— Кто у нас уже готов? Вот, вы и пойдете! Лазар, твой десяток!

— А ты? — Эгон Лазар сощурился.

Есть, есть у него мысль подсидеть начальство, да самому и повыше прыгнуть. И Бена он не слишком любит, но вот ведь… ничего с паразитом не сделаешь! У него дядя — правая рука Бааса. Просто сам Лазар не особенно удался, глуповат и завистлив, а вот исполнитель он как раз хороший. Все выполнит от и до.

Пойти с ними?

Но…

Бен подумал пару минут, и пришел к логичному выводу.

— Там наверняка должно быть или завалено, или заложено. Вот вы расчистите проход и позовете меня.

Лазар кивнул.

— Исполним в точности.

— Расчистите — и сразу же весточку, тогда приду. Вдруг там еще ловушки будут, или какая пакость? Штромберг их не указал, но всякое ж бывает! За сотню-то лет!

С этим сложно было спорить.

Лазар сощурился. Вот бы повезло… к примеру, Хлеви попадет под ловушку? Конечно, они его позовут! Сразу же!

* * *

Узкий коридор, и верно, заканчивался завалом. Каменные глыбы были навалены в беспорядке, и казалось, что это так и было. То есть — тупик, дальше не пробьешься…

Если бы Лазар не знал, что дальше есть что-то… о, он бы обошел этот тупик стороной. Хотя они его и так обходили, искали пока в другой стороне.

— Разбираем, — от работы он никогда не бегал, так что первый подошел, примерился, стукнул киркой…

Довернцы не владеют магией.

Да и было бы — не придумано еще такого артефакта, который разберет аккуратно часть камней, а остальные оставит в покое. А если сильно ударить, можно повредить то, что за завалом. И рисковать страшновато.

А если там что-то вроде леония?

Среагирует так, на выброс магии — и что будет? А ничего не будет. И никого. Только воронка в земле. Так что разбирали в шесть рук, благо, место для троих у завала было, передавали камни, откатывали тачки с породой, ругались, конечно, но старались.

Для себя же, не для других!

А что?

Если там и правда что-то… ТАКОЕ, неужели они на себе не опробуют? Уже и жребий бросили, если что, Лазар, правда, был шестым, но так даже лучше. Хватило у него ума понять, что лучше сразу и самому не лезть, на ком-то попробовать.

Час.

Два часа.

Шесть часов.

Бен пришел, посмотрел на это и ушел. Ясно же, чего тут сидеть? Это надолго.

И правда, прошло более суток, прежде, чем кирка провалилась в пустоту. Ори Фроам вскрикнул от неожиданности, не удержал инструмент… нет, туда, на ТУ сторону завала она не упала, застряла. Но главное — ПРОБИЛИ⁈

И кто бы удержался на месте Лазара?

— Давайте сначала расширим проход, посмотрим, а потом уж и за Беном пошлем. Мало ли, что там… может, еще одна пещера есть. Или две?

Никто и спорить не стал. Любопытно было всем, а делиться с начальством… а, это потом! Успеется! Вот о своей выгоде подумаем, а начальство пусть само о себе беспокоится. Нет тут Бена?

И не надо!

Расширили дыру.

Посветили внутрь фонариком.

Пролезли.

Пещера была большой, сводчатой, и…

— Смотрите, там, кажется, сундук стоит?

Идан уверенно направился в ту сторону, а потом вдруг вскрикнул, схватился за горло, опустился навзничь…

Будь у несчастных с собой канарейка в клетке… а, и тогда бы им ничего не помогло.

Леон Штромберг не хотел напрасных жертв, потому и не организовал землетрясение или наводнение. Он сделал кое-что другое.

Кристалл леония, вмурованный в схему, в нужном месте. Активация — наступить на рисунок.

И пещеру быстро заполняет рудничный газ. Его много, он быстро распространяется вокруг, он неостановим. А довернцам много и не надо. Никто же не ждал подвоха…

Если бы это был естественный газ, он бы держался дольше. А так — заполнил пещеру, распространился, подержался примерно минут двадцать, да и схлынул. Только вот довернцам это уже не помогло…

Никому. Глава 14

Глава 10

Валентина смотрела — и кусала губы.

