К нам подошла Ирина Савельева из «Лиги Север».

За ней — мужчина с седыми висками, её коллега. Она не улыбалась, но глаза были живыми, заинтересованными.

— Ваш блок про вход и рост, — сказала она. — Мы как раз упёрлись в это в своём пилоте. Нам показывают либо слишком дорогую витрину, либо слишком простой формат без развития. Можно встретиться отдельно?

Кирилл, стоявший неподалёку, едва заметно выпрямился.

«Лига Север».

Клиент, за которого мы боролись.

— Конечно, — ответила я. — Мы готовим предложение, которое как раз учитывает эту развилку.

— Я слышала, вы недавно подключились к проекту.

Вот он, осторожный вопрос.

Проверка.

Я кивнула.

— Да. И именно поэтому мы сейчас пересобираем его не из желания впечатлить, а из желания сделать его применимым.

Ирина посмотрела на меня внимательнее.

— Хорошая разница.

— Рабочая.

— Тогда давайте завтра после обеда?

Я повернулась к Марку.

Не за разрешением.

За подтверждением расписания.

Он сказал:

— В четырнадцать тридцать у нас окно.

— Подходит, — сказала я.

Ирина кивнула и протянула визитку.

Вторая карточка легла поверх первой.

Я ещё не успела убрать их в папку, когда к нам подошёл представитель «Архитектурной среды», потом консультант Величко, потом женщина из девелоперской ассоциации. Разговоры были короткими, осторожными, но все начинались одинаково:

«Хотели бы обсудить…»

«Можно ли встретиться…»

«Ваш взгляд на сегменты…»

«У нас похожая проблема…»

«Вы сейчас работаете через Орлова?..»

Через двадцать минут у меня в руках было пять визиток и список из трёх возможных встреч.

Денис смотрел на это из другого конца зала.

Я почувствовала его взгляд раньше, чем увидела.

Он стоял рядом с Алиной, но уже не слушал её. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах было то самое выражение, которое появлялось, когда сделка начинала уходить из-под контроля, а виноватого рядом ещё нельзя было назвать вслух.

Наши взгляды встретились.

Он сделал шаг ко мне.

Алина — за ним.

Марк чуть повернул голову, но остался на месте. Не передо мной. Не между нами.

Рядом.

Денис подошёл достаточно близко, чтобы разговор не слышал весь зал, но достаточно открыто, чтобы это выглядело случайной беседой.

— Впечатляющее выступление, — сказал он.

— Спасибо.

— Орлов хорошо подготовил.

Вот оно.

Последняя попытка забрать у меня даже этот час.

Я посмотрела на него спокойно.

— Текст мой. Цифры команды. Площадка Кравцова. Если вам нужен полный список авторов, я могу прислать.

Алина усмехнулась.

— Варвара Андреевна, вы сегодня явно наслаждаетесь вниманием.

— Нет. Просто впервые не отдаю его человеку, который привык забирать всё.

Денис наклонился чуть ближе.

— Не забывай, что многие из этих людей пришли к тебе только из любопытства.

— Возможно.

— Они не будут рисковать отношениями со мной ради твоей обиды.

— Денис Викторович, — сказала я ровно, — вы снова пытаетесь объяснить мою работу моей личной жизнью. Именно об этом я говорила на выступлении. Когда не хватает аргументов по сути, люди начинают обсуждать мотивы.

Он замолчал.

Не потому что нечего было сказать.

Потому что рядом стояли люди.

И он понял, что любая следующая фраза может прозвучать хуже для него, чем для меня.

Алина шагнула вперёд.

— Посмотрим, как долго вас будут слушать без фамилии Соколова.

Я посмотрела на неё.

— Алина, вы же сами сейчас под этой фамилией прячетесь. Не советую делать её главным аргументом.

Её лицо вспыхнуло.

Денис резко повернулся:

— Хватит.

Я не знала, кому он это сказал. Мне? Ей? Себе?

Но впервые за долгое время его «хватит» не остановило меня.

— Согласна, — сказала я. — Хватит.

Я взяла папку и визитки.

— Всего доброго.

И отошла первой.

Не сбежала.

Не отступила.

