— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я проводила тебя? — спросила я, отступая в сторону башни Роката.

Рапп и лечебное крыло находились в противоположном направлении. Бросив взгляд себе за спину, я поняла, что ни у входа, ни вдоль коридора не было выставлено часовых.

Должно быть, у них перерыв.

— Со мной всё будет в порядке, — заверила она, плотнее запахивая куртку на груди. — Поспи немного. Ты выглядишь измученной.

Я фыркнула.

— Ты тоже.

Глаза Кииры распахнулись, дыхание сбилось — совсем не та реакция, которую я ожидала.

— Ассирия, береги…

Что-то твёрдое врезалось мне в спину, отправляя меня вперёд. Киира вскрикнула, отпрыгивая в сторону. В последний момент я вывернула тело и тяжело приземлилась на больное плечо. Вспыхнула боль, и до моих ушей донёсся громкий хруст.

— Блядь, — выругалась я, хватаясь за руку.

Киира продолжала кричать, и я распахнула глаза, увидев мужчину, возвышавшегося надо мной, вокруг которого клубилась расплавленная смола. Толстые хлысты хлестнули Кииру, впечатав её в ближайшую колонну. Её крики смолкли, и в ушах у меня остался только грохот собственного сердца.

Я упёрлась ногами в землю и оттолкнулась назад, создавая расстояние между собой и мужчиной в капюшоне. Из-за тени, скрывавшей его лицо, я никак не могла определить цвет его глаз. И какой у него второй дар.

«Рокат!» — закричала я по нашей связи, потянувшись к чернильному колодцу в своей груди.

В свете огня сверкнул серебряный клинок.

Не раздумывая, я швырнула свою магию во все стороны, накрывая Кииру на случай, если он попытается перерезать ей горло, пока она без сознания.

«Где ты?» — прорычал Рокат, и мой страх полыхнул по связи лесным пожаром.

«У основания башни», — сумела выдавить я в тот момент, когда мужчина прыгнул на меня.

Он врезался в меня, выбивая воздух из лёгких с пронзительным свистом. Острая боль полоснула по щеке. Перед глазами заплясали звёзды. Но мне удалось избежать удара кинжалом в сердце.

Мои тени дрогнули от соприкосновения с серебром. Я стиснула зубы и потянулась глубже в свой колодец.

Этот ублюдок меня не убьёт.

Сила обсидиана хлынула наружу, отбрасывая его от меня. С хрипом втянув воздух, я выбросила руку вперёд, удерживая его на расстоянии. Мучительная боль хлестнула по плечу, когда я подняла другую руку, направляя тёмные щупальца к его капюшону, чтобы раскрыть его личность.

Камень над нами задрожал.

Уголок моего рта изогнулся в зловещей улыбке.

— Ты совершил ужасную ошибку.

Несостоявшийся убийца зарычал и рассёк мою магию. Каждая верёвка пронзительно взвизгнула в знак протеста, рассыпаясь в ничто. Адреналин затопил мои вены, и я поднялась на ноги, готовясь драться кулаками.

Он снова бросился на меня, а я нырнула под удар, ускользая от него.

Он последовал за мной. Серебро со свистом рассекало воздух рядом, пока я продолжала уклоняться.

Почему в этой проклятой башне должно быть столько грёбаных ступеней?

Я не сомневалась, что Рокат сейчас несётся по ним вниз на бешеной скорости.

Заняв позицию между мужчиной и Киирой, я резко бросила:

— Кто тебя послал?

Потому что в тот момент, когда Рокат доберётся до меня, этот мужчина будет мёртв.

Он ничего не ответил, безмолвный, как призрак. Я направила в него ещё больше магии, пытаясь выбить его из равновесия и сорвать плащ. Но взмахом руки он в последний миг воздвиг перед собой щит из оникса.

Тьма завладела пространством между нами.

Моё сердце грохотало о рёбра.

Я не могла его видеть. С трудом различала даже собственные руки. А что, если сейчас он метнёт в меня клинок?

Эта мысль едва успела оформиться, как я уже двигалась.

И как нельзя вовремя.

Металл с лязгом ударился о камень, когда я рухнула на землю, и плечо вновь пронзила вспышка боли. На глаза навернулись слёзы, но я стиснула зубы, напрягла мышцы и приготовилась сражаться снова.

Рёв разорвал ночную тишину.

