— А как же завтрак? — спросила она, приподнимаясь.

Я натянул ранее сброшенные штаны и застегнул их.

— Я приказал собрать его с собой.

Она выгнула бровь.

— Значит, ты всё это планировал?

— Ага, — ответил я, находя тунику и застёгивая её. — Неужели в это так трудно поверить?

— Эм, да, — ответила она, соскальзывая с кровати.

На её стороне комнаты стоял стул, полностью заваленный её уже ношеной одеждой. Из этой кучи она вытащила самые тёплые кожаные вещи. После нашего прибытия я заказал ещё одежды для нас обоих, поскольку нам предстояло прожить здесь несколько месяцев. Не было смысла постоянно носить одни и те же два комплекта, когда места для большего количества вещей было предостаточно.

По крайней мере, портные оказались сговорчивыми после того, как я пригрозил одному из старших.

— Я строю множество планов, — заметил я. — В конце концов, именно я командую Армией.

Она натянула облегающие штаны, мгновенно привлёкшие моё внимание к её заднице.

— Но ни один из них не был романтическим, — парировала она.

Округлости её груди скрылись, когда она надела рубашку, а затем застегнула поверх неё кожаную куртку с высоким воротником. Вся наша новая одежда была соткана с помощью Магии теней, что позволяло выпускать крылья наружу. Поэтому не было необходимости снимать её для тренировок — или в случае нападения.

— Насколько тебе известно, — возразил я, находя ножны для кинжалов и пристёгивая их.

Она несколько раз открыла и закрыла рот.

Самодовольно я ждал, когда она сможет дать мне достойный ответ. Но вместо того чтобы признать поражение, она недовольно фыркнула.

— Ладно, я готова. Покажи мне этот свой романтический план.

30

Мы вошли в зону отдыха, и там нас уже ждала корзина с едой. Грема и Зика нигде не было видно; вероятно, они улизнули вместе с тем, кто доставил нам завтрак. Эти двое знали, где раздобыть себе еду. Хотя они и не покидали пределы академии, им нравилось бродить по территории самостоятельно всякий раз, когда мы были здесь.

Схватив плед с одного из диванов, я бросил его Ассирии.

— Держи, понеси это.

Она поймала его на лету и сунула под мышку, пока я заканчивал последние приготовления к нашему отъезду. Наконец убедившись, что взял всё необходимое, я мотнул головой, показывая ей следовать за мной. Она остановилась, когда поняла, что я направляюсь не к главному входу.

— Подожди, куда мы идём? — спросила она.

Я навалился спиной на круглую часть стены рядом с картиной давно умершего Демона. Каменная плита с протяжным скрежетом отъехала назад.

— На крышу. Оттуда и полетим.

Её рот приоткрылся, когда она увидела потайную лестницу.

— Она всегда там была?

— Да? — ответил я. — А теперь пошли.

Покачав головой, она последовала за мной в проход и вверх по лестнице. Спустя недолгий подъём я распахнул дверь, ведущую на крышу этой башни — небольшое пространство, едва достаточно просторное для четырёх человек. Но её строили не для общего дозора, как остальные башни; нет, она была предназначена для побега или минуты уединения.

Ветер ударил в нас, едва мы вышли наружу, выбив несколько прядей из косы Ассирии. Перед нами бескрайне раскинулся океан — настолько глубокого синего цвета, что он был почти цвета сумерек. Сегодня лишь небольшие белые барашки усеивали его поверхность, поднимаясь и опадая под напором бриза. Но солнце припекало сильно, согревая мою кожу, когда я поднял к нему лицо.

Затем я потянулся к колодцу теней в своей груди и призвал свои крылья. Чёрный перепончатый размах расправился за моей спиной, добавляя моему телу дополнительный вес. В тот же миг Ассирия сделала то же самое, хотя свои крылья держала плотно сложенными.

Я шагнул вперёд и провёл пальцем по твёрдым гребням у их основания. Её тело содрогнулось от дрожи, когда ещё больше желания хлынуло в нашу связь.

