Примерно на полпути одна из её ног поскользнулась. Она ахнула, повиснув на руках, пока нога снова не нашла шип.

Как, чёрт возьми, Денни делает это, неся и факел, и миску с едой?

Этот бессмысленный вопрос не давал ей покоя до конца спуска, и когда её ноги наконец снова коснулись твёрдой земли, она пришла к выводу, что ему, должно быть, приходится делать два подхода: в первый раз неся миску, во второй — факел.

Отлично! Молодец, Шерлок! А теперь поспеши!

Ника помчалась через пещеру, и её наполнила эйфория, когда звуки барабанов затихли позади.

Я сделала это! У меня получится!

Когда она пробегала мимо десятифутового сталагмита, её надежда рухнула. Денизаврская женщина, до этого скрывавшаяся из виду, прислонилась к скальному образованию и кормила грудью малыша, который ранее лежал в примитивной колыбели. Её растрепанные, как у ведьмы, волосы были испещрены сединой и украшены перьями. Её глаза расширились от удивления. Она бросила малыша на землю и, подняв тревогу пронзительными воплями, бросилась в погоню.

Ника бежала быстрее и не сбавила темп, когда добежала до земляного спуска, но споткнулась, наклонившись, чтобы войти в туннель. Основную силу удара приняли на себя её предплечья и колени. Подбородок тоже ударился о землю, и по лицу прошёл острый укол боли.

Старая ведьма схватила её за лодыжки и потащила прочь от туннеля.

- Отпусти меня! — крикнула она, лягаясь ногами.

Но это не помогло; хватка существа была как тиски.

Ника вцепилась когтями в землю, оставляя борозды на склоне. Она перевернулась на спину и наконец освободила ноги. Она пнула старуху по лицу. Существо отлетело в сторону, прижимая ладонью нос.

Но сзади, мчась через зал во главе с Джорджем, приближались остальные Денизавры, все они ревели от возбуждения и неистовства.

- Нет! — рыдала Ника, понимая, что ей конец.

Тем не менее она, с слезами, затуманивавшими зрение, вскарабкалась обратно по земляному склону. Еще не дойдя до туннеля, она резко откинула голову назад.

Она закричала.

Ее подхватили за голову и подняли на ноги.

Ее раскрутили.

Оказалась лицом к лицу с Джорджем.

Его красные губы искривились в усмешке, которая была скорее улыбкой, потому что его глаза с чёрными ободками сияли от восторга.

- Пожалуйста! — выпалила она.

Джордж развернул её лицом к толпе Денизавров, собравшейся у подножия склона. Они визжали, как обезьяны, вытягивая руки в воздух.

Джордж отпустил её волосы. Её ноги, застывшие от страха, подкосились. Она рухнула на землю. Затем его руки снова схватили её, подтягивая обратно на ноги — нет… подтягивая её пончо вверх. Он стянул его через голову и засунул свои толстые пальцы в пояс её джинсов.

— Нет! — взвизгнула она, барахтаясь, когда он перевернул её вниз головой и попытался стянуть джинсы с бедер.

Она продолжала кричать, пока он тряс её, словно бандит, вытряхивающий кого-то, чтобы вытащить деньги из карманов, — только из её кармана выпали не деньги, а пакетик с мармеладными мишками, принадлежавший Клоду.

Один из денизавров схватил его.

Джордж бросил Нику на землю и забрал пакетик у денизавра. Свернувшись на боку, застывшая от ужаса, она наблюдала, как он поднял пакетик к лицу. Остальные денизавры замерли и замолчали, и только их тяжелое хриплое дыхание нарушало тишину.

Джордж встряхнул пакетик. В полусвете и танцующих тенях костра мармеладные мишки мерцали, словно драгоценные камни. Он понюхал пакетик и нахмурился. Он ткнул в пластик грязным чёрным ногтем и, казалось, озадачился, когда миниатюрные мишки не отреагировали. Он бросил взгляд на Нику, прищурив глаза с подозрением и скрытой хитростью. Затем он фыркнул и разорвал пакетик. Некоторые мармеладные мишки упали на землю. Денизавры коллективно ахнули. Но когда мармеладные мишки не попытались убежать, Джордж вытащил из пакетика красного. Он зажал его между указательным пальцем и большим. Затем поднес к носу и понюхал. Наконец он сунул его в рот и стал жевать. Он нахмурился, но потом съел зелёного, потом оранжевого, потом жёлтого.

