— Твою ж… Господин барон! Так это же наш Прохор! — удивленно воскликнул бандит. — Но как? Он же сегодня должен был быть на задании… Ну, на ферме Нордов, вместе с Кунжутом…

Наемник осекся и прикусил язык, сообразив, что сболтнул лишнего, но слово уже вылетело.

Господин Криби, бледный как полотно и забрызганный кровью своего растерзанного коллеги, медленно повернулся к барону. В его глазах плескалась чистая ярость.

— Значит, вот как вы нас на гулянки зовете, барон? — процедил чиновник, брезгливо глядя на обоссавшегося Рокотова. — Кидаете моих людей на растерзание собственным цепным псам, которые у вас в монстров превращаются⁈ Всё, Рокотов. Игры кончились. Больше я не закрываю глаза на ваши налоги. Никаких дополнительных квот на вырубку. И забудьте про гарантии безопасности от гарнизона Большого Луговья!

Рокотов, забыв про мокрые штаны, неуклюже вскочил на ноги, замахав руками.

— Господин Криби! Погодите! Это какая-то неурядица! Я не знаю, что случилось! Клянусь, это ошибка!

— Случилось то, что ваш человек превратился в мертвяка и сожрал моего коллегу, пока вы им прикрывались! — рявкнул Криби. Развернувшись, он быстрым шагом направился к воротам, даже не оглянувшись.

Барон остался стоять посреди двора. Его лицо налилось свинцом. Планы рушились на глазах, полезные связи испарились, а лучший телохранитель валялся без головы.

Рокотов с бессильной яростью топнул ногой по земле.

— Кунжута! — прорычал он, брызгая слюной. — Найти Кунжута и притащить ко мне с самого утра! Он у меня уже давно в печенках сидит! Я с него шкуру спущу! Он мне ответит за сегодняшнее! Хочу знать, как именно этот кретин накосячил с тем пришлым дворянёнком на ферме!

Я проснулся спозаранку, с первыми лучами солнца. План на день был предельно прост и прагматичен: встать пораньше и отправиться в лес на охоту за своим сбежавшим плугом. Но, протерев глаза, я понял, что на ферме уже есть кто-то не менее деятельный.

Со стороны кухоньки доносилось бодрое шуршание кастрюльками. Я умылся на улице из бочки, которую еще с вечера заполнил Второй, и только потом заглянул внутрь. Изогнув бровь, я спросил:

— Госпожа Кира, а вы чего не спите в такую рань?

Кира, перемазанная мукой, обернулась от печи и вскинула точеный подбородок.

— А кто вас кормить будет, господин некромант?

— Логично, — кивнул я, присаживаясь за грубо сколоченный стол, а сам подумал, что из Первого или того же Кунжута повара выйдут так себе. Пальцы в суп уронят или еще чего похуже.

На завтрак была свежая выпечка, замешанная на козьем молоке, и густое ягодное варенье, которое Кира откопала в бездонных погребах Нордов. Я уплетал всё это с неподдельным упоением. Вкус нормальной домашней еды казался пищей богов. Жуя лепешку, я с легкой грустью подумал о том, что надо бы самому попробовать подоить Сирень. Это ведь несложно? Генерал Мироздания уж конечно справится. Да и вообще… я сюда приехал сельским хозяйством заниматься. Возделывать землю, разводить стадо, строить забор. А вместо этого — разборки с бандитами, махачи с магами, ночные рейды. Опять двадцать пять.

Задумавшись о своем, я завис, уставившись немигающим взглядом в одну точку. Точкой оказалось лицо Киры. Девушка заметила мой пристальный взгляд, чуть-чуть покраснела, но глаз не отвела, уставившись мне в ответ. Поняв, что откровенно пялюсь, я не стал сдавать назад — меня ведь не так учили — и усмехнулся. Кира тут же фыркнула, отвернулась обратно к столу и быстро спросила, меняя тему:

— И как же вы собираетесь найти того вепря? Он же давно ушел.

— Это не проблема, — ответил я, допивая молоко. — Я чувствую нежить. А у этой мертвого мутанта аура такая здоровенная, что ее ни с чем не перепутать. Если что, новые батраки побудут вашей охраной, пока меня нет.

— Спасибо, Артур, — благодарно улыбнулась Кира. Все же блондинке нравилась, что я забочусь о ее безопасности.

