Риббентроп в своей телеграмме в Токио от 15 мая 1942 г. указывал на большое значение, которое будет иметь внезапное нападение на Советский Союз для дальнейшего хода войны, ведущейся в интересах держав, подписавших трехсторонний пакт, однако в то же самое время он подчеркнул, как уже было сказано выше, важность сохранения Японией «нейтралитета», представлявшего собой активную помощь Германии в ее войне против Советского Союза, «поскольку во всяком случае Россия должна держать войска в Восточной Сибири в ожидании русско-японского столкновения».
Япония решила начать большую войну в Тихом океане, где главным противником для нее становились Соединенные Штаты. Токио проводит стратегическую маскировку, делая вид, что он готовится нанести удар по СССР и усилить военное давление в Китае (японцы не знали, что многие их радиограммы становятся «добычей» американцев). Действительно, предстоящий «поход на север» в военных приготовлениях выглядел достаточно убедительно для не посвященного в плоды американской радиоразведки человека.
На исходе 1941 года из 51 дивизии, которыми располагала Япония, 20 дивизий дислоцировалось в Китае и Корее, 13 – в Маньчжурии, 7 требовалось для обороны островной метрополии, и только 11 дивизий могли быть использованы на других театрах военных действий – всего лишь чуть более одной пятой японской сухопутной армии. Из пяти воздушных флотов три находились на Азиатском континенте и на Японских островах.
Такая стратегическая маскировка японской стороны все же имела большой успех. После нападения Германии на Советский Союз вплоть до 7 декабря 1941 года – до нападения на Пёрл-Харбор – начальник разведки Тихоокеанского флота США Э. Лейтон получил с нарастающей интенсивностью около пятидесяти предупреждений из дипломатических источников (от помощников военных атташе и представителей Чан Кайши). В них сообщалось о том, что японцы, вне всякого сомнения, «уже на следующей неделе» нападут на СССР. Главным объектом нападения называлась русская Сибирь. О ВМБ Пёрл-Харборе с ее кораблями и авиацией речь не шла вообще.
7-го числа Япония начала «Войну на Тихом океане» (как ее называли американцы) против Соединенных Штатов, Великобритании и Голландии (Нидерландов) с Гавайской операции. Советский Союз в списке ее военных противников в 41-м году не значился. События же у Пёрл-Харбора происходили так.
В тот день в 07 часов 30 минут японское ударное соединение в составе шести авианосцев, имевших на борту 360 самолетов, двух линкоров, трех крейсеров и девяти эсминцев – приблизилось к американской военно-морской базе на Гавайях на расстояние, которое позволяло произвести воздушную атаку.
В 07 часов 58 минут радиостанция Пёрл-Харбора передала в эфир открытым текстом экстренное сообщение: «Воздушный налет на Пёрл-Харбор. Тревога не учебная. Повторяю, тревога не учебная».
Налет японской авиации на Пёрл-Харбор закончился в 09 часов 30 минут. Японское ударное соединение легло на обратный курс. Внутренняя гавань Пёрл-Харбора являла собой картину большого погрома; полузатонувшие и поврежденные корабли, плавающие обломки, пожарища. Аэродромы превратились в «хранилища» более трех сотен уничтоженных и поврежденных крылатых машин.
Удар японского военного флота по сильнейшей морской крепости США на Тихом океане Пёрл-Харбор вполне сравним с нападением в 1904 году императорского Соединенного флота вице-адмирала Хейхатиро Того на Порт-Артурскую морскую крепость России. Вполне сравним по ее самурайскому духу исполнителей нападения без предварительного официального объявления войны на берегах все того же великого Тихого океана. Сравним по внезапности и вероломности, силам, задействованным в операции, умении держать в тайне подготовку удара и в какой-то мере по результатам – завоеванию господства на море.
Американцы потеряли в Пёрл-Харборе все находившиеся здесь линейные корабли, при этом 4 из них были потоплены, 5 тяжело или серьезно повреждены, тяжело повреждены также 3 легких крейсера и 3 эскадренных миноносца (два из них в сухом доке), перевернулся и затонул минный заградитель, повреждены 3 вспомогательных судна. Всего было потоплено и повреждено 19 боевых кораблей.
