— Всё, — сказал Борган через несколько минут, когда последний предмет был успешно извлечён. — Теперь можно и на рынок.

— Тогда не будем терять времени, — кивнул я, кинув взгляд на солнце, неудержимо клонящееся к закату.

Когда мы вышли из дома и под контролем Боргана двинулись в сторону рынка, он прогудел:

— Повезло вам с домом конечно… Рынок тут совсем недалеко, так что это не займет много времени.

Рынок Мерридора располагался на широкой площади, окружённой двухэтажными домами, и не смотря на вечернее время суток, здесь все равно было очень много разумных. Как только мы вышли на эту площадь, то со всех сторон нас наперебой начали оглушать торговцы, отчаянно расхваливающие свои товары перед толпящимися покупателями, а в нос ударило запахом пряностей, жареного мяса, и свежими овощами.

— Держись рядом, — сказал Борган, бесстрашно входя в толпу. — Здесь очень легко потеряться, а вот снова найтись… Та еще проблема.

После этого мы медленно двинулись между рядами, и я всеми силами старался запоминать, где что находится, но после второго поворота понял, что не смотря на все усилия, безнадёжно заблудился, а вот Борган шёл уверенно, словно знал тут каждую палатку.

Первым делом мы направились к мясным рядам, где Дворф с видом знатока осмотрел предложенный товар, немного поторговался и в конце концов выбрал несколько туш, за которые я отдал 20 филок четвертого круга.

За мясом последовали овощи, крупы, травы, соль… Борган торговался с таким азартом, что продавцам не оставалось ничего другого, кроме как горько вздыхать и капитулировать перед бесстрашным натиском дворфа…

Прошел где-то час, и за это время мы прошли только четверть всего рынка, но закупили СТОЛЬКО всего, что у Боргана начало заканчиваться место в его волшебной сумке, и поэтому мы решили потихоньку выдвигаться в сторону дома, тем более, что солнце уже окончательно зашло за крыши домов, и многие продавцы начали закрывать свои лавки.

— Кейрон, — вдруг сказал Борган, когда мы вышли за пределы рынка. — А ты вообще знаешь, что делаешь?

— В каком смысле? — не понял я, на что Борган спокойно пояснил:

— В самом прямом. Ты берёшь на себя клан, который уничтожили самые могущественные силы в Сиале, ты собираешь разумных, которых эта сила уже пыталась стереть с лица земли, и тем самым ты идёшь против системы… Ты это понимаешь?

Кинув быстрый взгляд на невозмутимого внешне дворфа, я ответил:

— Понимаю, но у меня нет другого выбора, и я даже рад, что оно все так получилось.

— Почему?

— Потому что если не я, то кто? — сказал я. — Система не просто так сделала меня главой именно этого клана… Это знак.

— Это не ответ, — покачал головой Борган, на что я раздосадованно поморщился и сказал:

— Тогда так: я хочу, чтобы хотя бы в этом мире было место справедливости, и чтобы его жители могли жить так, как сами того пожелают, а не служить безмолвными болванчиками в играх великих… И я готов за это бороться.

Борган посмотрел на меня долгим взглядом, а потом его лицо расплылось в мягкой улыбке, после чего он сказал:

— Это очень хороший ответ… Ладно, пошли домой, монарх… Нас ждет очень много работы.

Тот вечер очень плохо отложился в моей памяти, но ключевые моменты я помнил прекрасно.

По пути домой нам с Борганом, вопреки ожиданиям, никто не встретился, и мы без всяких приключений вернулись в наш кланхолл, где выгрузили свои покупки, и дом сразу же ожил.

Жаклин, под чутким руководством Шани, забрала все продукты и ушла в сторону импровизированной кухни, где Шани начала отдавать ей команды с таким рвением и старанием, будто всю жизнь проработала шеф-поваром в лучшем ресторане Илиума.

— Мясо сюда! Овощи — на стол! Где у нас травы? Кейрон, только не говори мне, что травы не купил!

— Купил, купил, — отмахнулся я от разгневанной девушки, выгружая из инвентаря пучки каких-то душистых растений, названия которых даже не запомнил, на что она сразу смилостивилась, и ободряюще кивнув, произнесла:

— Молодец, жить будешь.

