— Она больна, — подвел итог Риберто.

— Я пытался уговорить ее приехать в столицу, но рена Баррет отказалась.

Риберто порывисто встал с кресла, заходил по комнате.

— Базиль знает?

— Нет.

— А ты что скажешь, сын?

Дамиан пожал плечами.

— Ты ее любишь. Что тут говорить — если прикажешь, я их всех сюда приволоку.

— Если они еще не уехали потихоньку.

— Отец, ты меня недооцениваешь. Из Левенсберга птица не вылетит, я распорядился. И за ними особый пригляд.

— Спасибо, сынок.

Дамиан пожал плечами. А что тут отвечать? Логично же все!

— Пожалуй, я сам поеду в Левенсберг.

— Отец?

— Сам. И сам поговорю с Элиной. Я могу ее понять…

— А отпустить? — коварно поинтересовалось любящее чадушко.

— Не могу, — такой же улыбкой ответил отец. — Вот уже сколько лет не могу…

— А ее дочь от другого мужчины?

— А мои дети от другой женщины?

— И болезнь.

Риберто помрачнел.

— Болезнь, да… Лина ради любимых готова была куда угодно влезть!

— Я, кстати, проверил ту историю с терактом. Все верно, то, что она рассказала, мог знать только участник событий.

Риберто вздохнул.

— Да. Я поеду… послезавтра.

Дамиан кивнул.

— Я могу пока остаться на хозяйстве. Подожду вас в столице.

— Ты не будешь против?

— Отец, ты о чем? Не буду врать, если бы мама была жива — не знаю… но мамы нет. А ты есть. И Элина. И вы еще можете быть счастливы.

— Ты стал мудрым, сын.

Дамиан фыркнул.

— Я просто не боюсь за свое наследство. Вот и благословляю.

— Еще и корысть?

— Пффффф!

Отец шутил, а глаза у него были тревожные, тоскливые. И Дамиан подумал, что все сделал правильно. Пусть потом будут проблемы, пусть! Но, промолчи он сейчас, и никогда уже себя не простит.

Никогда.

* * *

Конечно, девушки не могли поговорить, пока Хью вез их домой. Но потом…

Две авантюристки переглянулись.

— Когда отправимся?

— Чем скорее, тем лучше, — Аля и Ларисия понимали друг друга чуть не с полумысли. Какая там Дана?

— Сегодня ночью?

— Хотя бы. Я тебе дам адрес, сходи, купи себе все, для похода в горы.

— Парней брать будем?

Лисси задумалась.

Врать Робину не хотелось. С другой стороны, он мог и запретить, не пустить… нет! Так он никогда не сделает. А если решится…

— Предлагаю так. Я на работе возьму задания, чтобы отправиться в ту сторону, потом прихожу домой, отправляемся к Робину и все ему рассказываем. Что едем, что надо все сделать, как можно скорее, что тебя Лина…

— Маму возьмем с собой?

— Поговори с ней?

— Я поговорю, но ты же понимаешь, мама у меня — авантюристка, она не просто согласится, она вперед рамбиля побежит.

Девушки переглянулись.

Вот кто бы сомневался? Элина Брент не могла жить без приключений, без острых ощущений, такое уж свойство ее натуры. А сейчас, когда подводило тело, когда одолевала мерзкая нервная дрожь, когда до конца жизни оставались считанные годы, а то и месяцы, разве она отказалась бы от такого приключения? Да ни за что!

И еще одна причина

Риберто.

Элисон и Ларисия видели ее насквозь. Элина могла завести любовника, могла выйти замуж, но всю жизнь, сколько ей отмерено, любить она будет только Риберто. Для нее нет другого мужчины, все они просто инструменты. Может, друзья или братья, но не любимые, не любовники, нет…

Это место в ее сердце занято навсегда.

Но если раньше у нее не было и шанса увидеть любимого снова, то сейчас… Задачка для третьего класса. Дамиан поехал в столицу. Сколько времени нужно Риберто, чтобы прибыть в Левенсберг? Или приказать доставить в столицу саму Элину?

Немного.

Может, у них только вот эти два-три дня и есть. И один из них уже прошел, даже чуточку побольше.

Нельзя тянуть, нельзя рисковать… если им запретят, они на любые запреты наплюют, но зачем нарываться? Можно просто поторопиться!