Потери авиации составили 347 самолетов, большинство которых даже не успели взлететь, в том числе 188 были уничтожены, остальные получили серьезные повреждения. Только 43 американских самолета смогли после воздушного налета вступить в бой. Безвозвратные потери морской и армейской авиации оказались примерно равными.
Велики были потери и в личном составе. По флоту и корпусу морской пехоты они составляли 2835 офицеров и рядовых, из них 2086 убитыми и смертельно ранеными. Потери американских армейских войск составили около 600 человек, из которых 194 человека – убиты. Всего же было убито 2403 человека и ранено 1178 человек.
Потери в личном составе военно-морских сил США в результате катастрофы в Пёрл-Харборе в три раза превысили общие потери флота в людях в Испано-американскую и Первую мировую войны, вместе взятые.
Японские потери (воздушный налет на Пёрл-Харбор длился только два часа) составили всего 29 самолетов, в том числе 15 бомбардировщиков и 5 торпедоносцев, одну большую подводную лодку и пять подводных лодок-малюток, действия которых оказались, вопреки ожиданиям, неэффективными.
Одновременно, в тот же день 7 декабря 1941 года, Японские вооруженные силы, армия, авиация и флот нанесли внезапные удары по другим владениям США и Великобритании на Тихом океане и в Восточной Азии. Началась «война на Тихом океане», которая в ее начале оказалась успешной для державы-агрессора.
Где-то через час после начала налета на Пёрл-Харбор японский посол в США и глава японской «миссии доброй воли» Курусу с почтением вошли в служебный кабинет государственного секретаря США Холла и с почтением вручили ему памятную записку. Холл уже знал, что ВМБ Пёрл-Харбор и аэродромы в этот час подвергаются нападению с воздуха. Посмотрев на врученный ему официальный документ, он заявил дипломатам Великой Японской империи:
«За все пятьдесят лет моей государственной деятельности я никогда еще не видел документа, наполненного большим количеством гнусной лжи и извращения».
И потрясенный происходящим Холл движением головы указал японским послам на дверь своего кабинета. Те с учтивым поклоном оставили рабочие аппортамены американского госдарственного секретаря, чтобы никогда сюда не вернуться.
События в те несколько декабрьских дней 1941 года развивались стремительно. Президент США Франклин Рузвельт, выступая перед конгрессом, начал со слов:
«7 декабря 1941 года, дата, которая войдет в историю как символ позора. Соединенные Штаты были внезапно и преднамеренно атакованы военными кораблями и самолетами императорской Японии…»
11 декабря 1941 года Соединенным Штатам объявили войну гитлеровская Германия и фашистская Италия. Идущая Вторая мировая война «пыхнула» на берега Великого, Тихого океана, который всего за неделю превратился в новый, огромный театр военных действий.
Военно-политическая обстановка на Дальнем Востоке враз резко изменилась и для Токио, императорской ставки и Императорского Генерального штаба. Теперь его окончательное решение о скором нападении на Советский Союз, на его восточные пределы оказалось под большим вопросом. В таком случае милитаристской Японии пришлось бы воевать на три фронта, два из которых уже вовсю полыхали. Первым из них был Китайский фронт, а теперь к нему добавился «пространственный» фронт войны на Тихом океане, на его водах, островах и побережьях.
Теперь сотрудничество Японии и Германии в Азии стали называть «далеким от совершенства». Но это не снимало планов на ожидаемую японским генералитетом войну с Советским Союзом: планы составлены и утверждены, Квантунская армия создана и готова к вторжению. Пока же Великой Японской империи было не до войны с СССР.
Такое значимое «не до нее» нашло отражение в докладе императору Хирохито от 13 марта 1942 года. Авторами доклада на высочайшее имя были: премьер-министр Японии, одновременно он же и военный министр генерал Х. Тодзио, начальник Императорского Генерального штаба генерал Г. Сугияма и начальник Главного морского штаба адмирал О. Нагано. В разделе «О политике в отношении СССР в современных условиях» говорилось:
