М а к а р. Скажу. Но это должно остаться между нами.

Н и н а  П е т р о в н а. Раз!

М а к а р. Хорошо. Я не имею права ставить вам условия.

Н и н а  П е т р о в н а. Два!

М а к а р. Они того… воскреснут. Проснутся. Открытое мною снотворное, действие которого я проверял на себе, почему вы никогда не могли достучаться ко мне, обладает свойством…

Н и н а  П е т р о в н а. Проснутся! (Порывисто обнимает, целует.) Макарчик! Милый Макарчик! Как я испугалась. Значит, они проснутся?! Боже!

М а к а р (осторожно обнимает Нину Петровну). Конечно, конечно, я волновался. Спутал флаконы.

Неслышно  входит С т р е к а л о в, которому надоело ждать, когда его позовет Нина Петровна.

Н и н а  П е т р о в н а (целует Макара). Все, все. Я воскресла. Какая гора свалилась с плеч.

С т р е к а л о в (про себя). Конечно, она спокойна за свою нравственность. Кто бы мог подумать. (Громко.) Виноват.

Нина Петровна и Макар отскакивают друг от друга.

Молчание.

Н и н а  П е т р о в н а. Я… Мы…

С т р е к а л о в. Нина Петровна, вы можете быть уверены: я умею хранить тайну. Я никогда не воспользуюсь этим. Ну что вы стесняетесь? Чего в жизни не бывает? Правда, я никогда не думал, что вы и Макар Алексеевич… (Увидел лежащего Бовыкина.) Кокнули? Вы его убили? Вы и на это способны?

Н и н а  П е т р о в н а. Я ничего не понимаю.

С т р е к а л о в. Любовники отделались от постылого мужа?

Н и н а  П е т р о в н а. Вы смеете?.. (Макару.) Объясните же ему.

М а к а р. У него, у него — инфаркт.

С т р е к а л о в. Ай-яй-яй. Это все равно не жилец. К утру будет готов. Выходит, вы были неосторожны. И он застал вас в таких же позах. Это все равно, что ударить кинжалом в грудь. Но я об этом промолчу. Ради Алевтины Мироновны. (Увидев Алевтину, бросился к ней.) Тиночка! Мертвая? Чем она-то вам мешала? Чем?

Н и н а  П е т р о в н а. Да объясните же ему. Я сойду с ума.

М а к а р. Я пойду повешусь.

С т р е к а л о в. Убийцы!

Бросается к двери. Макар его настигает. Борьба.

Помогите! Помогите!

М а к а р (стиснув ему горло). Тише.

С т р е к а л о в (хрипит). По-мо-ги-те…

М а к а р. Молчите. Это вы убийца. От любви к вам она отравилась. Слышите? Когда Мирон Сергеевич сказал, что ее судьба стать женой Глеба Ивановича, она закричала: «Нет, я люблю Женю. Лучше смерть!» И выпила яд. (Отпускает Стрекалова.)

Н и н а  П е т р о в н а. Что он выдумывает?

С т р е к а л о в (едва стоит на ногах). Так вот почему она говорила о возмездии?! Это возмездие отцу. Как она меня любила! Впервые так сильно меня полюбили. Тиночка!!! Зачем же ты… (Падает в обморок.)

Н и н а  П е т р о в н а. Какой страшный сон. (Со страхом озирается вокруг.) Разбудите меня! Разбудите меня! (Падает без сознания.)

М а к а р. Еще один труп — и готов улучшенный финал Гамлета… Король… Королева… Офелия… Несчастный Гамлет… Не быть, не быть. И я — благородный Лаэрт. Мама, мама, что со мной?

Н и н а  П е т р о в н а (стонет). Разбудите же меня.

З а н а в е с.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Обстановка первого действия. На одном из стульев забытая гитара.

Приближается вечер.

Н и н а  П е т р о в н а. Ужасно нелепый день. Кошмарный день.

Слышен голос Макара: «Осторожно, осторожно, не бросай. Заноси».

Н и н а  П е т р о в н а (бросается к окну и в испуге отступает назад). Что это пронесли?

Слышно хлопанье дверью, тяжелые шаги. Голос Макара: «Спасибо. Нет, нет, за труды полагается. До свидания».

