— Где? — спросила я.

— Деловой клуб «Атриум». Отдельная переговорная на первом этаже. Место нейтральное. Камеры в холле, администратор, открытая зона рядом. Если вы опасаетесь, что я заманиваю вас в ловушку, можете прислать кому угодно адрес и время.

Я медленно повернулась от окна.

— Вы всегда так разговариваете?

— Как?

— Будто заранее отвечаете на вопросы, которые я ещё не задала.

— Я веду переговоры давно, Варвара Андреевна.

— А я давно читаю между строк.

— Тогда вам будет не скучно.

Это могло бы прозвучать самодовольно. Но не прозвучало. Скорее спокойно. Даже чуть сухо.

Я посмотрела на чемодан. Потом на папки, сложенные на кресле. На выключенный экран телевизора, где отражалась женщина, слишком уставшая для деловой встречи и слишком злая, чтобы лечь на пол и позволить этому дню закончиться без сопротивления.

— У меня сегодня не лучший день для переговоров.

— Я знаю.

— Тем более странно, что вы звоните именно сейчас.

— Именно сейчас у вас есть причина меня выслушать.

— А у вас — воспользоваться моей слабостью?

— У меня — воспользоваться ошибкой Соколова.

Вот теперь он сказал то, что я ждала с первой секунды.

Слабость.

Ошибка.

Капитал.

Я вспомнила, как Денис отзывался о нём: «Орлов не строит бизнес, он забирает чужие слабости и делает из них капитал». Тогда я считала это обычной злостью конкурента. Теперь вдруг подумала, что в этой фразе Денис мог ненароком признать главное: Марк Орлов умел замечать то, что другие пытались спрятать.

— Вы не скрываете, что хотите ударить по Денису, — сказала я.

— Нет.

— И хотите использовать меня.

— Нет.

— Тогда объясните разницу.

— Использовать — значит взять у человека то, что нужно мне, не считаясь с тем, что нужно ему. Я предлагаю встречу, на которой вы сможете услышать условия и уйти, если они вам не подойдут.

— Очень благородно.

— Не благородно. Выгодно. Специалисты, которых используют, быстро становятся проблемой. Специалисты, с которыми договариваются честно, приносят результат.

Я молчала.

В этом ответе не было ни романтики, ни жалости. И, наверное, именно поэтому он действовал сильнее. После утра, в котором меня сначала унизили как жену, потом попытались стереть как автора, потом предложили деньги за исчезновение, деловой разговор без сочувственных вздохов показался почти уважением.

Почти.

— У меня есть условия, — сказала я.

— Слушаю.

— Встреча не в вашем офисе.

— Я уже предложил нейтральное место.

— Я никому не передаю флешку, документы и письма.

— Я их не просил.

— Я не обсуждаю то, что может считаться коммерческой тайной «Соколов Девелопмент».

— Тогда обсуждайте то, что считаете своим профессиональным опытом.

— И ещё. Если вы рассчитываете, что я буду сидеть напротив вас и плакать о бывшем муже, вы ошиблись номером.

На том конце линии впервые прозвучало что-то похожее на тихую усмешку. Не насмешка. Скорее короткая реакция человека, которому понравился выпад.

— Я не психотерапевт, Варвара Андреевна.

Слово резануло.

Не по смыслу даже, а потому что я слишком хорошо помнила собственное правило: не тащить в эту историю никакой медицинской темы. Но он использовал слово бытово, нейтрально, и всё равно я внутренне оттолкнула его в сторону.

— Тогда мы можем говорить, — сказала я.

— Через час?

Я посмотрела на часы.

Через час я могла бы сидеть на полу в спальне, листать старые фотографии и пытаться понять, в какой момент мой брак превратился в чужую сделку.

Или поехать на встречу к человеку, которого Денис считал своим главным конкурентом.

Выбор был странным.

Но впервые за день он был моим.

— Через полтора, — сказала я. — Мне нужно переодеться.

— Договорились.

— И, Марк Сергеевич?

— Да?

— Если это ловушка, я пойму быстро.

— Рассчитываю именно на это.

Он отключился первым.