— Купи и на нее комплект одежды, вот, вместе и сходите, сразу же.

Элисон кивнула.

Ларисия поцеловала ее в щеку и помчалась переодеваться. У нее-то все есть.

— И копченостей не забудь, — крикнула она с лестницы.

А что?

Кто-то надеется, что может поехать в горы — и не привезти котикам угощение? Это вы зря, котики таких вольностей не понимают!

* * *

Вспоминая свой прошлый опыт в горах, в этот раз Симон собирался всерьез.

Тут и теплая одежда, и запас продуктов на неделю, и вода с собой, и оружие даже… Арисса смотрела на это, покачивая головой.

— Симочка, нигде без тебя справиться не могут! Почему тебя вечно посылают в самые трудные места?

— Мама, ну ты же должна понимать, — Симон уже столько раз повторил Ариссе все объяснения, что у него язык заплетался. Впрочем, он мог бы и вовсе отвалиться — не поможет. Арисса Слифт слышала только то, что укладывалось в картину мира рены Слифт. Где Симочка — чудо и сокровище, а солнце светит миру с его афедрона. Те, кто думает иначе, приговариваются немедленно, и приговор обжалованию не подлежит. Вечный остракизм!

И до конца дней своих они будут лишены счастья общаться с Ариссой и Симочкой.

В чем-то для Слифтов такое мировоззрение стало спасением. Их могли бы попробовать затравить насмешками, но в своей броне Арисса была выше подобных мелочей. Что взять с идиотов, не понимающих совершенства Симочки? Впрочем, и Симон снисходительно не обижался на несчастных, которые не дотягивали до него по красоте, уму, образованию, высоким устремлениям…

— Симочка! Ну пусть едет кто-то еще! А ты можешь остаться в городе, неужели здесь мало дел? Наверняка у этого неприятного типа есть сообщники! Может, даже баба какая в любовницах ходит!

Симона как молнией пробило.

А ведь и верно!

Он же забыл про свою главную подозреваемую! Элисон Баррет!

А ведь вполне может быть, что Циммерман ее любовник! И она его просто прикрывала… если он и библиотекаршу убил?

У мужчины от перспектив закружилась голова.

А ведь все и складывается!

К примеру, Свелен был любовником Элисон Баррет, как раз, она появилась в Бюро, а что кто-то не знает… бывает! И он бросил ее ради библиотекарши! Что там Циммерман говорил про любовниц, это наверняка, вранье! Баррет попробовала пойти к жене любовника и устроить скандал, но наткнулась на Циммермана, а тот решил воспользоваться глупой бабой в своих целях. Сначала убил Ламарр, к примеру, а потом… а могла ли Элисон Баррет убить Свелена?

А ведь могла!

Он ей доверял, спокойно повернулся бы спиной, и в рамбиль пустил, и вообще…

Голова даже закружилась от гипотез!

Такие мелочи, как свидетельства врача и алиби подозреваемых, были надменно проигнорированы. Симон Слифт знает лучше! Он же сообразил?

А они — не сообразили! Вот!

То есть…

Надо проследить за Баррет, и она приведет его к Циммерману?

— Симочка?

Ариссу чуточку смутило, что от ее слов сЫночка застыл, словно соляной столп, и даже не моргал. Обычно у него была другая реакция на мамины нравоучения. А тут…

— Мама, ты чудо! Ты гениальна и великолепна!

Арисса польщено улыбнулась.

Она и так это знала, но приятно же услышать от сына подтверждение?

— Симочка, именно от меня ты унаследовал свой выдающийся ум и обаяние.

И с этой истиной сложно было поспорить.

* * *

Бен Хлеви был доволен по уши.

Кто молодец?

Правильно он молодец и умница!

Он все нашел, он рассчитал, он эта карту лично достал! И сейчас перед ним на столе лежал такой старый пергамент, что казалось, сейчас в прах рассыплется.

Интересно, почему так? Но может, не нашел этот Штромберг ничего приличнее? Бен об этом даже не думал. Может, хранили неправильно, много ли телячьей коже нужно?

Главное-то что?

План шахты!

И вот оно, ответвление, которого нет на основном плане, а у Леона оно есть! И даже красным крестиком обозначено! И недалеко отсюда! Может, час — полтора по тоннелям!