Входит  М а к а р. Нетороплив. Спокоен.

М а к а р. Здравствуйте, Нина Петровна.

Н и н а  П е т р о в н а. Здравствуйте. Что это вы привезли?

М а к а р. Ящики с посудой.

Н и н а  П е т р о в н а. А мне показалось… До чего я дошла… (Пауза.) Зачем вам понадобилась посуда?

М а к а р. Сам пока не знаю. В одном магазине случайно попался на глаза сервиз. Я и купил.

Н и н а  П е т р о в н а. Попался! Купил. О чем вы думаете? Удивляюсь! Как вы можете ходить по магазинам, глазеть.

М а к а р. Вы забыли: сегодня же мой день рождения. Ну, и вообще думаю, что пригодится. Давайте приготовим стол. Все необходимое я прихватил в городе.

Н и н а  П е т р о в н а (полная негодования). Какой вы бессердечный! Вы просто чудовище! В такой обстановке можете думать о праздновании. Когда (всхлипнула) бедная девочка лежит точно мертвая. Несчастный Ронушка!

М а к а р. Нина Петровна, мне и казалось, что в такой именно обстановке необходимо некоторое отвлечение. (Смотрит на часы.) Поверьте мне, они скоро проснутся. А если вы промолчите, то им в голову не придет, что с ними произошло нечто, скажем, необычное. К приезду Глеба Ивановича мы все будем веселыми и попразднуем на славу. (Берется за один край стола.) Помогите раздвинуть стол. Тяните.

Н и н а  П е т р о в н а. Никогда у вас не было сердца. (Тянет.) Вы должны понять, Макарчик, чем бы ни кончилась эта история, мы больше не можем быть соседями. Вы обязаны уехать. Обязательно исчезнуть. Да, да…

М а к а р. Понимаю. Хотя я здесь привык, мне здесь было так хорошо. Что ж, я уеду. Спасибо. Стол готов.

Н и н а  П е т р о в н а. Я не хочу, чтобы о нашей семье были всякие слухи.

М а к а р. Вы думаете, что проговорится Евгений Семенович?

Н и н а  П е т р о в н а. Ах молчите, молчите. Мне до сих пор стыдно. И все из-за вас. Нет, уезжайте как можно скорее.

М а к а р. Я лично считаю, что Евгений Семенович никогда больше сюда не придет. Он ушел убежденный, что Алевтина Мироновна…

Н и н а  П е т р о в н а. Молчите! Каково будет ей?

М а к а р. Поверьте, все обойдется самым прекрасным образом. Пока она — сказочная спящая царевна. Но появится принц, один поцелуй — и грянут свадебные фанфары.

Н и н а  П е т р о в н а. Боюсь, что теперь они долго не грянут.

М а к а р. Молчу, молчу. Нина Петровна, я буду носить посуду, а вы помогите накрыть.

Н и н а  П е т р о в н а. Носите. Какой вы странный!

Дальнейший разговор ведется урывками. Макар то приходит, то уходит, внося все необходимое для сервировки праздничного стола.

М а к а р. Если вы хотите, я разыщу Евгения Семеновича.

Н и н а  П е т р о в н а. Не знаю, что думать о нем. Несчастный! Как он рыдал! Ушел чуть живой.

М а к а р. Ветчина не очень жирная?

Н и н а  П е т р о в н а. Средняя. Сойдет. Никогда не покупайте скумбрию. Кто ее ест? Что Евгений Семенович упал в обморок — это доказывает, как он сильно может чувствовать.

М а к а р. Глеб Иванович тоже мог упасть.

Н и н а  П е т р о в н а. Вы не знаете людей. Рухни весь мир, он, летя в пропасть, будет подсчитывать, сколько минут длилась катастрофа. Вы просто транжирите деньги. К чему столько закусок? Хрусталь — совсем лишняя роскошь.

М а к а р (случайно взглянув в окно). Приближается Глеб Иванович.

Н и н а  П е т р о в н а. Что мы ему скажем?

М а к а р. Ничего. Идите к Мирону Сергеевичу, он вот-вот проснется. А нибудь займу Глеба Ивановича. Протяну время. Идите.

Нина Петровна уходит. Макар ждет. Входит мрачный  О б у х о в, неся букет цветов. Молчание.