Истребление евреев в г. Одесса.
Одесса была занята румынскими войсками под вечер 16 октября 1941 г. В боях за город 4-я румынская армия потеряла убитыми 20116 человек, ранеными 74487 человек и пропавшими без вести 11958 человек, всего 106561 человека{208}. Потери Красной Армии во время обороны города (5 августа - 16 октября 1941 г.) составили 41268 человек, в том числе безвозвратные потери - 16578 (убиты и пропали без вести) и санитарные потери - 24690 человек{209}. 16 октября 1941 г. резидент НКГБ СССР в Одессе капитан госбезопасности В. Молодцов (он же Бадаев, позывной «Кир») сообщил в Центр:
Вчера наши войска начали планомерный отход с оборонительных рубежей. Сегодня утром из порта уходит последний транспорт с войсками и сторожевые пограничные катера. Войска эвакуированы из Одессы, вывезены боевая техника и вооружение - 500 орудий, 25000 тонн боеприпасов и другого имущества. Кроме того, за время обороны эвакуировано до 350000 жителей. Вывезено до двухсот тысяч тонн разных грузов, продовольствия, промышленного оборудования и другого ценного имущества. Эвакуацию наших войск противник пока не обнаружил{210}.
О последних днях советской власти в городе Фёдор Пигидо рассказывает следующее{211}:
Одесса была окружена немецко-румынскими войсками в первой декаде августа. Осада города продолжалась где-то около двух месяцев. В течение этого времени людские резервы и боевое снаряжение доставлялись в Одессу морским путём. Снабжение населения было организовано очень плохо. Перед эвакуацией города никаких продуктов населению выдано не было, хотя запасов продуктов в городе было очень много. Две последние недели перед сдачей города сотни автомашин свозили в порт тысячи тонн сахара, муки и прочего, и всё это высыпали в воду. В последние дни перед сдачей города большое количество машин вместе с грузом было затоплено в гавани. Огромные склады зерна и разных продуктов питания, которые не успели утопить в гавани, облили бензином и подожгли.
Город был переполнен ранеными красноармейцами. За день до сдачи Одессы в госпиталях было получено распоряжение подготовиться к эвакуации на восток в первую очередь... легко раненым (?). Фактически об эвакуации не могло быть и речи.. Одесса давно была окружена и изолирована от остальной страны; на рейде же стояли только один крейсер «Коминтерн» и три канонерки. Тем не менее, к госпиталям подходили закрытые санитарные машины - грузили легко раненых и отходили «на восток». Как выяснилось позднее, эта эвакуация раненых происходила довольно оригинально. Закрытые санитарные машины ехали в порт, где были устроены несколько подъездов к воде. При приближении к воде шофёр и офицер войск НКВД (каждую такую машину сопровождал НКВДист) выскакивали из шофёрской кабины, а машина с разгона летела в море.
Имело ли это ужасное преступление массовый характер - сказать не могу. Мне называли шофёра г. Ч., у которого был приказ утопить свою машину вместе с людьми, однако, рискуя жизнью, спасся вместе с ранеными, которые были в его машине. Он утверждал также, что одна из таких машин была утоплена на его глазах. Получить подтверждение этого рассказа из первых рук - от непосредственных свидетелей мне не удалось, и поэтому не буду пересказывать это сообщение. Несомненным можно считать только подтверждённый вполне достоверными свидетельствами двух разных людей факт, что во время очистки румынской оккупационной властью одесской гавани была выловлена закрытая санитарная машина с трупами красноармейцев.
Госпожа В. А. клятвенно утверждает, что во время очистки гавани её муж (убит в Германии в 1944 г.), мобилизованный румынами для работ в порту, был свидетелем, когда один из портовых кранов поднял со дна гавани большую санитарную машину. Эта машина была не совсем хорошо закреплена, поэтому она наклонилась верхней частью вверх, а задней, где были дверцы, вниз. Как только кран смог подтянуть эту машину к берегу, как задние дверцы, вероятно, не выдержав давления, раскрылись, и с машины высыпалось около десяти трупов красноармейцев с перевязанными руками, ногами и головами. То же самое мне рассказывал и господин К. К. с той только разницей, что он осматривал подобную санитарную машину и трупы спустя некоторое время после того, как она была вытащена из воды. Видели ли оба свидетеля ту же самую машину или это были разные машины - убедиться мне не удалось.