Я ещё несколько секунд держала телефон у уха, прислушиваясь к тишине после его голоса. Потом опустила руку и посмотрела на своё отражение.

Бледная. Уставшая. Губы без помады, волосы выбились из низкого пучка, жакет помялся после парковки, квартиры, чемодана и нескольких часов, которые будто прожили за меня целый год.

Но глаза были ясными.

Не счастливыми. Не спокойными.

Живыми.

Я пошла в ванную, умылась холодной водой, долго смотрела, как капли стекают по раковине. Потом вернулась в спальню и открыла шкаф. Платье для годовщины висело справа. Тёмно-синее, с мягкой линией плеч, дорогое, сдержанное. Я выбирала его для ужина с мужем.

На встречу с его конкурентом надевать его не стала.

Это было бы слишком похоже на красивую месть, а я пока не хотела быть красивой местью. Я хотела быть человеком, который способен думать.

Выбрала графитовый брючный костюм, белую блузку без лишних деталей, низкие серьги и туфли, в которых могла идти быстро. Волосы собрала заново. Накрасилась ровно настолько, чтобы не выглядеть разбитой, но и не прятаться за чужим лицом.

Перед выходом проверила сумку.

Паспорт. Телефон. Зарядка. Папка с личными документами. Флешка.

Я на секунду задержала пальцы на маленьком чёрном прямоугольнике.

Брать её с собой было рискованно. Оставлять в квартире — тоже.

В итоге я переложила флешку во внутренний карман сумки и застегнула молнию.

Денис всегда говорил, что я слишком осторожна.

Сегодня эта осторожность была единственным, что осталось от прежней меня и всё ещё работало в мою пользу.

В холле консьерж поднял глаза от монитора.

— Варвара Андреевна, коробки забрали, — сказал он. — Женщина приходила. Расписалась.

— Спасибо.

— Всё в порядке?

Он спросил негромко, без любопытства. Просто по-человечески. И я неожиданно почувствовала, как где-то глубоко внутри снова дрогнуло.

В этот день меня почти добивали не удары, а нормальность. Охранник, который пожелал хорошего дня. Света, которая прислала старую презентацию. Консьерж, спросивший без жадного интереса, всё ли в порядке.

— Будет, — ответила я.

И вышла.

Деловой клуб «Атриум» располагался в старом особняке, превращённом в место для закрытых встреч, презентаций и переговоров тех людей, которые любили тишину дороже золотых люстр. Денис презирал такие места. Говорил, что там слишком много «старых денег и новых претензий». Сам он предпочитал стекло, высоту, блеск и камеры.

Марк Орлов выбрал место без витринного пафоса.

Это я отметила ещё на входе.

Внутри пахло дорогим деревом, свежими цветами и кофе. Не тем офисным, который варился для всех сразу, а густым, терпким, поданным в маленьких чашках людям, у которых есть время не глотать на бегу. Мягкий свет ложился на тёмные панели стен. Администратор за стойкой подняла голову.

— Варвара Андреевна?

Я насторожилась.

— Да.

— Марк Сергеевич вас ожидает. Переговорная «Север». Позвольте, я провожу.

Значит, он предупредил. И назвал меня по имени, без уточнения «жена Соколова». Мелочь. Но после всего, что произошло, мелочи вдруг стали крупнее.

Переговорная находилась в глубине первого этажа, за матовой стеклянной дверью. Администратор постучала, открыла и отступила.

— Проходите.

Марк Орлов поднялся из-за стола.

Я видела его раньше на отраслевых мероприятиях, но всегда издалека. Он не любил светиться на сценах, не раздавал интервью направо и налево, не улыбался фотографам так, будто те должны быть благодарны за снимок. На фоне Дениса, который умел занять пространство одним появлением, Орлов казался тише. Но сейчас, оказавшись с ним в одной комнате, я поняла: тише не значит слабее.

Он был высоким, темноволосым, в тёмном костюме без демонстративной дороговизны. Лицо спокойное, собранное, с резкими скулами и внимательным взглядом. Не холодным — нет. Холодным Денис становился, когда хотел наказать. Взгляд Марка был другим: не согревал, но и не обжигал. Просто фиксировал всё, что видел.