— И тебе за завтрак, — кивнул я.

Выйдя во двор, я занялся математикой. В резерве болталось двадцать пять морт. Для приручения мутанта четвертого уровня — а вепрь тянул именно на эту весовую категорию — потребуется максимум сорок морт. Энергии не хватало.

Пришлось провести небольшое сокращение штатов. Я отвел двух свежих батраков ранга «Старый», которых поднял ночью из бандитов, в сарай, в тенек. Там я их упокоил, вытянув вложенную энергию обратно — потом подниму заново. Трупы мешками осели на землю, зато мой резерв пополнился на двадцать морт. Итого — сорок пять. Теперь точно хватит.

Первого я занял огородом — велел таскать ведра с водой из колодца и поливать посадки, пока солнце не поднялось слишком высоко. Трех «Матёрых» магов я распределил по краям участка охранять территорию. Остальным двум «Старым» я велел выкорчевывать подгнившие столбы в частоколе, чтобы подготовить место для новых. Пусть работают, мертвецам отдых не нужен.

Закинув на плечо трофейный арбалет с небольшим колчаном коротких болтов и проверив, легко ли выходит меч из ножен, я направился в лес. Вчерашний вепрь любил нападать на повозки, поэтому я решил далеко от тракта не отходить, двигаясь параллельно дороге через подлесок.

Пройдя около километра, я остановился. Прикрыл глаза и сфокусировался, вливая в себя пять морт, чтобы раскинуть максимально широкую сеть некросканера. В резерве осталось ровно сорок. Мощный некротический импульс разошелся невидимой волной, прощупывая лес. И вскоре мой внутренний радар уверенно пискнул.

Я двинулся в нужную сторону, бесшумно ступая по хвое.

Когда я вышел к небольшой поляне, то наконец увидел своего беглеца. Вепрь был воистину огромен — размером с хорошего, откормленного быка. А на конце его мощного хвоста покоился тот самый массивный треугольный костяной набалдашник, идеально повторяющий форму плуга.

— То, что надо, — беззвучно шепнул я.

Но хряк был занят. Он только что разодрал в клочья какого-то крупного волка-мутанта, неосторожно забредшего на его территорию. И прямо на моих глазах произошло то, от чего я невольно подобрался.

Вепрь не просто убил добычу — он начал ее поглощать, втягивая в себя некротическую энергию растерзанного волка. Мертвая плоть кабана запульсировала, мышцы вздулись буграми, разрывая остатки шкуры, а костяные наросты на спине с хрустом начали удлиняться, превращаясь в шипы.

Мой плуг преображался прямо у меня на глазах, эволюционируя в сверхмутанта. Оппа… Кажется, сорока морт тут может и не хватить.

Ферма Горда (бывшее поместье Нордов), Большое Луговье

Утро для Киры началось непривычно. Обычно в это время она уже надрывалась, таская тяжеленные ведра с водой от колодца до огорода, от которого зависело ее выживание, но сегодня двор встретил её размеренным скрипом колодезного ворота.

Высунувшись из окна летней кухоньки, Кира увидела Первого. Мертвяк с невозмутимостью каменной статуи крутил ручку, вытягивал полное ведро, деревянной походкой нес его к грядкам и выливал под корни рассады. Девушка с облегчением выдохнула. Вёдра были действительно тяжелыми, и то, что Артур избавил её от этой каторги, откровенно радовало. Пожалуй, в наличии работодателя-некроманта были свои несомненные плюсы.

Она вытерла руки о фартук и пошла проверить курятник. Нужно было покормить Педро и его гарем. Но, заглянув за сетку, Кира обнаружила, что кормушки уже полны свежего зерна. Кто-то из новых батраков некроманта постарался еще на рассвете. Педро, сытый и донельзя важный, расхаживал между кур, изредка издавая довольное квохтанье.

Улыбнувшись, Кира вышла во двор. За домом, у старого частокола, кипела работа. Четверо мертвяков (как она успела запомнить из пояснений Артура, это были «Старые») выкорчевывали подгнившие столбы, подготавливая периметр к установке нового забора. Они облепили толстое бревно, как муравьи, и с тупым упорством тянули его из земли.

Кира остановилась, наблюдая за этим зрелищем. Один из мертвяков орудовал лопатой, но делал это так топорно и неуклюже, что что того и гляди сломал бы черенок.