— А дочки?

— А дочки, могут пока оставаться с вами, заберём в день отлёта. Завтра приезжайте за товарами для продажи и приводите людей. Мы как раз будем таможню проходить. Девочки тоже могут прийти на экскурсию

Обратно мы топали не спеша, набирая вкусно пахнущей домашней еды, на выданную старостой авансом, местную валюту.

— Везде свои деньги, ребята, вам не кажется, что пора свои монеты штамповать? Общие имперские и для каждого мира свои!

Дреикен

Может и бывает утро добрым, но точно не сегодняшнее. Любимая мелкая сестричка, начитавшаяся древних сказок, решила, что никто лучше дракона не может заняться торговлей, то есть не упустит выгоду. Поэтому растаможка, продажа и закупка достались мне. А так-как одному всё-таки несподручно пришлось просить помогать Драка и заодно Зерула, чтобы ещё раз поделился с вредным зверем, своим телом. Вот тут и начались неожиданности. Сначала Зерул отказался от компании Драка, вернее от его присутствия в своей нежной шкуре. Сказал, что не отошёл ещё после вчерашнего, и вообще, нет у него желания дракона в себе таскать. А я-то уже размечтался, что будет два дракона, и может получиться младшая ветвь, для служения старшей. Пришлось обойтись помощью братьев, обиженный Драк забился в неизвестный угол. Пусть отлежится, вид у него бледный совсем, если можно так сказать о живом огне. Сопровождение проверяющего, перетаскивание грузов, предоставление описи и вычет налога, необременительного кстати, заняли всё это самое недоброе утро. Даже непривычное мне состояние усталости появилось.

Потом явился рыночный староста со своими любопытствующими дочками, кучей молодых и не очень тёток, похожих на перемещающийся табор кочевников и вереницей подвод. Были среди транспорта обычные телеги с деревянными колёсами и странные грузовые самоходные повозки, управляемые людьми. Женщин Нисса спихнула на Веру и Нану, а я снова погрузился в ту же рутину с отгрузкой товаров. Староста долго бродил среди контейнеров, потом сказал, что много ему не осилить и попросил разрешения привести коллег по цеху. На что я ему ответил, что нас устроит товарообмен. Почти до вечера ждал, когда притащатся ещё десяток караванов, привлёк к работе остальных мужиков. Очень хотелось фыркнуть и спалить все эти треклятые телеги. Но приходилось разгружать и загружать их по новой до бесконечности. Здесь, Нисса оказалась, конечно, права, не нужный нам хлам я не принимал. Обменял здешние плоды, семена, саженцы, зерно и муку. Не отказался от плетёных корзин и мебели, тканей, выделанной кожи и готовой обуви. Соль, сахар, мясо и битая птица, домашняя живность и корм для неё. Не стал брать сельскохозяйственные инструменты и технику, наследство переселенцев с Белого Ангела, было куда современнее, даже несмотря на древность. К вечеру сквозь мою причёску готов был вылезти шипастый гребень, а за любезной улыбкой бушевало драконье пламя. А ведь ещё нужно отобрать подарки для местного князька. Что-то мне захотелось домой, спрятаться в своём дворце пока не напугал народ.

Но сначала в душ! В душевую я ввалился, споткнувшись о распластавшегося у входа Драка. С языка сорвалось шипение пополам с пламенем, но скверное ругательство я всё-таки удержал, успев заметить в каком состоянии зверь.

— Эй, что с тобой?

Дракон лежал вялый и полупрозрачный, кажется, он даже меньше стал и тусклее. Наложил руки и похолодел, дальше счёт времени пошёл на секунды. Выпустил призрачные крылья, не имея возможности раскрыть драконьи в тесном помещении, обнял и вобрал в себя бледную тень. Больше, я ничего не мог сделать для исчезающего зверя, только ждать.

Решив всё-таки помыться, раз пришёл, шагнул под струи воды. Я успел привести себя в порядок и даже одеть штаны, когда всё завертелось и пол полетел навстречу.

Всхлипыванья пробивались словно сквозь толщу воды, кружились вокруг вместе с тьмой доводя до тошноты. Нисса, она должна услышать и спасти нас! Воздух в груди рассыпался ледяным крошевом, нестерпимо больно вдыхать и выдыхать. Глупый зверь, а я оказался ещё глупее его, нельзя нам порознь. Кажется, наступила тишина, как же неуютно ощущать себя бестелесным в кромешной тьме. Пытаюсь впитывать воздух всем телом, как учил Антор. Торопливые девчачьи шаги и более размеренная и широкая поступь хранителя.