Наша связь вспыхнула яростью, когда я почувствовала, что Рокат всего в нескольких шагах от меня. Острый край клинка рассёк воздух. Раздался крик.

Свет огня вернулся, озаряя залитые кровью камни резким сиянием.

Мужчина рухнул на колени, обеими руками зажимая глубокую рану в боку.

А над ним стоял мой истинный.

У меня перехватило дыхание. На этот раз не от страха, а от благоговения.

Одетый лишь в штаны, с клинком, с которого капала багровая кровь моего нападавшего, с полностью открытыми татуировками, Рокат был воплощённой местью. Высеченный самими Судьбами, чтобы обрушивать божественное правосудие.

— Ты прикоснулся к моей истинной.

Из него вырвалось низкое первобытное рычание, заставив волосы на моём затылке встать дыбом. Я отползла ближе к Киире, убеждаясь, что их схватка не причинит ей вреда.

— Никому не позволено делать это, кроме меня. За своё преступление ты будешь выпотрошен так основательно, что Судьбы заплачут о том, что сами соткали.

Мужчина выхватил кинжал, спрятанный у бедра, и полоснул им по Рокату. Мой истинный уклонился, нырнул под удар и схватил убийцу за горло. Затем швырнул его в стену, сотрясая крепость.

Хрустнули кости, когда мужчина рухнул на землю. Кровь брызнула у него изо рта, когда он сплюнул на каменную мостовую.

— Символы восстают. Символы падают, Халалхиво, — насмешливо бросил он, снова рванувшись в атаку.

Лёд раскололся в моих венах.

Эти слова…

Лезвие скользнуло по груди Роката, но мой истинный вновь впечатал его в камни. Затем он обхватил затылок мужчины и ударил его головой о своё колено.

Из него выплеснулось ещё больше рубиновой крови, когда он вывернулся из хватки Роката.

Но его движения стали медленными, неуклюжими.

На следующем ударе Рокат перехватил его кулак и вывернул. Раздался ещё один треск. Мужчина взвыл от боли.

— Не так быстро, как никчёмные убийцы, — процедил Рокат.

Вырвав серебряный клинок из руки мужчины, он перехватил его обратным хватом и вонзил ему в горло.

В грудь.

В живот.

И протащил.

Поток гранатовой крови залил его одежду. С отвратительным булькающим звуком несостоявшийся убийца рухнул на землю. Капюшон его плаща тоже сполз, открывая остекленевшие тёмно-бордовые глаза.

Рокат бросился ко мне, заметив, что рядом лежит и Киира.

— Ты в порядке?

— Со мной всё будет хорошо. Киира без сознания, — сказала я, и соль защипала глаза.

Рокат провёл костяшками пальцев по порезу на моей щеке, и я зашипела.

— Кроме этого. И плеча. Оно снова повреждено.

С его губ сорвалась череда ругательств.

— Я отнесу вас обеих в лечебное крыло.

Одним мощным движением он подхватил на руки свою кузину. Затем помог мне подняться на ноги. Меня качнуло, и всё моё тело дрожало, когда начал спадать ужас после нападения.

Когда я убедилась, что не рухну, то нашла меч Роката и подняла его.

А что, если где-то прячутся другие, готовые напасть, если их сообщник потерпит неудачу?

Он сделал два шага и остановился.

— Где, мать их, часовые?

— Их здесь не было, когда мы спустились, — сказала я слабым голосом.

Ярость, горячее вулкана, полыхнула по нашей связи.

— Полетят головы.

В этом я не сомневалась.

На ноющих, уставших ногах я последовала за своим истинным в лечебное крыло. Киира застонала, её голова безвольно качнулась.

— Рокат?

— Тш-ш, пока отдыхай. Я отнесу тебя к целителю.

Рокат обожал Кииру и, как и я, сделал бы всё, чтобы защитить её. Она сама сказала мне это во время нашего разговора на террасе дворца Дьёра.

И увидеть это сейчас заставило меня любить своего истинного ещё сильнее.

Рокат разбудил главного целителя, находившегося в лечебном крыле, чтобы тот занялся мной и Киирой. Уложив Кииру на смотровой стол, он занялся глубокой раной на затылке. Я сидела на краю стола, баюкая руку.

— Где она?

Рапп ворвался в помещение, его лицо было искажено тревогой.