Просто закончила разговор там, где решила сама.

У выхода из зала меня догнала Елена.

— Машина будет через пять минут.

— Спасибо.

— Вы сегодня сделали очень важную вещь.

Я устало улыбнулась.

— Нашли клиентов?

— Нет. Вернули себе комнату.

Я посмотрела на неё.

Елена Громова не была человеком, который раздаёт красивые фразы. Поэтому её слова прозвучали особенно весомо.

— Я ещё не уверена, что она моя, — сказала я.

— Тогда хотя бы вошли и не вышли, когда вас попытались вытолкнуть.

Она ушла к Кириллу, а я осталась у окна в холле.

За стеклом утро уже стало почти дневным. Машины двигались по мокрой улице, люди проходили мимо, кто-то говорил по телефону, кто-то смеялся. Мир не изменился.

А я — да.

Немного.

Не полностью. Не так, чтобы боль исчезла, а прошлое стало безразличным. Денис всё ещё мог ранить. Алина всё ещё раздражала. Слово «развод» всё ещё стояло где-то внутри тяжёлой печатью.

Но сегодня я вышла перед людьми, которые знали меня как тень Дениса.

И говорила так, что они подошли ко мне.

Ко мне.

Марк появился рядом бесшумно.

— Устали? — спросил он.

— Очень.

— Хорошо.

Я повернулась к нему с возмущением.

— Что значит хорошо?

— Значит, вы не делаете вид, что вам всё равно.

Я посмотрела на него и вдруг тихо рассмеялась. Коротко, почти беззвучно.

— У вас удивительный талант говорить странные вещи так, будто они очевидны.

— Иногда они очевидны.

— Для вас.

— Сегодня не только для меня.

Он посмотрел в сторону зала, где партнёры всё ещё обменивались визитками, обсуждали выступления, подходили к Кравцову.

— Они увидели вас.

Я замолчала.

Эти слова оказались сильнее, чем хотелось.

Они увидели вас.

Не «я показал». Не «мы вывели». Не «Орлов Групп представила».

Увидели.

Меня.

— Спасибо, — сказала я.

— За что?

— За то, что не вмешались.

Марк немного помолчал.

— Это было сложно.

Я подняла глаза.

— Правда?

— Да.

— Почему?

Он посмотрел на меня не сразу. Сначала на улицу. Потом всё же повернулся.

— Потому что когда человека пытаются ударить там, где уже болит, очень хочется закрыть его собой. Но вы просили не делать из вас зависимую. И я запомнил.

Я не нашлась с ответом.

В груди стало слишком тесно.

Не от страха.

От чего-то другого, к чему я ещё не была готова.

Поэтому я сделала то, что умела лучше всего, когда становилось опасно лично: вернулась к делу.

— У нас три встречи после завтрака.

— Пять, — сказал Марк.

— Пять?

— Пока вы говорили с Еленой, Кравцов попросил отдельную встречу на следующей неделе. И ещё Величко хочет подключить вас к круглому столу.

Я выдохнула.

— Денис будет в ярости.

— Уже.

Я посмотрела через стекло в зал.

Денис стоял рядом с Алиной, но смотрел не на неё. На визитки в моей руке. На Марка рядом. На людей, которые теперь подходили не к нему, а ко мне.

И впервые за всё это время я не почувствовала желания доказать ему что-то ещё.

Пусть злится.

Пусть говорит.

Пусть пытается объяснить рынку, что я никто.

Сегодня несколько человек попросили «никого» о встрече.

Этого было достаточно.

Пока.

Телефон завибрировал в сумке.

Я достала его, ожидая снова увидеть Дениса, но на экране было сообщение от Майи:

«Варвара Андреевна, Ирина Савельева попросила прислать ей ваши тезисы. Можно я подготовлю аккуратный файл?»

Я улыбнулась.

«Можно. Только без красивой витрины. Смысл важнее».

Ответ пришёл почти сразу:

«Поняла. Учусь».

Я убрала телефон.

Марк смотрел на меня с едва заметной улыбкой.

— Что?

— Команда начинает говорить вашими словами.

— Это опасно?

— Для конкурентов — да.

Я впервые за это утро улыбнулась спокойно.