— Чувствительные? — прогрохотал я, наслаждаясь тем, как её ресницы затрепетали по щекам, когда я сделал это снова.

— Да, — выдохнула она, почти подаваясь навстречу моему прикосновению. — Это словно ты ласкаешь мою магию.

— Позже я собираюсь ласкать многие части твоего тела, — сказал я хриплым голосом. — Но сейчас мы полетим.

С шумом втянув воздух сквозь зубы, она кивнула. Сделав шаг назад, я расправил крылья, убеждаясь, что для взлёта достаточно места. Затем слегка присел и прыгнул в воздух. Ветер подхватил меня снизу и унёс прочь от башни.

Зависнув в воздухе, я стал ждать Ассирию. Перехватив плед поудобнее и прижав его к груди, она сделала несколько быстрых шагов, взмахивая крыльями. Её губы в форме лука вытянулись в тонкую линию, пока она готовилась. С криком она бросилась с края башни. Воздух ударил в неё сбоку, и на мгновение она замешкалась, пытаясь поймать правильный поток.

Но затем она нашла подъёмную силу, и у неё вырвался восторженный смех. Изменив угол полёта, она устремилась прямо ко мне, а её лицо озарила широкая улыбка.

— Давай, полетели!

Ещё одно мгновение я любовался видом летящей ко мне Ассирии, а затем накренился и повёл её в сторону океана.

Когда мы пронеслись над краем утёса, её восхищение и изумление потекли по нашей связи. Обычно внизу вода с яростью разбивалась о скалы, но сегодня море было спокойным, словно и оно знало, что нам нужен миг покоя среди хаоса. Мы опустились ниже линии хребта, и свист в моих ушах стал тише. Каменистые гряды проносились мимо размытым пятном; известняк был изрезан в тех местах, где на него веками обрушивались морские брызги.

По пути попадалось несколько небольших пляжей, где береговая линия изгибалась внутрь. Один из них уже был заполнен мужчинами, и всё новые выходили из туннеля в скале, существовавшего задолго до того, как я поступил в академию.

Мы летели достаточно быстро, чтобы никто из них нас не заметил.

«Ты в порядке?» — спросил я Ассирию, проверяя её положение позади себя.

«Да», — ответила она, но в её голосе слышалось лёгкое напряжение.

«Уже недалеко», — пообещал я ей.

Затем я перевёл взгляд на раскинувшийся слева океан, высматривая небольшой остров. Он не был похож на пышные острова Хата в Мире Ангелов. На самом деле никто не захотел бы провести там больше нескольких часов. Но он был удалённым, уединённым и дарил редкое одиночество. Вода с западной стороны была достаточно спокойной, чтобы нырять на глубину и изучать скальные образования под поверхностью. А на востоке песок был чёрным, что делало этот остров уникальным среди серовато-бурых пляжей, тянувшихся вдоль этого участка Мира Демонов.

Заметив его вдали, я изменил курс. Когти на концах моих крыльев опустились, рассекая солёный бриз. Ассирия последовала за мной, используя потоки воздуха, смещённые моим телом, чтобы плавно скользить позади. Для той, кого подавляли и кому не давали достаточно возможностей овладеть своей магией, она прекрасно управлялась с полётом.

По крайней мере, это ещё одна вещь, из-за которой мне не придётся чувствовать вину.

Из моря поднялся скалистый выступ — одно из немногих ровных мест на острове, подходивших для посадки. Поджав крылья, я опустил ноги и приземлился лёгким бегом. Словно обрезая нить, я отпустил свою магию. Когда вес крыльев перестал соперничать с океанским ветром, я обернулся посмотреть на Ассирию.

Между её бровями появилась маленькая складка сосредоточенности. Солнце просвечивало сквозь перепонки её крыльев, когда она широко их расправила, подчёркивая прожилки бордового цвета. Её скорость снизилась, а затем крылья исчезли вовсе. Короткое падение заставило её споткнуться, когда она опустилась на остров, крепко прижимая плед к груди.

Но она сразу же выпрямилась, и из её лёгких вырвался шумный выдох, как только она обрела равновесие.