Базиль, да…

С незнакомой девушкой, красоткой, каких поискать. Правда, одета она не так, чтобы роскошно, но с такой внешностью ей и бриллианты не нужны.

Девушка поднесла руку к губам, сдерживая злобное шипение.

Значит, правда…

У тебя есть другая. Ты здесь женился, и ты не собирался мне ни о чем говорить… а вот что должна делать я?

Правда — что можно сделать в такой ситуации⁈

А ведь можно хотя бы отомстить за себя. Можно! Рядом она видела аптеку…

Если бы Валентина слышала, о чем говорят Базиль и Лиза, она бы еще подумала, но было слишком далеко. А Базиль сидел в кафе, и улыбался, и явно был доволен жизнью.

— Лиза, ты же согласишься мне позировать?

— Позировать?

— Ты потрясающе красивая девушка, и я хотел бы увезти с собой частичку твоей красоты, — в кои-то веки Базиль решил вести себя ответственно, он принц, а это кто? Обычная девушка, без особого образования, воспитания, в жены она не годится, а в любовницы? На пару дней, пока они тут? Может, раньше Базиль так и поступил бы, но смерть матери оставила глубокую рану. Для него минута удовольствия, а для девушки трагедия на всю жизнь? Подло получается как-то. Дамиан, опять же, шею намылит. Проще не связываться. С любовью.

А вот о рисовании можно попробовать договориться. Так что Базиль попросил узнать, что это за Лиза такая, и через день знал всю ее подноготную, Левенсберг — город маленький, сплетни летают быстрее всяких птиц. Тут уж у принца и вовсе руки опустились.

Какое там соблазнять?

Девчонка чудом жива осталась, она сейчас от всех мужчин шарахаться будет. Но ведь красотка же! Нельзя пройти мимо?

Никак нельзя, он потом себе не простит.

И Базиль принял волевое решение.

Соблазнять он не будет. А вот написать портрет красавицы, и потом всем рассказывать, что у них БЫЛО — кто его в столице проверит? Может он позволить себе крохотное приключение?

Да всяко!

Базиль написал Лизе записку с просьбой о встрече, нарочно выбрал самое шикарное и дорогое место Левенсберга, отправил гвардейца, и внутренне готов был, что красотка не придет. Но пришла же!

И сидит напротив, и глаза у нее бездонные, и губы такие, и руки… ах, эти руки! У Валентины, хоть она и аристократия невесть в каком поколении, пальцы короткие и какие-то квадратные. Не толстые, но рука — лопата. Широкая ладонь, квадратные хищные ногти… фу! А у Лизы руки музыканта. Тонкие длинные пальцы, узкая ладонь, овальные ногти, видно, что эти руки знали труд, но как же они хороши! Вплоть до синей жилки на запястье, вплоть до тонкой изящной косточки… у каждого есть свои предпочтения, и Базиль с ума сходил от женщин с красивыми руками. Не ожидал он встретить воплощение своего идеала — здесь, но ведь не отпускать же теперь?

Лиза подумала пару минут.

Какое-то время назад она бы согласилась. Только вот после работорговцев поневоле поумнеешь.

— Скажи, при этом может присутствовать моя сестра?

— Сестра, мать, отец, кто угодно. Лишь бы не лезли под руку и не разговаривали.

Лиза кивнула. Она, конечно, опасалась, но записку с просьбой о встрече принес королевский гвардеец. Он же и на вопросы ответил, причем не только Лизе, но и Алине. А кто бы посмел ей отказать, особенно, когда мама вооружалась чайником, пирогами и разными вкусностями? Гвардеец исключением не стал. Уплел плетенку пирогов, остаток прихватил с собой, и «по большому секрету, тссссс!» проговорился, что все правда. Что прибыл поезд из столицы, да с высокопоставленными особами, и они тоже из столицы, вот документы, все честь по чести… да вы что! Все можно проверить! Что ж он — самоубийца о таком врать?

Последнего, кто оделся в форму королевского гвардейца, сварили прямо в ней. В кипящем масле.

Правда, это было при дедушке Риберто, да и одетый негодяй покушался на принца, так что… были причины. Но закон же не отменили!

— Я поговорю с мамой. Если вы не против прийти к нам вечером, на ужин?