10 сентября были проведены сразу несколько «еврейских акций»: в Ружине, предположительно, оперативная команда 5 расстреляла 750 евреев{75}, а в Чуднове 303-й полицейский батальон - ок. 900 (?) евреев{76}. Батальон находился в Чуднове с 5 до 23 сентября 1941 г. Приказ о расстреле взрослых евреев, отданный командованием полка, командир батальона майор Ганнибал передал командиру 3-й роты Францу Фальтеру, а тот поручил выполнение этого приказа командиру 4-го взвода лейтенанту Герберту Шульцу. Одни члены роты забирали евреев из домов, другие доставляли их на место казни за посёлком (пешком или на грузовиках), третьи поехали вперёд и оцепили территорию. На месте казни имелись вырытая яма и колодец. Жертвы должны были становиться группами на край ямы лицом к ней, и 4-5 стрелков убивали их выстрелами в затылок из пистолетов. Другие евреи должны были становиться на колени у края колодца, повернувшись лицом к нему, после чего их убивали аналогичным способом. Свидетель расстрела, бывший оберсекретарь полиции Отто Шмидт, на допросе в 1961 г. показал{77}:
В одно место за населённым пунктом на грузовиках нашего батальона были привезены 300-400 евреев. В указанном месте на возвышенности была вырыта яма размером примерно 6 на 4 метра... Там была расстреляна часть обречённых. Я сам некоторое время был очевидцем этой акции. Так как яма не могла вместить всех доставленных людей, оставшиеся евреи были казнены у находящейся рядом шахты... Жертвы поодиночке подходили к шахте, и затем один стрелок убивал их выстрелом в затылок из пистолета. Одновременно с выстрелом стрелок толкал жертву сапогом в шахту. Как звали этого стрелка, я не знаю... Его должны были сменить после определённого количества жертв, однако он настоял на том, чтобы продолжать казнь. Насколько я знаю, этот палач один расстрелял около 300 евреев...
Среди подлежащих расстрелу евреек находилась одна девушка лет двадцати двух, которая руководителю казни Шульцу дала понять, что у неё есть маленький ребёнок. Она просила сохранить ей жизнь. Несколько присутствующих женщин это подтвердили. Оказавшись невольным свидетелем этой сцены, я напряжённо следил, какое решение примет Шульц и пытался воззвать к его человеколюбию, чтобы добиться освобождения несчастной. Я сказал: «Герберт, ведь есть постановление, чтобы женщин и девушек не расстреливали, тем более, если у них есть маленькие дети». Шульц ответил дословно: «Чепуха! Баловник и без матери будет большим». Я лично видел, как эта девушка была расстреляна...
В этот же день были уничтожены 140 евреев в Райгородке (Янушпольский р-н){78}, все евреи в Белиловке{79} и примерно 200 евреев (женщины, дети и старики) в Троянове{80}. Примерно тогда же в Коростене зондеркоманда 4а провела свою последнюю «еврейскую акцию», завершив тем самым ликвидацию евреев в этом городе. Расстрелом руководил фюрер зондеркоманды 4а Пауль Блобель. В своём послевоенном аффидавите от 6 июня 1947 г. он эту акцию описал так:{81}
6. Я присутствовал на нескольких массовых казнях, и в двух случаях мне было приказано руководить ими.
В августе или сентябре 1941 г. состоялась казнь близ Коростеня, в ходе которой были расстреляны 700-1000 человек. На ней присутствовал д-р Раш. Я разделил своё подразделение на несколько экзекуционных команд по 30 человек каждая. Сначала подчинённая полиции украинская милиция, население и члены зондеркоманды схватили людей и приготовили массовые могилы. Из общего числа подлежащих казни лиц каждый раз по 15 человек отводились на край массовой могилы, где они становились на колени лицом к могиле. Тогда одежда и ценности ещё оставались на обречённых. Позднее это изменилось.
Экзекуционные команды состояли из членов зондеркоманды 4а, милиции и полиции. Когда люди были готовы для казни, один из моих офицеров, возглавлявший экзекуционную команду, отдал приказ стрелять. Поскольку жертвы стояли на коленях на краю массовой могилы, после выстрелов они падали, как правило, сразу в неё. Я всегда использовал довольно большие экзекуционные команды, так как был против использования специалистов по расстрелу в затылок. Каждая команда стреляла примерно один час и затем сменялась. Ещё не расстрелянные люди были собраны близ места казни и охранялись членами команды, которые в тот момент не участвовали в расстреле. Описанную здесь акцию я лично контролировал и видел, что никакие перегибы места не имели.
Вероятно, 10 сентября были расстреляны и 3200 (?) евреев из Новоград-Волынского и окрестностей{82}. Эту акцию провела, по всей видимости, 3-я рота 45-го резервного полицейского батальона{83}. Собранные в тюрьме остатки евреев города (319 человек) расстрелял ремонтный взвод 1-й мотобригады СС, который находился в городе с 12 сентября. Командир взвода унтерштурмфюрер СС Макс Тойбнер (Мах Täubner), как значится в приговоре Верховного суда СС и полиции в Мюнхене от 24 мая 1943 г.,{84}
...От украинского бургомистра узнал, что в тюрьме находится свыше 300 евреев, которых бургомистр попросил расстрелять. Обвиняемый слышал, что вермахт выдал еврейкам удостоверения... Так как, по его мнению, вермахт был слишком сентиментальным, он решил со своим взводом произвести казнь. За городом украинская милиция вырыла яму, в которой евреи - мужчины, женщины и дети - должны были стать на колени. Затем они по команде были убиты выстрелами в затылок, с близкого расстояния.
Командовавший расстрелом евреев шарфюрер СС Эрнст Гёбель на допросе 25 марта 1976 г. показал{85}:
С расстояния в один метр расстрельный отряд по моей команде стрелял сзади из карабинов, в основном в затылки жертв. Перед каждым залпом Тойбнер давал мне приказ: «Давай, стреляй». Я только воспроизводил приказ Тойбнера. Это происходило так: я солдатам расстрельного отряда давал команду «изготовиться -огонь». После этого звучал залп.
Тем временем роттенфюрер Абрахам застрелил из пистолета примерно пять детей. Речь шла о детях, которым, по моей оценке, было от двух до шести лет. Абрахам убивал детей жестоким способом. Он хватал их за волосы, поднимал над землёй, стрелял им в затылок и затем бросал в яму. В конце концов, я больше не мог этого видеть и сказал ему, что он должен это прекратить, имея в виду, что он не должен поднимать детей за волосы, он должен убивать их приличным способом.
В первой декаде сентября 1-я мотопехотная бригада СС продолжала чистку территории области севернее дороги Коростень - Белокоровичи и расстреляла при этом, по крайней мере, 88 евреев, в том числе в Овруче 7 сентября - 18{86}.
В начале сентября был произведён расстрел части евреев в Мирополе, где с начала августа до начала сентября 1941 г. находился 303-й полицейский батальон. 5 сентября 1941 г. батальон убыл в Чуднов, а из Чуднова 23 сентября 1941 г. - в Киев. Перед перемещением в Чуднов батальон уничтожил как минимум 100 евреев в Мирополе{87}. Возможно, это произошло 5 сентября 1941 г. В этот день полицейский полк «Юг» расстрелял 144 еврея{88}. Возможно, это произошло именно в Мирополе{89}. О событиях в Мирополе бывший «шписс» (старшина) 1-й роты батальона Герман Тайхерт (Hermann Teichert) рассказывал следующее{90}:
В Мирополе я устроился в доме одной еврейской семьи. Евреи могли и дальше жить в этом же доме. Мой командир роты Альтендорф тоже поселился в еврейском доме. Вернувшись с совещания у командира батальона Ганнибала, Альтендорф сказал мне, что из штаба полка поступил приказ, согласно которому мы должны расстрелять евреев в Мирополе. Ганнибал будто бы заявил на том совещании, что он не будет выполнять этот приказ, так как полицейский батальон откомандирован не для расстрела гражданских лиц.
Ещё тогда, когда мы находились в Мирополе, Альтендорф вновь был на совещании у командира батальона, и после своего возвращения он мне сообщил, что штаб полка требует донесение об исполнении приказа Если я правильно помню, тогда на совещании будто бы говорилось о том, что нужно найти какой-нибудь повод для расстрела евреев, чтобы всё выглядело законно. Но за этим делом мы дальше не следили. Вскоре мы покинули Мирополь.