Пока девчонки занимались кухней — все остальные взялись за приведения дома в порядок. Я пошел помогать Илюхе, который объявил пыли войну на уничтожение, Лориэн, вооружившись тряпкой и ведром, начал оттирать полы с таким азартом, будто этим действием он хотел компенсировать годы своего ничегонеделания на площади Илиума, а Борган же решил заняться старой мебелью, которая была свалена в одной из дальних комнат, и искал там что-то относительно приличное, что можно было приспособить под наши нужды.

Когда он находил что-то живое, то дергал или меня или Илью, после чего командовал:

— Это кресло сюда, этот стул — в столовую, а этот стол можно спустить в гостиную… Пригодится.

Ближе к полуночи наш дом окончательно преобразился, и нет, из-за того, что мебели в нем практически не было — его было очень тяжело назвать уютным, однако пыль исчезла, окна блестели, а в гостиной горел камин, отбрасывая на стены тёплые отсветы.

Мы как раз заканчивали с переноской дивана, когда на пороге кухни появилась Шани с парящей поварешкой в руке, и оглядев наше уставшее воинство своими смеющимися глазами, с улыбкой на губах сказала:

— Ну что… Кто голодный?

— Все! — хором ответили мы, после чего не сговариваясь ринулись в сторону столовой, откуда доносились по-настоящему умопомрачительные запахи.

Ужин был… Шедевральным. Шани и Жаклин умудрились приготовить из наших запасов нечто среднее между рагу и похлёбки, но пахло это так, что я чуть слюнями не захлебнулся, пока получал свою порцию.

Да что там я… Даже Лориэн, забыв про все свои эльфийские приличия, уплетал ужин за обе щеки и приговаривал:

— Ох, Шани, Жаклин… Это удивительно! Давно я так вкусно не ел!

Борган, напротив, ел медленно, с достоинством, но по тому, как быстро опустошалась его тарелка было прекрасно видно, что стряпня девчонок ему тоже пришлась по вкусу.

— Шани, — сказал я, когда первый голод был утален. — Ты так и не рассказала о результатах своего похода на рынок наемников… Получилось что-то узнать? Как там вообще обстоят дела с прислугой? Получилось найти хоть каких-то кандидатов?

Девушка отложила ложку, услышав мой вопрос, и серьезным голосом произнесла:

— Да, у меня получилось найти несколько подходящих вариантов… В соседнем квартале есть пара женщин, которые раньше прислуживали в богатых домах, помимо них есть один старик, бывший дворецкий. Его прошлый хозяин разорился и этому старику пришлось уволиться, чтобы хоть как-то прокормить семью. Я даже нашла готового к найму гнома, который умеет очень вкусно готовить — правда, только гномью и дворфийскую кухню.

— И сколько же стоит найм всех этих разумных? — осторожно спросил я, предчувствуя, что ответ мне не понравится, и Шани меня не разочаровала, честно ответив:

— Много. Нам нужен самый жесткий контракт, и это реально стоит очень много, и если брать всех, кто нам нужен, то филок надо… — она замялась. — В общем, это вопрос завтрашнего дня.

Я на это согласно кивнул, после чего вновь сосредоточился на еде, которая преступно быстро закончилась, а потом, после плотного ужина, перед нами в полный рост встал вопрос с предстоящим ночлегом.

Обычно это не было большой проблемой, однако все упиралось в то, что мебели в нашем доме было кот наплакал: один диван в гостиной, одно кресло, пара стульев, и… всё.

— Ну, — протянул Борган, услышав озвученную проблему. — С комфортом разместиться явно не получится.

В этот момент к нему подошел Лориэн, и хлопнув его по плечу, произнес:

— Дружище, неужели ты спать собрался? Пошли, пропустим по стаканчику, повспоминаем былое… Заодно и переночуем где-нибудь в городе, не будем молодёжь смущать.

— А что, это идея! — оживился Борган, и тут же добавил:

— Я знаю в городе одну таверну, там эль подают такой, что… — он мечтательно закатил глаза, на что Лориэн кивнул и ответил: