Трудно передать, что там творилось. Кругом стрельба, крики обречённых на смерть людей. Перед расстрелом жертву ставили на колени и стреляли в затылок. Если трупы не падали в овраг, их сбрасывали евреи из «рабочей команды». Там, в глубоком овраге трупы горели беспрерывно.
Мне для расстрела подводили мужчин и женщин, детей я не убивал.
Перед расстрелом всем нам полицейским давали самогон определённую норму, а продукты питания мы брали из дома.
Два раза после окончания расстрелов я получал от коменданта, вернее, по разрешению коменданта Гартунга, вещи расстрелянных, в частности, мужской полушубок, демисезонное мужское пальто, различное женское бельё и обувь для жены.
Вместе со мной выезжали в с. Богдановку и убивали там людей из отряда «зельбстшутц» хутора Богдановского [следуют 18 фамилий] староста Фальтес Иосиф. Возможно, там были и другие, но я не помню.
Доманевский р-н.
Расстрелы евреев из Бессарабии также происходили в районном центре Доманевка. Согласно материалам ЧГК, в Доманевку с 10 сентября до 18 декабря 1941 г. было пригнано 20000 евреев «из Одессы{407}, Одесской обл. и Молдавской ССР». 19 декабря 1941 г. начались расстрелы евреев, и до 15 февраля 1942 г., предположительно, было расстреляно или умерло от голода и болезней около 18000 человек{408}.
Согласно «Сообщению контрразведки № 310» инспектора жандармерии в Транснистрии от 18 февраля 1942 г., озаглавленного «состояние гетто и еврейских лагерей в регионе Балта»{409},
В лагере Доманевка, уезд Голта (прежде Кривое Озеро), командир роты жандармерии уезда и лейтенант Давидеску, начальник бюро полиции и сигуранцы легиона жандармерии Голта, установили, что украинцы, которые охраняли лагерь, казнили примерно 15000 евреев.
Командир роты жандармерии Голты прибыл на место и установил следующее:
В лагере Доманевка он был как раз тогда, когда два вооружённых украинца вели на расстрел группу примерно в 50-60 евреев. Украинцы доложили капитану, что имеют приказ вышестоящего начальства расстрелять евреев. Но они, однако не смогли предъявить письменного доказательства. В связи с этим офицер произвёл инспектирование лагеря и констатировал, что условия жизни и гигиены оставляют желать лучшего.
Вот некоторые сцены, описанные офицером:
- В полуразрушенном доме в лагере находились 4-5 трупов евреев, обглоданных собаками, в то время как множество больных и умирающих евреев смотрели на эту сцену.
- Рядом с лагерем находилось множество трупов, некоторые из которых не погребённые, а другие были погребены неглубоко и были видны кончики их ног.
- В радиусе нескольких сотен метров вокруг лагеря неописуемая грязь, которая с приходом весны в сочетании с трупами, без сомнения, превратится в очаг инфекции.
Изучив данное положение, офицер приказал прекратить казни, а трупы умерших от тифа и мороза захоронить на глубине 5 метров и построить уборные.
Находившийся в лагере в Доманевке Лев Рожецкин (в 1941 г. - 14 лет), который был вывезен из Одессы 12 января 1942 г., в 1944 г., вспоминал{410}:
[Доманевка] Это районный центр, небольшое местечко. С двух сторон Доманевка окружена холмами. Вокруг тянутся поля. Вот лесок, красивый небольшой лесок. На кустарниках, на ветках ещё до сих пор висят лохмотья, клочки одежды. Здесь под каждым деревом могила. Здесь были расстреляны тысячи людей.
Вот большое кладбище животных. Здесь зарыты тысячи лошадей, коров и... евреев. Вот большой глубокий ров - здесь фашисты расстреляли четыреста евреев. Видны скелеты животных и людей... Вот большое разрушенное здание бывшего клуба. Здесь был концлагерь. Доманевка - кровавое чёрное слово. Доманевка - центр всех убийств и смертей. Сюда пригоняли на смерть со всех концов тысячные партии людей. Этапы следовали один за другим беспрерывно...
Но мы сюда не сразу попали. Из Сиротского нас гнали в Мостовое, из Мостового - в Лидиевку. Из Одессы нас вышло 3000 человек, в Лидиевку пришло человек 500. Здесь мы пробыли месяц и пять дней. Людей снова поместили в конюшни, в развалины. Ужасы Лидиевки я описывать не буду, скажу только, что в Доманевку выгнали уже маленькую кучку людей. Кроме нашей семьи, из этапа почти не осталось никого.
Горка
На окраине Доманевки находились две полуразрушенные конюшни. В апреле 1942 г. из Доманевки сюда стали перегонять евреев. Из бараков не выпускали, грязь по колено, люди оправлялись тут же... Трупы лежат - как в морге. Плачут голодные дети и рыдают женщины... Протяжные, жуткие стоны умирающих... Тиф. Дизентерия. Гангрена. Смерть.
Беспомощное состояние мучеников использовали мародёры. Они продавали суп - кружками, за несколько ложек отвратительной смеси брали необычайно высокую цену. Но голодный человек отдаст все за кусочек корочки...
Люди тысячами умирали, заживо гнили в бараках. Трупы сбрасывали в кучу. Обезумевшие люди раздевали их догола, чтобы потом променять одежду на сухари. И постепенно образовывались такие горы трупов, что страшно было смотреть! Я говорю - горы не в кавычках. Как сейчас помню наваленные друг на друга тела... В разнообразных позах старики, женщины, дети лежали посиневшие, абсолютно голые. Мёртвая мать сжимала в объятиях мёртвого ребёнка... Ветер шевелил седые бороды стариков...
Сейчас я думаю: как я тогда не сошёл с ума?! Недаром говорят, что нет крепче человека! Днём и ночью со всех концов сюда сбегались собаки. Доманевские псы разжирели, как бараны!.. Днём и ночью собаки грызли человеческое мясо, грызли человеческие кости! Запах стоял невыносимый...
Однажды господин претор соизволил проехаться вблизи этих мест и увидел это «великолепное» зрелище. Конечно, у этого господина получилась рвота. Джентльмен не выдержал...
Только после этого он отдал приказ - убрать трупы. Начальниками полиции Доманевского р-на были предатели Никора и Козакевич. Один из полицейских, лаская своего пса, говорил: «Ну, что, Полкан, наелся жидами?» Вот что делалось на этой знаменитой Горке...
Очевидец массовых расстрелов Исаак Ковалёв (в 1941 г. - 58 лет), работавший сторожем в больнице, рассказал{411}:
...Особенно много [евреев] было расстреляно в декабре 1941 г. и январе 1942 г. За это время было расстреляно более 15000 человек еврейской национальности. Расстрелы производились в большинстве случаев на окраинах м. Доманевка: в лесу возле здания райисполкома и на поле, где находилось скотское кладбище и салотопка...
Из местных полицейских принимали участие в массовых расстрелах евреев нижеследующие лица [следуют фамилии 11 человек]. Указанные лица собирали по м. Доманевка евреев - мужчин, женщин и детей, выводили и которые не могли ходить - вывозили на окраины м. Доманевка, где сначала забирали одежду и ценности, затем расстреливали и частично трупы расстрелянных сжигали, а частично закапывали в подготовленные для этой цели ямы.
Об участии вышеперечисленных лиц в массовых расстрелах еврейского населения мне известно потому, что я очень часто был очевидцем, когда указанные полицейские собирали в Доманевке евреев, сопровождали их на окраину, т.е. на скотское кладбище, где и производили расстрел. Место расстрела находится недалеко от моего дома, и мне хорошо было видно, когда расстреливали, кто именно расстреливал и забирал вещи. Кроме того, в декабре 1941 г., по распоряжению начальника полиции Никоры, я вместе с жит.[елями] м. Доманевка Горобец Павлом и Бойченком Иосифом ходили копать ямы в лесопосадке возле райисполкома, где мы по указанию Никоры использовали имеющиеся там окопы, сооружённые ещё при обороне м. Доманевки. Эти окопы мы углубляли, после чего полицейские Олейник Игнат, Кохановский и Кузниченко привозили на подводах евреев, среди которых частично были уже мёртвые, а остальных эти Олейник, Кузниченко и Кохановский расстреливали, бросали в ямы, а я вместе Горобцом и Бойченком закапывали их трупы землёй. В этот день было расстреляно более 20 человек.
