Последнее особенно раздражало Роката. Он постоянно ворчал, что они тратят силы на своих сексуальных партнёров — иногда сразу на нескольких, хотя я никого не осуждала, — когда должны сосредоточиться на том, чтобы убивать Ангелов. Каждый раз мне приходилось поджимать губы, чтобы не рассмеяться над его лицемерием.

Впрочем, мешать ему заставлять меня кончать я не собиралась.

Теперь, когда мы регулярно поддерживали чистоту, мы были вместе каждый день.

Мышцы внизу живота сжались при воспоминании о том, как прошлой ночью он снова взял меня перед окнами.

Я прогнала похотливые мысли, когда дверь открыл Рапп.

Я вскочила на ноги и поспешила распахнуть её до конца.

— Я, мать твою, и сам способен это сделать, — проворчал он.

Я лишь рассмеялась.

Хотя он почти полностью восстановился, мы всё ещё обращались с ним как с ребёнком исключительно ради собственного развлечения.

— Нельзя же позволить этой тяжёлой двери отбросить твоё выздоровление на несколько дней назад. Такими темпами ты больше никогда не натянешь лук.

— Перестань мне об этом напоминать, — вздохнул он, проходя мимо и занимая одно из недавно освободившихся кресел. — Я схожу с ума. Мне нужно делать что-то большее, чем просто сидеть без дела.

— Если ты так считаешь, можешь занять моё место. Мне совершенно не хочется сегодня снова обсуждать очередные сексуальные приключения солдат, — быстро предложила я.

Ни за что на свете я бы не упустила шанс сбежать от этой пытки.

Он фыркнул от смеха.

— Ни за что.

Я откинулась в кресле и провела рукой по лицу, словно могла таким образом содрать с себя весь стресс.

— Как мне заставить их прекратить весь этот бред?

Рапп ухмыльнулся, проводя языком по кольцу в губе.

— Никак. Большинство из них молоды, а всем им приходится соблюдать воздержание, при этом они каждый день проводят много времени рядом с женщинами. Им просто нужно выпустить пар.

— Избивать друг друга — не лучший способ это сделать, — вздохнула я, заправляя волосы за свои заострённые уши.

— Ты бы видела нас с Рокатом и Ксаннирином, когда мы сами были здесь. У женщин Фюреда не было ни единого шанса, — рассмеялся Рапп, хватаясь за бок для опоры.

В этот момент дверь открылась, и в кабинет вошёл Рокат. Следом за ним шагали Грем и Зик.

— Я услышал своё имя. Что вы теперь обо мне рассказываете?

Рапп приложил ладонь сбоку ко рту и наклонился ко мне.

— Что это такое? Если слишком часто произносить его настоящее имя, он магическим образом появляется рядом?

Я прижала кулак к губам, пытаясь сдержать смех.

— Это я тоже услышал, — проворчал Рокат, обходя стол и целуя меня в лоб.

Он задержался рядом, рассматривая бумаги, разложенные по столешнице.

— Так и было задумано, — парировал Рапп, вытаскивая один лист из поля зрения Роката и читая написанное мной.

Рокат закатил глаза и выхватил бумагу обратно.

— Раз уж ты выбрался из постели, мне бы пригодилась твоя помощь.

— Хвала Судьбам, — сказал Рапп, упираясь руками в подлокотники кресла и поднимаясь на ноги.

— А как же я? Кто-нибудь, пожалуйста, спасите меня от этого, — взмолилась я, отчаянно переводя взгляд с одного мужчины на другого.

Рапп ухмыльнулся так, словно наслаждался моими страданиями.

— Так что, быть лидером уже не так весело?

— Нет, — честно призналась я, отчаянно надеясь, что это поможет мне, блядь, выбраться из этого кабинета.

— Ты предпочтёшь закончить работу здесь или послушать обсуждение боевых планов? — спросил Рокат, приподнимая бровь.

Мои губы вытянулись в тонкую линию.

Единственное, что нравилось мне ещё меньше, чем эта работа, были военные совещания Роката. В основном потому, что там о смерти людей говорили с таким равнодушием.

Чем ближе я становилась к женщинам, тем тяжелее мне было на них присутствовать.

Рокат и Рапп снова и снова предупреждали меня не привязываться к ним. Говорили, что в конце концов это лишь причинит мне боль.