Остальные Денизавры наблюдали за этим в восторге.

∆∆∆

В течение следующих получаса Джордж съел остальных мармеладных мишек одного за другим, явно наслаждаясь их текстурой и вкусом. Он, очевидно, тоже начинал «кайфовать. - Примерно через двадцать минут — и после примерно сорока мармеладных мишек — ему пришлось сесть на землю. Ему потребовалось ещё двадцать минут, чтобы съесть оставшуюся дюжину, потому что он полностью замедлился. Когда он случайно уронил одного жёлтого мармеладного мишку, он пристально смотрел на него целых две минуты, прежде чем поднять свою очень тяжёлую руку, чтобы поднять его и положить в рот.

Некоторые Денизавры, казалось, были взволнованы его странным поведением, но не вмешивались. Когда пакетик опустел, Джордж долго наблюдал, как дождь омывает ржавый армейский танк, — а затем упал плашмя на спину, раскинув руки. Двое денизавров, повязавшие на лоб полоски обезьяньей шерсти вместо бандан, бросились к нему и помогли ему сесть. Он сердито оттолкнул их в стороны. Со второй попытки он встал на ноги и направился через зал.

Когда остальные Денизавры выстроились в колонну позади него, Ника молилась, чтобы они забыли о ней. Но тут двое из тех, кто помог Джорджу сесть, появились по обе стороны от неё, взяли её за руки и подняли на ноги.

— Нет! — закричала она, впиваясь пятками в землю, пока они тащили её вперёд, как лягушек. — Прошу вас! Отпустите меня!

Они подняли её выше и понесли между собой.

Джордж вошёл в туннель у подножия скалы, по которой она спустилась. Остальные Денизавры последовали за ним. Сопровождавшие Нику сопровождающие опустили Нику на ноги, и она вошла последней.

Проход был достаточно широк, чтобы они могли идти втроем рядом, не пригибаясь. В нишах, высеченных в стенах, горели факелы, которые обожгли скалы вокруг до черноты. Через двадцать футов проход выходил в помещение размером примерно с классную комнату. Там было невыносимо жарко и полно дыма. Джордж стояла лицом к небольшому костру, в который один из денизавров подкидывал траву. У его ног лежало тело. Ника сначала подумала, что лицо мертвеца раскрашено красной краской, но потом поняла, что это не охра, а кровь, льющаяся из пустых глазниц.

Подающий дрова бросил в огонь большую ветку, отчего пламя взметнулось выше, а искры разлетелись во все стороны. Джордж начал раскачиваться из стороны в сторону. Возможно, это было реакцией на ошеломляющее количество ТГК, которое он принял… но, с другой стороны, может, и нет, ведь к нему присоединились другие Денизавры. Те, кто оставался в стороне, в такт хлопали себя по бедрам, а двое других били по натянутым на полые бревна шкурам, создавая неровное, скорбное ритмическое звучание.

Затем Джордж начал танцевать, махая руками, словно крыльями. Остальные топали, прыгали и кружились. Смотритель костра бросил в огонь ещё больше травы. Барабаны заиграли всё быстрее, превратившись в оглушительный грохот, побуждая танцоров двигаться всё быстрее и быстрее, пока они не превратились в размытые тени, мелькающие между тенями и дымом.

Время как будто замедлилось — или ускорилось — Ника не была уверена. Лёгкие горели, а глаза слезились. Пот капал по лицу. Голова кружилась. Дышать и даже думать становилось всё труднее, пока сонливость не одолела её.

Как долго она там простояла, погружённая в дым и пульсирующий, первобытный ритм? Минуты? Часы? Где-то в глубине сознания она осознала, что её сопровождающие оставили её, чтобы присоединиться к танцующим. Она заставила себя обернуться, чтобы уйти — и рухнула на землю, потеряв сознание.

Глава 22

СПАСЕНИЕ

- Минет-трах, десять бакс.

Длинные чёрные волосы женщины ниспадали на плечи и обрамляли её большую грудь. Три верхние кнопки её шелковой блузки были расстегнуты, и она проводила накрашенным ногтем вверх и вниз между вырезом.