- Не надо «Скорой помощи»! Я в порядке… УУУФФФ!!!
Вождь озабоченно-участливо на него глядя:
- Тогда может коньячку, Борис Михайлович? Грамм сто? Кликнуть обслуге?
Маршал Советского Союза ломался недолго:
- А Вы знаете… Не откажусь!
Под взглядами Вождя и главы НКВД приняв «на грудь» и не поморщившись закусив долькой лимона, он в полном недоумении:
- Я не ослышался? Вы предлагаете мне должность военного атташе в Германии?
Вождь приподнял бровь:
- А почему Вы так удивлены, Борис Михайлович? Вы же знаете мои слова: «Мы имеем крупные победы, мы сильнее всех политически, мы сильнее экономически, но в разведке нас разбили. Поймите, разбили нас в разведке. Мы должны создавать свою разведку. Хорошая разведка может отсрочить войны. Сильная разведка врага и наша немощь — провокация войны. Нельзя быть слепым, надо иметь глаза. Значит надо иметь сильную разведку и контрразведку148».
Сталин замолчал и молчал он до тех пор, пока Шапошников не подтвердил:
- Помню, Иосиф Виссарионович. Вы сказали это в 1937-м году на совещании Военного Совета при Наркомате обороны СССР.
Сталин поднял указательный палец вверх:
- В тридцать седьмом году, заметьте! И что с той поры изменилось в области разведки…?
Не дождавшись от Шапошникова ответа, ибо тому собственного говоря отвечать то и нечего было, он смотря в его бегающие глаза:
- …Ровным счётом ничего! Начальники Разведуправления меняются как перчатки, а наша «немощь» как была – так и осталась.
Лаврентий Павлович повёл бровью при этих словах - уличающих «конкурентов» его «Внешней разведки» и, попытался было вставить словечко…
Поняв сии намерения и осадив его тяжёлым взглядом, Сталин продолжил:
- И я вот и подумал: а может дело не в начальниках военной разведки? А в работе так сказать – «на местах»? В том, что заграничную резидентуру очень трудно контролировать из Москвы?
После сей преамбулы, он перешёл собственно к делу:
- Я решил создать свою собственную зарубежную разведку и во главе её поставить Вас, уважаемый Борис Михайлович!
С минуту до того доходил смысл услышанного, после чего маршал в полнейшем изумлении воскликнул:
- Меня?!
- Вас. Должность Военного атташе в Берлине – это всего лишь «крыша», или «прикрытие».
Сталин посмотрел куда-то ввысь «через потолок» и мечтательно:
- Уверен, что в будущем про Вас книги напишут и фильмы снимут – «Глава личной разведки Вождя», «Семнадцать мгновений…». Или, ещё как – потомки насчёт названий очень изобретательны… Будут!
Борис Михайлович совсем растерялся:
- Я никогда не был…
Заговорщически подмигнув:
- Шпионом?
Ободряюще похлопав по плечу слегка побледневшего при последних словах собеседника:
- Даже в детских мечтах? Ничего, ничего… Научитесь. Я ведь тоже никогда раньше не был тем, кем в данный момент являюсь. И ничего – вроде бы получается, товарищ Берия не даст соврать.
Улучив момент, Берия всё-таки вставил свои «пять копеек»:
- А не будет ли странно, что военным атташе назначен бывший Начальник Генерального штаба в звании маршала?
Сталин лишь пожал плечами:
- Ещё Суворов говорил: «Удивить – значит победить!».
Затем встав и не спеша прохаживаясь вдоль стола, как будто рассуждая вслух:
- В прошлом году мы присоединили свои западные земли, утраченные в 1920-м благодаря авантюре этого «Красного Бонапартика» - Мишки Тухачевского. С одной стороны это можно только приветствовать, но с другой - у нас образовалась большая общая граница с Германией во главе с Адольфом Гитлером…
Остановившись напротив внимательного слушающего Шапошникова, он поднял указательный палец вверх:
- …А это уже не есть хорошо!
Тот, уверенно:
- Гитлер не решится воевать на два фронта.