— Услышьте вы меня наконец!

Наверно напрасная затея докричаться до других из беспамятства. Но вот, мерное покачивание и успокаивающий женский голос, как давно мама рассказывала легенды или пела, укладывая меня спать. Лёгкий серебряный шелест, так звучать могут только крылья ангела-хранителя, значит я буду жить и дракон во мне, тоже. Темнота затягивала всё глубже, гася остатки сознания как бы я ни сопротивлялся.

— Нисса, нет!

— Да! Ты хочешь, чтобы я сошла здесь с ума, ожидая? Не тяни, дорог каждый миг!

— Ты не можешь!

— Ошибаешься, могу, просто нужды в этом раньше не было

Хлопанье сильных крыльев заглушило дальнейшие препирательства, в тишине с моими родственниками точно не умрёшь, даже из небытия выдернут. Стремительное падение вниз, не отпускающие надёжные руки или уже не руки? Так тепло, кажется даже холод в груди уже не такой колючий. Жар! Пламя бушевало вокруг, согревая и заполняя ледяную пустоту внутри, выгоняя наружу озноб. Дым, можно дышать и дымом, гораздо лучше, чем совсем не дышать! Судорожный вдох, ещё и где-то в глубине души или тела, попробуй пойми тут, ощущение оживающего огня. Чувство вины перед ним и перед собой, затопило запоздалым раскаянием. Отказался от души своего дракона, не отделимого от меня, и чуть не погибли оба. Огонь, заполнил до отказа и рвался уже изнутри, сознание и силы стремительно ко мне возвращались.

— Привет, ребята

Почти прошептал, открыв глаза и глупо улыбаясь. Какая красота вокруг! Огненный вихрь, кружился огромной воронкой с чёрной дымной короной где-то на заоблачной высоте, а внутри раскалённого конуса парили два прекрасных дракона. Нет, серебряный дракон и маленькая серебристо-золотая драконица!

— Пусти, я сам

Прислушался к себе, отцепился от когтей Антора и рухнул вниз, оборачиваясь на лету. Как же здорово, быть живым! Драк в унисон подтвердил своим довольным урчанием. Впитывая жар, я медленно поднимался, накручивая круги по стенкам огненного смерча, и он истончался, отрываясь от своего источника. Антор и Нисса присоединились ко мне на половине пути и когда мы достигли края кратера, только остатки дыма и пепла уносились ветром.

— А теперь в невидимость и перемещаемся на озеро в горах, чтобы корабль не спалить

Вскоре, три драконьи тушки сидели по шею в кипящей воде словно ощипанные куры в котелке. Вокруг кверху брюхом плавала варёная рыба, которую мы с удовольствием поедали. Как она развелась на такой высоте, непонятно, но подкрепиться сейчас даже Нисса не отказалась. Вернее, та драконица, которой она стала. Когда вода перестала бурлить, рискнули выползти на камни исходя паром как варёные овощи. Небо почти совсем очистилось и с трудом верилось в предстоящее извержение вулкана.

— Не будет извержения, ты забрал все его силы

— С вашей помощью

— Не без этого, но почти всё ты впитал сам. Мы с Ниссой только шкурой черпали, в нас драконы не живут

— Как думаете, мальчики, одежда на нас не испарилась?

— Вряд ли, в драконьей ипостаси на нас тряпок нет, ещё остынем чуток и не расползутся, когда обернёмся

— Антор как всегда прав, а мне срочно дыхнуть нужно, а то взорвусь

Повертел головой и не придумал ничего лучшего как сунуть её в воду и дунуть в глубину. На берегу раздался ржач, а потом ещё две туши шлёпнулись, рядом разбрызгивая грязь и уже три струи огня унеслись к центру водоёма. Когда наша троица выдернула головы из вновь вскипевшего озера, то оказалась в парной бане. Только вытянув шеи на всю длину, мы смогли разглядеть поверх пара друг друга и то, как в тумане. Зато стало гораздо легче и спалить больше ничего не хотелось. На корабль переместились сначала в грузовой отсек, потом уже по своим каютам, срочно приходить в себя. Тем более что хозяйство осталось почти без присмотра, духи тоже были с нами.