В день сдачи Одессы врагу много тысяч красноармейцев и командиров, кое-как переодевшись в гражданскую одежду, разошлись и спрятались в городе; небольшая часть гарнизона была вывезена на крейсере{212} и канонерках, остальные - попали в плен. Немало командиров и особенно военных комиссаров, напуганных рассказами о бесчеловечных жестокостях немцев, покончили жизнь самоубийством.
Большинство одесских заводов взорвано. Также взорвана и дамба, которая отгораживала предместье Пересыпь от моря. Пересыпь, как известно, ниже уровня моря. Она застроена в основном небольшими домами, в которых жили рабочие и городская беднота. О намечавшемся затоплении Пересыпи население не было предупреждено. Волны мгновенно залили всё предместье. Несчастье усиливалось ещё и тем, что на море бушевала сильная буря. Большое количество людей и особенно детей погибли в ту страшную ночь в холодных бурунах.
За несколько дней до сдачи города всех уголовников освободили. Последние два-три дня тюрьму охраняли усиленные отряды НКВД, а внутри тюрьмы происходила какая-то особенная суета. На другой день после вступления в город румынских войск в многочисленных подвалах тюрьмы было обнаружено большое количество трупов, среди которых иногда попадались ещё живые раненые. Многие трупы были с отрезанной грудью, вспоротыми животами, с оторванными головами, руками, ногами. Случайные очевидцы рассказывали, что в подвалах тюрьмы расстреляли множество политических заключённых. Остальных в последние дни загнали в подвалы и там забросали ручными гранатами. Этот факт подтверждается и выводами комиссии, осматривавшей тюрьму. Стены и потолки в подвалах были покрыты застрявшими осколками гранат и запачканы ошмётками мяса, кишками и кровью.
Не менее ужасной должна была быть и судьба одесситов немецкого происхождения. Это были потомки немцев, ещё в давние времена поселившихся в бывшей Российской империи. Все они, конечно, были советскими подданными. После того, как Одесса была окружена вражескими войсками, несколько тысяч этих немцев арестовали и заключили в зданиях так называемой «исправительной колонии», или, как её называли, школы, которая находилась вблизи тюрьмы. Через некоторое время тех из них, кто были членами компартии и комсомола, освободили. Кажется, 14 октября вся администрация «школы», нагрузив свои вещи на авто, выехала в порт - эвакуироваться. Охрана, считая, что всё уже кончено и город сдаётся врагу, исчезла. Заключённые, выбив двери и окна, разбежались. Когда администрация школы-колонии уже под вечер вернулась со слезами (свободных мест на судах не было) - все помещения, где находились заключённые, уже опустели.
Сразу после оккупации города румынские солдаты стали производить его «чистку», сопровождаемую убийствами и массовыми арестами. Так, согласно заявлению солдата 3-й роты 1-го пехотного полка Константина Овроча,
16 октября 1941 г. в Одессе капитан Флоря Ион, командир 3-й роты, не получив никакого приказа от своего командования, собрал группу в 25 человек и, отняв ручной пулемёт у сержанта Моаши Иона, застрелил этих невинных граждан{213}.
Согласно заявлению солдата 27-го пехотного полка 6-й пехотной дивизии Георге Васили{214},
...В Одессе в кампанию 1941 г. капитан Менцел, командир командной роты, встретил 20 евреев, которых запер в погреб и застрелил. Часть евреев была убита самим капитаном, а часть - солдатами по его же приказу.
По свидетельству жительницы города Валентины Черноваловой (в 1941 г.-18 лет), 17 октября 1941 г. примерно в 12.00 дня она видела,