Но я ничего не могла с собой поделать.

Я знала реальность войны.

Смерть.

Потери.

Невозможные решения.

И всё же никогда прежде я не чувствовала такой дружбы и поддержки, как за последние несколько недель. Мы с Киирой проводили вместе часы свободного времени, как и остальные из её близкого круга.

Я действительно расцветала, становясь той, кем всегда должна была быть.

Именно поэтому я тренировалась с таким рвением и следила, чтобы остальные делали то же самое.

Если бы я могла предотвратить хотя бы одну смерть, я бы немедленно ухватилась за такую возможность.

— Я останусь здесь, — наконец простонала я, с ужасом глядя на груду бумаг перед собой.

Рапп усмехнулся и похлопал по одной из стопок.

— Веселись.

Я скорчила ему рожицу, чем только сильнее его развеселила.

Они уже собирались уйти, но я остановила их.

— Подождите! Хотя бы оставьте мне собак, чтобы они составляли компанию.

Им не обязательно было знать, что скоро придёт ещё и Киира.

Чем больше компания, тем лучше.

Особенно когда я была настолько измучена, что была готова расплакаться.

«Ты знаешь, что я умею читать твои мысли?» — предупредил Рокат.

«А вот и нет», — тут же парировала я.

— Вы двое опять занимаетесь этой своей прелюдией через мысленную связь, да? — поддел Рапп.

Рокат пригвоздил его взглядом.

— Киира скоро придёт, так что у Ассирии будет компания.

— Предатель, — фыркнула я себе под нос, но достаточно громко, чтобы Рокат услышал.

Что-то промелькнуло на лице Раппа, прежде чем он снова придал ему обычное выражение.

Во мне шевельнулось любопытство.

В последнее время они тоже проводили вместе довольно много времени…

Пальцы Роката дрогнули, прежде чем он всё же уступил.

— Ладно.

Я едва удержалась от того, чтобы вскинуть руки вверх и объявить о своей победе.

— Идите сюда, — позвала я, не теряя времени и тут же присваивая себе наших питомцев.

Грем и Зик подбежали ко мне, радостно виляя хвостами.

— Кто у меня хорошие мальчики? — проворковала я, почёсывая обоих за ушами.

Рапп рассмеялся, пока они с Рокатом оставляли меня разбираться с этими озабоченными мужчинами, а сами отправлялись обсуждать будущие сражения.

Но прежде чем дверь успела полностью закрыться, Киира, как обычно, стремительно впорхнула внутрь. Её длинные волосы свободно развевались за спиной, а в руках она несла тарелку со свежей рыбой и сыром.

В отличие от меня, вне тренировок она по-прежнему носила красивую одежду. Сегодня на ней было чёрное платье с глубоким вырезом. Ткань была плотнее той, что она носила во дворце Дьёра, что в такую холодную погоду, особенно при пронизывающем прибрежном ветре, было необходимостью.

Она поёжилась, опускаясь в кресло напротив меня.

— Можешь подбросить дров в огонь?

— Конечно, — ответила я, снова отвлекаясь от своего стола и бросая несколько новых поленьев в камин. С появлением дополнительного тепла Грем и Зик перебрались на каменный пол перед очагом и тут же растянулись там. Я покачала головой и вернулась в своё кресло, отломила большой кусок сыра и отправила его в рот.

— Вот последнее, — сказала я, протягивая Киире отчёт о прогрессе в обучении жриц, ставших воительницами, составленный Сзазадосом.

Она просматривала его, продолжая жевать.

— Потрясающий прогресс по сравнению с предыдущим. Думаю, они действительно приняли свои новые роли. Не понимаю, как кто-то вообще может находить в них недостатки.

Я откинулась на спинку кресла, почувствовав облегчение от её слов.

— Благословение Дарующего.

Киира усмехнулась и вернула мне отчёт.

— Но ведь так и есть. Магия, которой обладают женщины, очень сильна, а если использовать её на поле боя так, как задумал Рокат, нас будет невозможно остановить.

— Так ты всё-таки пойдёшь с нами? — спросила я.

Она кивнула.

— Я знаю, что моя магия не настолько полезна, но думаю, что моё присутствие и поддержка веры принесут больше пользы, чем вреда.