивиен слегка кивает мне, и я покидаю библиотеку. Последнее, что вижу — это тоску в её глазах. Она странным образом поселяется в моей груди, как яркое воспоминание. По коже бегут мурашки. Но я не придаю этому значения и быстрым шагом направляюсь к брату.

***

Вивиен

После ухода Валериана в моей груди появляется странное предчувствие. Я ощущаю себя в подвешенном состоянии, хотя для этого нет причин. Но тревога в сердце слегка оттесняет радость, вызванную встречей с Власовым.

Мы не виделись неделю, и за это время я словно вернулась в свой маленький, полный одиночества мир. Валериан писал мне и звонил, но я все равно чувствовала его отсутствие. Меня не покидал страх того, что короткая разлука может затянуться. Я привязалась к мужчине настолько, что начала до ужаса бояться жизни без него. Словно если он исчезнет, то вместе с ним исчезну и я.

Любовь к Призраку вышла на совершенно другой уровень. Она превратилась в живое существо, в зверя. Он впивался когтями в мою грудь, разрывая её все сильнее и сильнее. Требовал отдать все, будто во мне могло еще что-то остаться. Хотел поделить мое сердце надвое, чтобы убедиться в том, что даже внутри него живет только безумие, покорившееся безумцу. И я готова была доказать ему, что это так.