Сперва с ним согласившись:
- Согласен, Борис Михайлович: Гитлер – авантюрист, но отнюдь не дурак…
По принципу дилетантов «мало ли что?», Сталин высказал своё опасение:
- …А если «второй фронт» исчезнет? В результате разгрома англо-французской коалиции, или подписания какого-нибудь «Второго Мюнхена» - объектом которого станет уже не Чехословакия с Польшей, а Советский Союз? Тем более так «прославившись» в Финляндии, мы в глазах Гитлера и его генералов представляем собой лёгкую добычу.
Не услышав возражений, он продолжил маршрут вокруг стола, продолжая в весьма сокровенно-доверительном тоне:
- Нам нужно продержаться хотя бы до лета 1942-го года, когда после завершения ключевых строек Третьей пятилетки и, перестройки и перевооружения Красной Армии, мы станем гораздо сильнее. Как я говорил ещё в 1937-м году «Хорошая разведка может отсрочить войны»…
Вновь остановившись напротив Шапошниковым, Вождь задал вопрос:
- …А как она это может сделать? Как советская разведка может хотя бы на год (а лучше на два, три или навсегда!), отсрочить нападение Германии на СССР?
Тот честно признался:
- Не имею ни малейшего представления, Иосиф Виссарионович.
Укоризненно покачав головой за недостаток воображения, Сталин выдвинул свою версию:
- Советская разведка может убедить германских генералов в том, что Советский Союз – не такая уж и «лёгкая добыча». Что слухи о слабости Красной Армии – несколько преувеличены. Что как бы не страдали народы СССР от «большевистского режима», но попытку сменить его гитлеровским «новым порядком» - встретят в штыки.
Пристально глядя на «халдейкий» пробор на голове без пяти минут атташе, он продолжил свою мысль:
- А убедить их может лишь тот, в котором «лощённые» германские генералы увидят им подобного и признают за «своего»…
И разведя руками:
- …Кроме Вас, Борис Михайлович, я другого такого в СССР не знаю! Нынешний наш военный атташе в Берлине – комкор Пуркаев, способен находить «общий язык» лишь с берлинскими блядями, работающими на «Абвер».
Должно быть до Шапошникова докатились кое-какие слухи о грядущих кадровых перестановках и он осторожно предложил другую кандидатуру:
- А чем Вам не глянулся Михаил Бонч-Бруевич, Иосиф Виссарионович? Он то, уже при старом режиме генералом был – фронтами командовал в Империалистическую! Ему с германскими генералами есть что вспомнить, о чём поговорить…
Сталин не стал наводить тень на плетень, категорически отвергнув такую идею:
- Генерал-майор Бонч-Бруевич нужен мне здесь, при Генштабе как технический специалист в области воздушной разведки. Боюсь что как и Вас в Берлине, в этом деле ему замены во всём Советском Союзе не отыщется.
Видя по глазам, что Шапошников уже фактически согласился, он добавил:
- Ну и опять же разведывательные функции на Вас, мой друг. Если Гитлер всё-таки решиться напасть на СССР, я должен это знать хотя бы за месяц. Для этого Вам передаётся вся советская разведывательная сеть в Германии, сумейте ею правильно распорядиться. Ну и среди германских генштабистов не мешало бы завербовать парочку…
Перейдя на чуть ли не «интимный шёпот»:
- …А то и военный заговор против фашистского режима организовать, в случае если Фюрер замыслит против СССР что-нибудь недоброе! Неужели там не найдутся свои недовольные им «Тухачевские, Уборевичи, да Якиры»? Да быть такого не может! У нас то, товарищ Берия то и дело выявляет недовольных Сталиным.
Тот издал что-то вроде «Да, уж!» и снова ушёл «в тень».
Конечно, Великий Вождь изрядно лукавил - ибо именно «отсрочки войны» он боялся больше всего на свете.
Во-первых, по его твёрдому убеждению войны всё равно не избежать.
Во-вторых, отсрочив нападение Гитлера на год, он тем самым обесценит своё «Послезнание» и, хотя бы в её начальный период словами потомков - будет воевать в «тумане войны».
А-третьих, в то время как СССР и Красная Армия будут усиливаться, Третий Рейх и Вермахт тоже не будут прозябать в бездействии.
